Читаем без скачивания Последствия выбора - Ольга Воскресенская

Воображение рисовало одну картину омерзительнее другой. Страх тесно переплетался с возмущением и досадой на себя. Кириано потерял счет времени, тем более что под конец у него начало мутиться сознание.

Он пришел в себя от удара о землю после короткого падения. Видимо, уставший похититель небрежно скинул ковер с плеча. А затем кто-то сильно пнул Кириано в поясницу, заставив его тело перекатиться с одного бока на другой. Телохранитель и сам был бы не прочь помочь бандитам размотать ковер и заодно избегнуть синяков на ребрах, спине и животе, но мышцы по-прежнему ему не подчинялись. Между тем с уменьшением слоев ткани вокруг аристократа отношение к нему отнюдь не становилось деликатнее. Пинки сыпались один за другим, не давая Кириано ни минуты передышки, зля и вместе с тем обнадеживая, ведь совсем скоро он сможет нормально дышать.

Телохранитель выкатился из ковра и уткнулся лицом в густую неухоженную траву. Тут же кто-то поставил ногу ему на спину чуть ниже поясницы и с силой придавил к земле. Кириано замычал, выражая протест доступным ему образом, так как язык отказывался повиноваться, и инстинктивно попытался вывернуться. Ему удалось чуток напрячь мышцы рук и ног, но сдвинуться не получалось, конечности по-прежнему не слушались. Бандиты и внимания не обратили на слабое трепыхание пленника. Вместо этого чья-то рука грубо ухватила парня за волосы на затылке и немного оттянула голову назад. А между лицом и травой тут же проскользнула какая-то темная тряпица, свернутая в узкую полосу и потому немного похожая на удавку. Но к счастью, похитители всего лишь затянули на затылке тугой узел так, что телохранитель почувствовал неприятное давление на закрытые тканью глаза. Затем парня подняли в четыре руки и, крепко держа за предплечья, куда-то поволокли.

Похитители дергали его тело, как марионетку за ниточки, и, похоже, вообще не воспринимали Кириано в качестве живого существа. И в какой-то момент это сыграло на руку телохранителю, с неослабевающей настойчивостью пытающемуся совладать с непослушными мышцами. Буквально по миллиметру он вытащил из рукава небольшой нож, специально предназначенный для потайного ношения. Однако парень не стал сразу пускать его в ход, он медлил, потому что никак не мог оправиться после магического воздействия. И если бы судьба выделила ему чуть больше времени…

Неожиданно Кириано вздернули чуть выше и поставили на ноги, до этого волочащиеся по земле, а потом небрежно привалили спиной к чему-то твердому. Похитители выпустили из рук его предплечья и попытались перехватить запястья, тем самым вынуждая парня действовать, используя последний шанс. Скупым движением кисти алани направил острие ножа на бандита справа от себя. Одышка после переноса тяжести послужила хорошим ориентиром. Бандит точно стоял совсем близко, требовалось только чуть-чуть удачи…

Кириано показалось, что он все же задел врага, но уверенности в этом не было. Нож быстро и грубо отобрали. Затем телохранителю больно заломили руки назад и связали запястья вместе тонким, чувствительно врезающимся в кожу шнуром. По милости похитителей парень теперь плотно обнимал шероховатый ствол дерева. Собственная беспомощность злила. Удар по самолюбию был чувствительным, так как последние несколько месяцев он с полным правом считал себя одним из лучших воинов. Но и на старуху бывает проруха.

Ноги у щиколоток тоже притянули внизу к стволу, а еще сделали кольцо вокруг шеи, но чуть послабее. Кириано немного подергался, пробуя крепость узлов, и замер до поры до времени. Его интересовали намерения похитителей, ведь в тот момент телохранитель считал, что, если его не убили сразу, значит, он для чего-то нужен. Есть шанс договориться и выторговать свободу.

Но диалог начался не совсем удачно. Рядом кто-то громко завопил возмущенным голосом:

– Эта сволота меня порезала!

О мирных переговорах можно было забыть, Кириано сразу интуитивно это понял. «Что ж, остается показать похитившим меня подонкам, насколько достойно может уходить из жизни настоящий аристократ», – подумал он с горечью. Алани привык рассчитывать исключительно на себя, а потому не надеялся на помощь со стороны. Отцу никогда не было дела до его проблем, а так называемые друзья почему-то всегда исчезали, стоило проблеме замаячить на горизонте. Кириано уже не верил в бескорыстную привязанность, только в расчет. Высокородные при дворе, как волки, сбивались в стаи вокруг лидеров, но, почувствовав слабину своего вожака, разбегались или старались укусить побольнее напоследок.

Телохранитель приготовился к скорой и неизбежной смерти и, бравируя, начал дерзить.

Ройс отчаянным рывком попытался сесть на камне, едва услышал, как тип в сером просит у подельника нож. На пути его тела оказалось бледное лицо мужчины, и, чтобы не врезаться в него лбом, подопечный Дартиса инстинктивно попытался выставить руки в качестве преграды. На удивление, маневр удался. Запястья оказались не связаны, как можно было ожидать. Ройс, ведомый желанием сохранить жизнь и обрести свободу, резво сомкнул руки на шее неизвестного, едва почувствовал и осознал, что его ничего не сдерживает. А учитывая, что в экстремальных ситуациях думать у него получалось чрезвычайно быстро…

Мужчина захрипел, но активных действий в ответ не предпринял. Он просто уперся ладонями в грудь ренийца, стараясь оттолкнуть его.

– Дартис! Ну и рефлексы! – воскликнул кто-то третий, оставшийся в стороне от схватки.

Начальник тайной канцелярии мельком отметил, что этот голос ему знаком. Он бы опознал личность, если бы услышал хоть слово чуть раньше, когда только начал приходить в себя и еще не был озабочен защитой своей жизни. Сейчас Ройсу некогда было отвлекаться. В глаза ему бросились длинные клыки, торчащие из-под верхней губы судорожно открывшегося рта незнакомца, и он торопился разделаться с вампиром, используя эффект неожиданности.

– Ройс, пусти! – не то попросил, не то потребовал смутно знакомый голос.

Кто-то скрытый за спиной противника попытался разжать пальцы ренийца:

– Прекрати! Мы же пытались помочь, привести тебя в чувство! Убьешь агента!

При упоминании этой специфической должности Ройса внезапно озарило, он понял, кому принадлежит голос. Пирсу! Не ослабляя хватку, подопечный Дартиса быстро осмотрелся вокруг и с удивлением узнал площадь Дампара. Но как он здесь оказался?

Уверенность Ройса в правильности собственных действий была изрядно поколеблена. И последней каплей, склонившей чашу весов в сторону мира, стало горячее заверение приятеля:

– Клянусь, мы тебе не враги!

Глава тайной канцелярии Рении отпустил шею хрипящего вампира. Он осознал, что оба тансорца действительно ведут себя слишком пассивно для злоумышленников. Парень тщательно ощупал свое лицо, рассмотрел ладони, насколько позволяло слабое уличное освещение, и констатировал, что это его тело. Кроме живота, почти ничего не болело, на запястьях не обнаружилось никаких следов от веревок. Немного ныла шея из-за того, что он некоторое время лежал с запрокинутой головой. Но вот с одеждой были проблемы. Из своего на Ройсе оказалось только белье и туфли. Вместо рубашки и брюк наготу прикрывал незнакомый плащ черного цвета, за плечами даже откинутый капюшон имелся.

– Пришел в себя? – с беспокойством поинтересовался Пирс. Он так и остался стоять в двух шагах от ренийца, не рискуя подойти поближе.

А вот чуть придушенный вампир, обретя свободу, постарался убраться как можно дальше от опасного человека. Он отошел за соседний алтарный камень и остался там, глубоко и шумно дыша и потирая шею.

– Кажется, да, – отозвался Ройс, соскакивая с плоской поверхности валуна.

Он чуть присел, кое-как рассмотрел на камне символ Дартиса и окончательно успокоился. Глупо кого-то убивать на алтаре его же покровителя, ведь стоит жертве прийти в себя и прошептать хоть слово – ее и след простыл.

– Точно кидаться не будешь? – уточнил Пирс.

– Твои кости меня не интересуют. Лучше объясни, как я здесь очутился, – потребовал рениец. – Только коротко и четко!

Он помнил, что где-то в лесу, коих в мире немало, сейчас убивают его телохранителя. Но в одиночку Ройс ничего не мог сделать. Ему необходимо было заручиться поддержкой вампиров, их магов, чтобы начать действовать. Хоть труп, хоть прах, но он найдет! За свое мужество Кириано заслуживает быть погребенным по всем правилам в родовой усыпальнице рода Сьерро.

– В первом часу я закончил разбирать текст древней книги и выбрался из хранилища. В коридоре слуга доложил мне, что ты куда-то выходил вечером. Один. Я забеспокоился, решив, что выяснились новые обстоятельства дела, и на всякий случай решил заглянуть к тебе в комнату и расспросить, если ты не спишь, – начал рассказывать Пирс.

– Пытался выманить сектантов. Не удалось, – коротко объяснил подопечный Дартиса.