Читаем без скачивания Мозг Кеннеди - Хеннинг Манкелль

Луиза вышла из самолета, нашла зал для транзитных пассажиров и отдала билет на проверку. Служащий за стойкой попросил ее паспорт. Пролистав его, он посмотрел на нее:

— У вас нет визы?

— Мне сказали, визу можно купить в аэропорту Мапуту.

— Иногда можно, иногда нельзя.

— Что будет, если нельзя?

Служащий за стойкой пожал плечами. Его черное лицо блестело от пота.

— В таком случае вы сможете провести время здесь, в Южной Африке. Насколько мне известно, в Мозамбике вы не увидите ни льва, ни леопарда, ни даже гиппопотама.

— Я приехала сюда не затем, чтобы любоваться зверями.

«Я кричу, — подумала она в отчаянии. — Голос у меня опять усталый и плаксивый. Я измучена, вся в поту, мой сын мертв. Разве ему все это понять?»

— У меня умер сын, — неожиданно произнесла она, хотя никто не требовал от нее таких сведений.

Служащий за стойкой наморщил лоб.

— Вы наверняка получите визу в Мапуту, — сказал он. — Особенно учитывая, что у вас умер сын. Примите соболезнования.

Луиза прошла в просторный зал отлета, поменяла деньги на южноафриканские ранды, выпила кофе. Позднее она будет вспоминать часы в аэропорту как долгое ожидание, окруженное пустотой. Она не помнила никаких звуков — ни музыки из невидимых динамиков, ни объявлений об отправке самолетов, ни предписаний о безопасности. Кругом лишь великая тишина и неясное мелькание красок.

Меньше всего ей запомнились люди. И только когда внезапно объявили о вылете ее самолета — «South African Airways 143 to Maputo» — ее опять вышвырнуло в действительность.

Она в изнеможении заснула и рывком проснулась, когда самолет сел в Мапуту. В иллюминатор увидела, что здесь больше зелени. Но все равно блекло, неухоженно, пустыня, скудно прикрытая тонким слоем травы.

Ландшафт вызвал в памяти редкие волосы на макушке Арона.

Жара встретила ее ударной волной, когда она, выйдя из самолета, направилась к зданию терминала. От солнца пришлось зажмуриться. «Какого черта я здесь делаю? — спросила она себя. — Собираюсь разыскать девушку по имени Лусинда. Но зачем?»

Визу она купила без всяких проблем, хотя сильно подозревала, что здорово переплатила за штамп в паспорте. Обливаясь потом, она застыла с чемоданом в руке. Мне нужны карта, машина и гостиница, в первую очередь гостиница, подумалось ей.

Рядом стоял негр в униформе, с плакатом в руке: Гостиница «Полана». Он заметил, что она смотрит на него.

— Гостиница «Полана»?

— Да.

— Ваша фамилия?

— Я не заказывала номер.

Ей удалось разобрать его имя на бейджике: «Рожериу Мандлате».

— Господин Мандлате, как вы думаете, там есть свободные номера?

— Ничего не могу обещать.

В компании четырех белых южноафриканских мужчин и женщин Луиза села в автобус. Город кипел от зноя. Они проезжали беднейшие кварталы. Повсюду люди, дети, главным образом дети.

И тут ее поразила мысль, что Хенрик наверняка ехал той же дорогой. И видел то же, что видела она. Но бродили ли у него в голове те же мысли? Этого она знать не могла. На этот вопрос ей никогда не получить ответа.

Солнце стояло прямо над головой, когда Луиза подошла к белой, похожей на дворец гостинице. Она получила номер с видом на Индийский океан. Отрегулировала кондиционер, чтобы остудить помещение, и подумала о ледяных утрах в Херьедалене. «Сильная жара и пронизывающий холод уподобляются друг другу, — размышляла она. — В Греции я научилась переносить зной, потому что мое тело было привычно к противоположному климату. И Херьедален, и Греция вооружили меня, чтобы выдержать этот сумасшедший зной».

Луиза разделась догола и, постояв под холодными струями висящего на стене аппарата, пошла в душ. Долго-долго освобождалась от длительного полета.

Потом, присев на край кровати, она позвонила на мобильный Арону. Он не ответил, только автоматический голос попросил ее позвонить позднее. Она вытянулась на постели, натянула на себя тонкое одеяльце и заснула.

Проснувшись, она не могла сообразить, где находится. В комнате было холодно, время — без десяти час. Она проспала больше трех часов, крепко, без сновидений. Встала, оделась и почувствовала, что проголодалась. Положила свой паспорт, паспорт Арона и большую часть денег в сейф и заперла его на код — первые четыре цифры телефона Артура. Следовало бы, конечно, позвонить ему и сказать, где она. Но сперва надо поесть и ощутить, каково это — быть в стране, о которой ничего не знаешь.

В красиво обставленном холле четыре чернокожие женщины вытирали пыль, и это напомнило ей, что она в Африке.

Практически все постояльцы были европейцами. В ресторане Луиза заказала салат. Обвела взглядом зал. Чернокожие официанты, белые посетители. Она поискала банк, чтобы обменять деньги. Побродила по гостинице. В газетном киоске купила план Мапуту и путеводитель по стране. В другом конце гостиницы обнаружила казино. Заходить не стала, только украдкой посмотрела на одиноких толстяков, игравших на автоматах. Обошла гостиницу, обогнула внушительных размеров бассейн, подошла к перилам, откуда гостиничный сад спускался к пляжу и морю. Встала в тени маркизы. Море напомнило ей Эгейское, тот же бирюзовый цвет, те же переливы при ярком солнце.

Появился официант, поинтересовался, не нужно ли ей чего. «Моего сына, — подумала она. — Живого Хенрика и голос Арона, уверяющего по телефону, что все в порядке».

Луиза покачала головой, официант прервал ход ее мыслей.

Она вышла к фасаду гостиницы, выходящему на парковку. Возле ограды кишели уличные торговцы. Недолго помешкав, она двинулась по тротуару, мимо продавцов, предлагавших скульптурки из душистого сандалового дерева, жирафов, игрушечных слонов, маленькие шкатулки, стулья и выточенных людей с гротескными лицами. Перешла улицу, отметила, что на углу расположено одно из бюро «АВИС», и продолжила путь по широкой авеню, которая, к ее изумлению, носила имя Мао Цзэдуна.

Несколько ребятишек сидело вокруг костра из горящего мусора. Один подлетел к ней, протянул ладошку. Покачав головой, она прибавила шагу. Мальчишка уже привык к такому обращению, не побежал за ней, а сразу отказался от своего намерения. «Еще не время, — решила Луиза. — Нищими я займусь попозже».

Она свернула на улицу с менее оживленным движением, потом на другую, тянувшуюся между высокими стенами, за которыми лаяли свирепые собаки. Улица была пустынна — самое жаркое время дня, сиеста. Луиза внимательно следила, куда поставить ногу. Тротуары разбиты, водосточные решетки отсутствуют. «Интересно, как можно ходить по таким улицам в темноте», — подумала она.

И тут на нее напали. Двое нападавших подкрались сзади. Один беззвучно обхватил ее руками и обездвижил. Другой приставил к ее щеке нож. Глаза красные, зрачки расширены, явный наркоман. Его английский состоял практически из одного слова — fuck. Человек, державший ее, — лица его она видеть не могла — крикнул ей прямо в ухо: Give те топеу.

Она похолодела, но сумела преодолеть шоковое состояние. И медленно ответила: Берите что хотите, я сопротивляться не буду.

Мужчина, стоявший сзади, сорвал с ее плеча сумочку, и побежал прочь. Она так и не рассмотрела его лица, увидела только, что он босой, одет в обноски и бежит очень быстро. Второй, с расширенными зрачками, чиркнул ножом ей по щеке и тоже убежал. Он тоже был босой.

Оба — ровесники Хенрика.

Потом она закричала. Но, похоже, никто не слышал ее, только невидимые собаки лаяли за стенами. На улицу выехал автомобиль. Луиза стала перед ним, размахивая руками. Щека кровоточила, кровь капала на ее белую блузку. Машина нерешительно остановилась, за рулем сидел белый мужчина. Продолжая кричать, она побежала к машине. Тогда автомобиль резко дал задний ход, круто развернулся и исчез. У нее закружилась голова, она больше не могла справиться с этим ужасом.

Этот чертов Арон не позволил бы такому случиться, защитил бы меня. Но его нет. Никого нет.

Луиза села на тротуар и глубоко задышала, чтобы не упасть в обморок. Когда кто-то дотронулся до ее плеча, она вскрикнула. Рядом стояла чернокожая женщина. В руках она держала блюдо с арахисом, от нее сильно пахло потом, блузка рваная, бедра обернуты куском грязной тряпки.

Луиза попыталась объяснить, что на нее напали. Женщина, очевидно, ничего не поняла, говорила на своем языке и на португальском.

Она помогла Луизе встать, с трудом произнесла слово «госпиталь», но Луиза сказала: «Полана», отель «Полана». Женщина кивнула, крепко взяла ее за руку, ловко балансируя на голове блюдом с арахисом и на ходу поддерживая Луизу. С помощью носового платка Луиза сумела остановить кровь. Рана была неглубокая, скорее царапина на коже. Но ей казалось, нож проник в самое сердце.