2. Игорь – могучий и славный князь, сын Рюрика Новгородского, сам захватил Киев и убил его не менее славных правителей – эту версию озвучивают НПЛ младшего извода и Ян Длугош.
Я. Длугош: «Затем, после смерти Кия, Щека и Корева, их сыновья и потомки, наследуя по прямой линии, княжили у русских много лет, пока такого рода наследование не привело к двум родным братьям – Оскальду и Диру. В то время как они княжили в Киеве, некоторые русские народы, которые по причине чрезвычайного умножения расселились по новым местам, тяготясь их княжением, приняли трёх князей от варягов, поскольку из своих они не пожелали выбрать никого из-за [их] равенства [с собой]. Первый звался Рурек, который осел в Новгороде, второй, Синеус, – на Byalyeyeszyoro (Белом озере. – Ред.), то есть у Albus lacus, третий, Трубор, – в Сборске. Им и каждому из них русские и подчинённые их власти народы от каждой головы платили в качестве дани по одной белой белке. После того как двое князей, а именно Синеус и Трубор, со временем умерли, не оставив потомства, их княжества наследовал Рурко. Умирая, он оставил сына по имени Игорь, который, достигнув совершеннолетия, коварно убил киевских князей Оскальда и Дира, не ждавших от него никакого зла, и завладел их княжениями и землями. Но убийство киевских князей Оскальда и Дира недолго оставалось безнаказанным для князя Игоря. Когда он, кичась силой, заставил народ, который [звался] древлянами [и] имел собственного князя Нискину из русского рода, платить дань и, не довольствуясь одной выплатой, о которой они ранее договорились, стал собирать в том же году вторую, то был позорно убит древлянами, не потерпевшими несправедливости».
Особенно интересно, что убийство Игоря древлянами расценивается как воздаяние за убийство потомков Кия, также и Игоревых походов на Царьград польский историк не знает, а Олега Длугош вовсе не счел упомянуть, очевидно, в его источнике Олег либо вовсе не упоминался, либо играл незначительную роль воеводы, как и в НПЛ:
«В лето 6362. Начало земли Русской. Жили каждый со своим родом по своим местам и странам, владея каждый родом своим. И было три брата: одному имя Кий, второму же имя Щек, третьему же имя Хорив, а сестра их Лыбедь. И сидел Кий на горе, где ныне въезд Боричев, и жил с родом своим, а брат его Щек на другой горе, прозвавшейся от него Щековицей, а третий – Хорив, от которого прозвалась Хоривица. И построили городок во имя старейшего брата, и назвали его Киев. И был около них лес и бор великий, и ловища зверей. И были мужи мудрые и смышленые, называемые полянами, и до сего дня от них киевляне. Были же они язычниками, приносили жертвы озерам, колодцам и растениям, как и другие язычники.
В эти же времена был в Греческой земле цесарь именем Михаил и мать его Ирина, которая провозглашала поклонение иконам в первую неделю поста. При нем Русь пришла на Царьград в кораблях, бесчисленное количество кораблей, а двести их вошло в Суд, причинив грекам много зла и убийства христианам. Цесарь же с патриархом Фотием совершили молитву в церкви святой Богородицы Влахернской на всю ночь. Вынесли также ризу святой Богородицы, омочив в море ее полу. Стояла в то время тишина, и тотчас поднялась буря, и топила корабли русские, и выбрасывала их на берег, и те возвратились восвояси.
После этих лет братья погибли. И обижали полян древляне и другие соседи…
…Но мы вернемся к нашему изложению. После этого, после тех братьев, пришли два варяга и назвались князьями; одному было имя Аскольд, а другому – Дир. И княжили в Киеве и владели полянами, и воевали с древлянами и уличами.
Во времена же Кия, Щека и Хорива новгородские люди, называемые словенами, и кривичи, и меря имели волости: словени свою, кривичи свою, меря свою. Каждый своим родом владел, и чудь своим родом, и давали дань варягам от мужа по зимней белке, а которые жили среди них, совершали насилия над словенами, кривичами, мерей и чудью. И восстали словене, кривичи, меря и чудь против варягов и изгнали их за море. И начали сами собой владеть и ставить города. И поднялись воевать сами с собой, и были между ними большие сражения и усобицы, и встал город на город, и не было у них правды. И сказали сами себе: «Поищем князя, который владел бы нами и судил по справедливости». Пошли за море к варягам и сказали: «Земля наша велика и обильна, а наряда у нас нет; пойдите к нам княжить и владеть нами». И вызвались три брата со своими родами и взяли с собой дружину многочисленную и предивную, и пришли к Новгороду. И сел старейший в Новгороде, имя ему было Рюрик, а другой сел на Белом-озере – Синеус, а третий в Изборске, имя ему – Трувор. И от тех варягов, пришельцев тех, прозвалась Русь, и от тех слывет Русская земля. И новгородские люди есть до нынешнего дня от рода варяжского.
Спустя два лета умерли Синеус и брат его Трувор, и принял власть один Рюрик над волостями братьев и начал владеть один. И родился у него сын, которого он назвал Игорь. И вырос Игорь, и стал мудрым и храбрым. И был у него воевода, именем Олег, муж мудрый и храбрый. И начали воевать, и вышли на Днепр реку и город Смоленск. И оттуда пошли по Днепру, и пришли к горам киевским, и увидели город Киев, и спросили, кто в нем княжит. И сказали: «Два брата, Аскольд и Дир». Игорь же и Олег, притворившись проходящими мимо, спрятались в ладьях и с малой дружиной вылезли на берег, прикинувшись подугорскими купцами, и позвали Аскольда и Дира. Когда те спустились, выскочили из ладей прочие воины Игоревы на берег. И сказал Игорь Аскольду: «Вы не князья, не княжеского рода, но я князь и мне надлежит княжить». И убили Аскольда и Дира, и тотчас понесли на гору и погребли их: Аскольда на горе, называемой ныне Угорской, где двор Олмин – на той могиле поставил Олма церковь святого Николы, а Дирова могила за святой Ириной. И сел Игорь, княжа в Киеве, и были у него варяги мужи словене, и с тех пор и прочие прозвались Русью. Игорь же начал ставить города и уставил давать дань словенам и варягам, и кривичам, и мери давать дань варягам, а от Новгорода 300 гривен на лето ради сохранения мира, которые теперь не дают. И затем привел себе жену именем Ольгу, и была она мудрой и смышленой. От нее же родился сын Святослав».
Как мы видим, новгородский вариант относит Кия к числу русских князей и именно ему приписывает первый поход на греков 860 года!
Параллели между известиями Длугоша и НПЛ настолько значительны, что мы в праве предполагать общее их происхождение. Исследования показали, что НПЛ младшего извода сохранила известия более древнего летописного свода, нежели ПВЛ. В тоже время составитель НПЛ наверняка сильно сократил свой источник и внес в него корректировки в духе новгородских представлений о истории киян, в результате чего Кий превратился в современника Рюрика и зверолова-перевозчика (автор ПВЛ, как мы помним, яростно спорил с этим утверждением), а Аскольд и Дир из потомков Кия превратились в находников– варягов.
В целом, ту же традицию продолжают и известия Никоновской летописи, подробно расписывающие деяния Аскольда и Дира: они, как и в НПЛ и у Длугоша, правят в Киеве ранее призвания Рюрика и независимо от него. Никоновские известия служат недостающим звеном между известиями Длугоша и началом правления Игоря. Еще Рыбаков предположил, что в Никоновскую летопись описание правления Аскольда попало из начальной редакции ПВЛ или ее предшественницы.
Длугош пользовался явно не самой Начальной летописью, а каким-то ее сокращением, подобным НПЛ младшего извода. Скорее всего, это был какой-то волынский вариант (у Длугоша в перечне прародителей славянских племен упоминается Дулеб – предок дулебов/волынян/лучан). Однако сравнение летописи Длугоша, НПЛ мл. извода, Никоновской летописи и ПВЛ разных редакций позволяет сделать некоторые выводы о том, как могла выглядеть первая киевская летопись изначально, а следовательно, и сделать определенные выводы о начале Игоревой династии в Киеве.
К каким же выводам можем мы прийти? Во-первых, приходится согласиться, что Игорь все же пришел из Новгорода и был потомком (сыном? внуком?) Рюрика, варяжского князя, приглашенного словенами из земли ободритов, как нам подсказывают Мекленбургские сказания. Во-вторых, на юге в это время уже существует и активно действует государство русов, которым правят Аскольд и Дир, потомки легендарного Кия. После убийства последних (или последнего?) представителей рода Киевичей власть над русами и полянами перешла к потомкам Рюрика.
Связующим звеном между Киевичами и Рюриковичами/Игоревичами был Олег Вещий и, м. б., его «сын» Олег Олегович, о котором сообщают польские и чешские историки, пользовавшиеся не дошедшими до нас богемскими хрониками. В русских ранних летописях налицо стремление убрать эту фигуру из русской истории. Версии НПЛ млад. извода и Летописи Длугоша либо превращают Олега в простого воеводу при Игоре, либо вовсе его не упоминают, и лишь ПВЛ знает Олега как князя, предшественника Игоря и могущественного правителя – победителя древлян, Хазарии и даже Византии! Более того, именно с Олега ПВЛ открывает счет РУССКИХ КНЯЗЕЙ! В распоряжении киевского летописца были и доказательства княжеского достоинства Олега – его договоры с греками! Но, с другой стороны, может быть, дело в другом? Что, если перед нами три ступени привязывания Олега к Игорю, которые изначально не имели ничего общего друг с другом?! Смотрите сами:
