Наемник сразу замолчал, что даже несколько удивило мальчика.
— Я умею драться на ножах и сама буду защищать мужа, — повторила Безымянная, уперев руки в бока.
Херидан задумчиво глянул на нее, потом на небо.
— Ладно. Много времени это не займет. Вальд! Давай, отвечай за свои слова.
Тот улыбнулся, скинул меховую телогрейку. В ладони, как по волшебству, появился нож.
— Проведем бой по обычаю моих сородичей, — Херидан снял перчатки. — Двадцать хлопков. С последним — бой остановится. Не искалечьте друг друга.
Ард обеспокоенно заерзал. Зря Безымянная ввязалась в поединок с воином. Не поранили бы.
Вальд заметил его тревогу, подмигнул, перебросив оружие из руки в руку:
— Не волнуйся, молодой хозяин, обещаю, что твою красотку даже не поцарапаю.
Девушка спокойно встала напротив. Сжалась, словно приготовилась к броску. В ладони крепко сидел кремневый нож с широким лезвием и длинной рукоятью.
Бровь Херидана взмыла вверх в удивлении и одобрении. Стояла девушка как заправский воин. И первую атаку начала четким, резким, заученным ударом. Лучник легко парировал, но было заметно, что девушка удивила и его.
Они закружились, нападая друг на друга. То плавно, то стремительно. Хлопки задавали ритм бою. Сталь и кремень дважды сталкивались в воздухе, вышибая искры.
Но Вальд был выше, сильнее и опытнее противницы.
Безымянная сделала неудачный, читаемый выпад. Мужчина перехватил ее руку, сбил толчком с ритма. Разоружил. Приставил лезвие к горлу.
— Ну… воительница… как тебе в схватке с настоящим бойцом? — Он тяжело дышал, пот градом катился по лицу.
Херидан перестал хлопать. Надел перчатки. Поправил ножны на поясе. Сообщил холодно:
— Твое хозяйство, настоящий боец, под угрозой.
Лучник побледнел.
Безымянная приставил к паху противника стелет из кости. Ард готов был поклясться, что мгновение назад у девчонки его не было!
— Ард, — бросил Херидан, — я передумал.
— В смысле?
— Хочу взять эту тощую в жены. Отдашь?
— Еще чего!
Они въехали в пролом между скалами. Было тепло и влажно, воздух казался вязким, ветер почти не чувствовался, все замерло, удивляя неподвижностью и спокойствием.
Поскольку повозку с телегой решили оставить — дальше передвигались пешком. Только Ард покачивался на Подснежнике — свинке, подаренной вождем. Животное ступало мягко, бережно неся всадника. Мальчик понял, за что роднари так ценят их.
Минув пролом, путники оказались в удивительном месте. По-над землей стелился пар. Он полз по крутым скалистым стенам к небу, оседая, застывал сверкающей коркой на базальте. Из-за этого пики гор напоминали дымчатый хрусталь. В Чаше, вместо подходящего для такой красоты вина, разлилось большое озеро. Его очертания с трудом угадывались сквозь пелену, виднелась лишь ледовая окантовка берега. Ни травы, ни деревьев вокруг. Осока да камыш.
— Не удивительно, что это место обросло байками, — усмехнулся Ландмир, утерев ладонью пот со лба.
— В племени его сторонятся, — тихо сказала Безымянная.
— Неразумно, — покачал головой Херидан. — Здесь есть глина и камыш — можно подлатать лачуги или обновить стены города.
— Еще тут много тайн, — покосившись на девчонку, произнесла Айла. — Чую кожей. И смертным не следует совать в них нос.
— А мы не станем ничего никуда совать, — Ландмир подошел и потрепал Арда по волосам. — Просто попробуем сделать то, ради чего забрались в такую даль.
Грохнуло. Затряслась земля. Где-то за озером, из бурлящей почвы с ревом вырвался грязевой столб. Взметнувшись, обрушился на землю с чавкающим звуком. Легкий ветерок донес до путников запах тухлых яиц.
— Лица лучше замотать мокрыми тряпицами, — посоветовал Херидан. — В горах подобные источники зачастую приносят из-под земли воздух мира мертвых. Он смертельно опасен. Я видел отару овец, забредших в долину грязевых фонтанов и передохших там меньше чем за час…
К совету прислушались.
Путешественники остановились неподалеку от берега. Огляделись, но пар стал гуще и скрывал любые мелочи, — люди превратились в слепцов.
— Пард, — негромко сказал Ландмир, — останешься с сыном. Глаз с него не спускай!
Остальные разделились на тройки и разбрелись кто куда, разыскивая что-нибудь необычное и надеясь, что чутье степнячки поможет отыскать источник силы. Безымянная увязалась за Айлой.
Охранник уселся на вросший в землю валун. Снял толстый кожух и шапку, дубинку положил поперек коленей.
— Не похоже, что здесь опасно, — пропыхтел он. — Душно только.
— Верно, — кивнул Ард. — Помоги плащ снять, а то сварюсь…
Здоровяк задремал. Мальчишка, оставшись без собеседника, стал припоминать отрывки из любимейших историй. Ни в одной из них, включая странствия Слепого Мельда, герой не дожидался исхода приключений, сидя на заднице. Да и жен своих, как правило, они встречали поближе к финалу, вдоволь насытившись опасностями, набив карманы золотом и выйдя из десятка-другого передряг.
— Что ж, надо признать, на легендарного героя я, определенно, не смахиваю, — грустно улыбнулся Ард.
Покосившись на бесшумно шевелящего во сне губами Парда, намотал поводья на кулак.
«Отец будет в ярости! — Но все-таки пустил свинью вдоль ледовой кромки. — Я должен сделать хоть что-то сам!»
Подснежник ступала осторожно, водила рылом из стороны в сторону, шумно втягивала воздух.
Где-то вдали бурлила грязь, выстреливая в небо горячими фонтанами и паром. От воды тянуло стужей, но лед был только возле берега да еще кисточки редких камышей покрывал иней.
Ард быстро продрог и пожалел, что снял плащ. Но поворачивать назад не собирался. Да и не мог — Подснежник перестала слушать понукания, и вполне целенаправленно трусила куда-то вдоль берега. Юноше ничего не оставалось, кроме как послушно трястись в мягком седле, поглядывая по сторонам, в поисках… непонятно чего.
Внезапно свинья замерла. На берегу возвышались два столба, оставшихся от некогда высокой арки. Булыжники, из которых они были сложены, покрывала изморозь.
Свинья побежала к столбам. Натянутый повод и попытка развернуть животное ни к чему не привела. Подснежник не слушалась. Влетела в воду, подняла тучу брызг. Всадник еле удержался в седле — спасли крепежные ремни и веревки. Изумление пересилило страх, когда он увидел, как хрюшка шествует по озеру. Лишь потом, присмотревшись, понял, что та скачет по затонувшему мосту.
Вода достигала колен, переливалась за голенища сапог. Арда раскачивало из стороны в стороны. Вдруг Подснежник споткнулась и рухнула на мост, чуть в лепешку не размазав правую ногу седока. Чувствуй он хоть немного свои нижние конечности — взвыл бы от боли…
