Читаем без скачивания Географические открытия - Артем Корсун

Между прочим, известный русский литературовед Л. Аникст упоминает о книге арабского писателя XII века Ибн-Туфайля (Дефо мог читать ее, потому что при его жизни она трижды издавалась на английском), герой которой Хаджи Бен Иокдан в одиночку создал целую культуру на острове.

Аникст пишет: «Из титульного листа английского издания можно почерпнуть основное содержание этой книги: „Изложение восточной философии, показывающее мудрость некоторых наиболее прославленных людей Востока, в особенности глубокую мудрость Хаджи Бен Иокдана, как в естественных, так и в божественных науках, коей он достиг без всякого общения с людьми (ведя одинокую жизнь на острове и достигнув совершенства до того, как он встретился с людьми, с которыми был разлучен с младенческого возраста)“.»

В последующих изданиях этой же книги титульные листы поясняют, что Бен Иокдан достиг высоких знаний постепенно, благодаря наблюдениям и опыту, что его природных способностей было достаточно не только для того, чтобы познать непосредственно окружающее, но и постичь идею Бога и законы разумной жизни.

Бросается в глаза сходство Бен Иокдана и Робинзона Крузо. Его можно коротко выразить такой сентенцией: «На что способен человек, если его оставить в покое, если никто ему не будет мешать, то есть если удалить его от общества!»

Полет на птице Рухх – реальность?

Среди невероятных приключений Синдбада-морехода был полет на гигантской птице Рухх. Что же это было за животное? Существовало ли оно вообще в природе?

Синдбад рассказывает, как он затосковал от своей жизни и изобилия свободного времени и захотел отправиться в море еще раз, «имея мысль о путешествии по миру, чтобы увидеть людей, их города и острова». На одном из островов – необитаемом – он увидел огромный белый купол. Мореход обошел его, но не обнаружил дверей, попытался взобраться наверх, но не смог, так как поверхность купола была совершенно гладкой. В конце концов выяснилось, что купол – вовсе не купол, а невероятных размеров яйцо. Это была долина гигантских змей, которые могут проглотить слона, и гигантских птиц, называемых Рухх, которые охотятся на них.

Нашим современникам история о птице Рухх кажется совершенно неправдоподобной. Между тем при всей своей фантастичности рассказ имеет под собой некоторые основания. Существует версия, что большинство сказок о Синдбаде восходят к записям, сделанным капитаном Бузургом ибн-Шахрияром, которого мы уже упоминали. Он жил в X веке и записывал показавшиеся ему интересными рассказы путешественников, купцов и капитанов кораблей о дальних странах. При этом он в меру возможностей стремился отделить правду от вымысла: в его сочинениях, как правило, описываются не фантастические, а действительно существующие страны, а в качестве рассказчиков выступают знакомые ему современники.

Интересно, что в записях Бузурга ибн-Шахрияра повествуется о гигантских птицах, причем основная сюжетная линия рассказа полностью совпадает со сказками Синдбада о птице Рухх.

Для средневекового человека существование этой птицы было делом само собой разумеющимся. Вспомним индийскую птицу Гаруду и хтонического змея Нага (слово, которое означало «слон», также и «змея», как утверждал А. де Губернатис), которые фигурируют в двух эпосах – «Махабхарате» и «Рамаяне», а оттуда они перекочевали в географические арабские сочинения, популярные арабские сказки и фольклор моряков. Так Ибн-Баттута рассказывает о птицах, парящих в воздухе над Китайским морем, которые казались ему птицами Рухх.

Раввин Биньямин из Туделы, оставивший прекрасные записи о своем путешествии на Восток во второй половине XII века – «Книгу странствий», – сообщает историю, напоминающую приключения Синдбада с птицей Рухх, в которой потерпевшие кораблекрушение моряки находили способ покинуть необитаемые острова, на которых могли погибнуть. Они зашивали себя в бычьи шкуры и давали большим грифам поднять их и унести, как добычу.

На картах, составленных по описаниям Марко Поло в XIII веке, даже значились острова птицы Рухх. Этот же путешественник назвал и точное место обитания легендарной птицы. Повествуя о фауне Мадагаскара, Марко Поло утверждал, что на острове живет гигантский гриф. Он писал: «Эта птица была как орел, но действительно невероятно огромных размеров, ее перья были 12 шагов в длину и соответственной толщины. Гриф очень силен и очень велик, схватит слона и высоко-высоко унесет его вверх, на воздух, а потом бросит его на землю, и слон разобьется; гриф тут клюет его, жрет и упивается им. <…> О грифе вот еще что нужно сказать, зовут его на островах руком».

В 1658 году вышла книга французского путешественника и губернатора Мадагаскара Этьена де Флакура «История большого острова Мадагаскара». Мы находим там следующее описание: «Вурон патра – гигантская птица, живет в краю ампатров (на юге Мадагаскара), откладывает огромные яйца, похожие на страусиные. Сама птица из породы страусов, обитает в безлюдных местах, чтобы ее не могли поймать».

Автора книги подняли на смех: никто не поверил рассказам, записанным Флакуром со слов местных жителей. Разве можно было поверить, к примеру, что на острове живет птица размером чуть ли не со слона? Однако Флакур весьма обстоятельно и подробно описал это существо. Становится очевидным, что его информаторы видели птицу живой.

В 1834 году французский путешественник Гудо нашел на Мадагаскаре половину яичной скорлупы такого размера, что ее и в самом деле можно было использовать как посуду для воды. Путешественник отправил зарисовку скорлупы парижскому орнитологу Верро. На основании рисунка ученый и окрестил птицу, снесшую яйцо, «великорослой» – эпиорнисом.

Прошло несколько лет, и в Париж доставили два целых яйца. А затем известный путешественник Альфред Грандидье вывез из болот Амбалисатры неопределенного вида кости, которые поначалу приняли за останки слона или носорога. Но кости принадлежали птице! И птица та должна была весить по меньшей мере полтонны…

Если честно, то орнитологи не очень удивились, ибо еще за несколько лет до этого Р. Оуэн описал птицу-гиганта по костным останкам из Новой Зеландии. Основываясь на имеющемся материале, Исидор Жоффрей Сент-Илер описал вид Aepyornis maximus.

Сейчас уже известно, что существовало три вида эпиорнисов, самый крупный – Aepyornis maximus был ростом со слона; несколько меньше – Aepyornis medius и самый маленький, ростом со страуса, – Aepyornis hildebrantii.

Эпиорнис слонами, конечно, не питался, да и летать не мог, но остальные признаки, присущие птице Рухх – огромный рост и невероятных размеров яйца, – налицо. Он обладал на редкость крепким телосложением и, безусловно, был тяжеловесом в мире пернатых. Его вес достигал 450 килограммов. Человек лишь с поднятой вверх рукой мог дотянуться до спины эпиорниса. А Сент-Илер даже полагал, что некоторые эпиорнисы были ростом в пять метров! Но, по-видимому, он ошибался. Однако трехметровые эпиорнисы не были редкостью. Три метра – средний рост слона. Крылья эпиорниса внешне не были заметны и состояли из рудиментов костей предплечья и запястья. Яйца эпиорниса с чрезвычайно толстой и прочной скорлупой – явление в природе уникальное. Окружность овального яйца составляет немногим менее метра, вычисленный объем равен 12,5 литра. (Островитяне порой пользовались яичной скорлупой как бочонками для воды.) Огромное 32-сантиметровое яйцо по весу равнялось 180 яйцам домашней курицы. Мясо эпиорнисов тоже было вполне съедобным. Найдены кости, обожженные на костре, другие носят следы ударов режущими орудиями.

Сейчас ученые убеждены, что единичные экземпляры эпиорнисов вполне могли сохраниться на Мадагаскаре до середины XVII века. Сейчас уже точно можно сказать, что в вымирании самых удивительных пернатых, каких когда-либо знала земля, повинны люди из Европы, прибывшие на остров как завоеватели. За время своего господства на острове европейцы уничтожили девять десятых лесов Мадагаскара. Вместе с девственными лесами исчезли и исполинские птицы, которые жили в глубине диких непроходимых болот.

Синдбад называл птицу Рухх. А в персидской мифологии ее нарекли Симург. Есть аналогии и в русских сказках, только там птица выступает безымянной… Что это, совпадение? Свидетельство того, что у каждого народа была своя основа для легенды? Видимо, нет. Исследователи, занимающиеся вопросами происхождения и состава «Тысячи и одной ночи», пришли к выводу, что основа этого свода – созданные в Индии фантастические сказки и дидактические повествования, относящиеся к так называемому животному эпосу. На сюжеты, заимствованные из этого источника, наслоились впечатления, вынесенные из дальних морских путешествий по Индийскому океану в первые века нашей эры. Впрочем, только ли в первые века?