Читаем без скачивания Демоны прошлого - Вера Кауи

Сара стала для него путеводной нитью, указывающей дорогу к подлинной жизни. Если он потеряет ее, то утратит надежду выбраться к тому настоящему, к чему предназначила его судьба.

Эд стал зависеть от Сары, так же как «Салли Б.» зависела от своих крыльев; без них самолет превращался в груду мертвого железа. Такой же развалиной сделался бы без Сары и он, Эд. Дело было не в сжигающем его огне желания, страстном порыве отдавать, бесконечном стремлении получать и обладать. Его любовь невозможно было измерить, ввести в какие-то рамки. Ее нельзя было определить простым «я тебя люблю». Каждое из этих трех слов таило в себе невероятно много. Кто такой «я», что значит «любить» и кто же такая «ты»? Ответы на эти вопросы предполагали знание о том, кем была Сара, кем был он и что свело их вместе. Теперь они были иными, чем восемь месяцев назад. Сейчас стало невозможным то, что было тогда, а тогда они представить себе не могли, что будет объединять и разделять их теперь. Их отношения претерпели большие изменения, так же как изменились и они с Сарой. Он сам себя не узнавал. Да и Сара стала другой женщиной. Еще никогда прежде связь с женщиной не была столь эмоционально глубокой.

Он встречался с девушками с четырнадцати лет. Десятки женщин прошли через его руки. Они никогда не доставляли ему хлопот и беспокойства. Он использовал их, наслаждался ими, беспечально расставался. Раз или два ему казалось, что он влюблен, но это скоро проходило. Интерес представляли для него только тела этих женщин, все прочее было скучным. Но с Сарой все было по-другому.

Эд так глубоко погрузился в мир отношений с ней, что все его мысли были заняты только ею. Кто она, что она, кем была, какой стала — эти вопросы роем вились в его голове. Сара стала частью его, он без нее просто не мог жить. Она будто подсыпала ему волшебного порошка, который помог Эду ощутить прелесть жизни.

Временами власть, которую она взяла над ним, начинала казаться ему угрожающей. Он утрачивает свободу, он попал в зависимость от женщины! Но, обретя свободу, он потеряет Сару. Нет уж, лучше плен до конца дней, чем жизнь без нее.

Любовь — что же, черт побери, это такое? У нее столько причин и следствий, но как определить ее саму? Ответ не получишь, исследуя образчик на предметном стеклышке под микроскопом, не постигнешь холодным разумом. В стерильной обстановке рационального мышления она чахнет и умирает.

Любовь толкала благородных, мужественных, сильных мужчин на страшные поступки. Вид обнаженной купающейся женщины толкнул Давида Псалмопевца на убийство. Любовь зачаровывает, усыпляет разум, парализует действие. Человек околдован, слеп, он не видит ничего, кроме предмета своего обожания. И все же даже в этом колдовском плену, когда они с Сарой ничего вокруг не замечали, кроме друг друга, Сара с холодной рациональностью обвинила его в том, что ее якобы затащили в американский бордель. Его поразило, что она может думать о себе в таких выражениях. В отеле действительно полно американцев с разными женщинами, но какое отношение имеет это к ним с Сарой?

Что ж, размышлял Эд, все влюбленные полагают, что их роман не похож ни на какой другой. Что касается их двоих, то они на каждом шагу упираются в Джайлза Латрела. Мужа Сары. Законного супруга. Его леденящее дыхание замораживало теплоту их отношений, превращало чистое чувство в грязное прелюбодеяние. Стоп, подумал тут Эд, обуздай воображение, пока оно не открыло дорогу ревности. Она была бы безумием, с которым невозможно совладать. Ревность рождается из неуверенности в себе, из ощущения собственной неполноценности. Этот огнедышащий дракон лежит у врат всякого любовного рая. И ты тоже не святой. Но у тебя есть Сара. Как бы то ни было, она твоя, но, если ты приучишься смотреть на нее как на собственность, ты пропал. Ты прошел долгий путь. От подножия первой встречи, знакомства и робкого взаимного интереса — к вершине любви и нежности, к пику близости и полного слияния. Не оглядывайся, чтобы не встретиться глазами с тем драконом, иначе угодишь прямо в его разверстую пасть. И не допусти, чтобы это случилось с Сарой. Ей и без того несладко. Даже если она сумеет справиться с чувством вины, ее ждет процедура развода, причем здесь, в Англии, а не где-нибудь в Америке, там можно найти место, где разведут молниеносно и безболезненно. Здесь в деле будет фигурировать супружеская измена и прочие мерзости. Ты доставил ей немало неприятностей, парень. Так что будь добр, не взваливай на нее лишнюю соломинку, которая может сломать спину.

Имей мужество посмотреть в лицо реальности. Идиллии пришел конец. Пришел черед схлестнуться с жизнью. Тебе потребуются борцовские качества. Сара помогала тебе вернуться из переделок. Теперь твоя очередь помочь ей. Не ошибись. От этого зависит твоя жизнь.

6

Первое, что сделала Сара, вернувшись в Литл-Хеддингтон, — написала Джайлзу. Ссора в Лондоне с Эдом подстегнула ее. В конце концов, когда-то надо было на это решиться. Ей было трудно нанести этот удар Джайлзу; но о том, чтобы ранить Эда, не могло быть и речи. У нее на сердце скребли кошки, но все же она заставила себя сесть за стол и, подбирая самые простые, ясные и однозначные слова, сообщила Джайлзу о случившемся. Она не искала себе оправданий, не прибегала к иносказаниям, не умалчивала ни о чем. Эта резкость и безжалостность были удивительны ей самой. Она выталкивала Джайлза из своей жизни беспощадными и точными ударами.

Лондонский уик-энд не задался, но нет худа без добра: они с Эдом стали еще ближе друг другу, они преодолели еще одну общую беду. Эд ни словом не упрекнул ее, но и не пытался усыпить ее совесть сладкой ложью; он просто разделил с ней ее вину и этим еще больше привязал ее к себе. Его проникновение в самый корень проблемы, которая стояла перед ней, понимание ее чувств было просто невероятным. И эта чуткость покорила Сару. Он понял ее смятение, развеял ее сомнения — не в отношении себя, о себе он даже не заикнулся, — по поводу ее самой.

Считая себя потерянной и одинокой, мучаясь собственной виной, она неожиданно ощутила прилив сил и уверенности в себе благодаря присутствию друга, который с готовностью разделил с ней эту вину, взвалил на свои плечи тяжкий груз, позаботился о самой Саре. Собственно, он заботился о ней с самых первых минут знакомства. Преодолев ее сопротивление, он привязал к себе Сару благодаря пониманию, которое проявил. Он, с одной стороны, словно заточил ее в самого себя, как в темницу, а с другой — помог почувствовать себя свободной до такой степени, что она стала способна на такие поступки, о которых прежде и помыслить не смела.

Никто еще не владел ею столь безраздельно; ни в ком еще она не была так уверена. Ей уже никуда не скрыться от Эда; он вездесущ, для него нет преград. Ее маленькую, упорядоченную, правильную жизнь встряхнули будто мешок со старьем, вытащили из нее нечто потаенное и сложили совсем в другом порядке. Эд полностью переделал ее. Он был надежен, как скала. В нем не было ни капли тщеславия, заносчивости, желания утвердиться за чужой счет. Сара не переставала удивляться ему. Рядом с ним она сама становилась уверенной в себе, в своих силах. Эд был глубоким источником, из которого она только начинала черпать, а взамен щедро и бездумно дарила ему себя, восстанавливая растраченные ресурсы из того же вновь обретенного бездонного источника.