Читаем без скачивания Рыбкин зонтик - Наталья Александрова

Мне хотелось как можно скорее выяснить, к чему приведет меня надпись, сделанная рукой Романа, хотелось выяснить, какую роль он играл во всей этой загадочной и криминальной истории, поэтому я подошла к автомату и набрала номер телефона, который дал мне бармен.

Сначала в трубке довольно долго раздавались длинные гудки, и я уже решила, что мне так и не ответят, но наконец трубку сняли и послышался надтреснутый старушечий голос:

— Диспетчер фабрики мягкой игрушки.

Признаюсь, такой ответ меня удивил, однако я заглянула в листочек, полученный от бармена, и произнесла написанную там фразу:

— Сообщите в отдел маркетинга, что поступил срочный заказ на партию мягких игрушек для ведомственного детского сада.

Старуха на какое-то время замолчала, так что я даже подумала, что она вообще повесила трубку, однако, прислушавшись, различила ее дыхание и шуршание бумаги — должно быть, бабка справлялась со своими записями. Наконец она проговорила:

— Записывайте.

Я вытащила ручку, к счастью, оказавшуюся в кармане, и приготовилась писать на обратной стороне листка.

— Интернет-кафе «Мегабайт», — начала старуха, старательно выговаривая трудные иностранные слова, — сара… савана, семьдесят шесть восемьсот девяносто четыре…

— Как? — переспросила я. — Не поняла последнее слово…

— Сарасавана семьдесят шесть восемьсот девяносто четыре, — повторила старуха.

Я аккуратно записала ее слова и повесила трубку.

В больнице, однако, дело обстояло неважно, потому что в палате реанимации было полно врачей и сестер, которые суетились возле второй кровати. Тому бедолаге было совсем плохо, и сестра, наткнувшись на меня в коридоре, когда бегала за чем-то наверх, даже ничего не сказала, а просто сверкнула глазами, и я поняла, что нужно уходить.

Наутро я проснулась от звука хлопнувшей двери — брат ушел на работу. На часах было полдевятого, как раз хватит времени, чтобы привести себя в порядок и идти к следователю Сабашникову.

На улице снова было пасмурно и прохладно, это дало возможность надеть серый брючный костюм. В свое время я использовала его для разных официальных случаев — например, при собеседовании, когда на работу устраиваешься, или, допустим, в налоговую инспекцию нужно или в банк… Один раз я даже была в этом костюме на похоронах своей первой школьной учительницы. Так что для посещения милиции такой скучный костюмчик очень даже подойдет.

Я слегка подмазала ресницы и провела светлой помадой по губам, затем зачесала волосы гладко и смазала их гелем. В зеркале отражалась строгая молодая женщина, с которой никто, даже следователь в милиции, не посмеет разговаривать неуважительно.

Навстречу мне в коридоре попался Лешка, только что из постели, в одних трусах.

— Ой, извините! — шарахнулся от меня ребенок, не узнавая.

Я захохотала, тогда Лешка вылупился на меня и тоже захохотал:

— Ты куда это таким чучелом?

— Здрасте, пожалуйста! — обиделась я. — Я старалась, наряжалась…

— На нашего директора школы сильно смахиваешь, — радостно сообщил Лешка, — только ты помоложе… Мам, точно она на Анжелу Давыдовну в таком виде похожа?

Алла высунулась из комнаты и придирчиво меня оглядела.

— По-моему, это слишком… — сказала она, — вся в сером… ты в милиции на фоне стен потеряешься… нужно бы чем-то оживить.

— Сама знаю, — рассердилась я, — да нечем! Думаешь, сколько я вещей в одном чемодане смогла унести? А остальные там остались, у Романа, в квартире опечатанной…

Алла скрылась в комнате и через минуту вынесла очень миленький розовый шелковый шарфик, под цвет моей помады, который действительно очень оживил мой наряд, во всяком случае, я перестала быть похожей на директора школы. Не успев подивиться на подозрительную доброту невестки, я поскорее ретировалась.

Следователь Сабашников встретил меня не очень любезно, впрочем, глупо было бы рассчитывать на ласковый прием. Как оказалось, он просто не узнал меня сначала, потому что спросил, не отрываясь от бумаг, по какому я к нему вопросу. Я молча протянула ему повестку, тогда он уставился на меня поверх очков и стал еще больше похож на старого спаниеля.

Как видно, метаморфоза моей внешности произвела на следователя сильное впечатление, потому что он помолчал немного, потом покашлял и наконец спросил, что я желаю ему сообщить.

— Хм. — Я села, хотя он мне этого вовсе и не предлагал, закинула ногу на ногу, потому что была в брючном костюме и у следователя не могла возникнуть мысль, что я хочу его соблазнить. — Видите ли, я ничего нового сообщить вам не могу, я, собственно, хотела бы услышать от вас, как продвигается расследование.

— Вот как? — Он опомнился и поглядел с привычным неодобрением, но я не дала ему продолжить.

— Понимаете, все это, конечно, очень печально, я имею в виду гибель тети Ары, но, кроме того, создает дополнительные неудобства. Ведь квартира опечатана, а там вещи остались. Я уж не говорю о себе, хотя я прихватила оттуда всего только одну дорожную сумку, я же не знала, что ухожу надолго, так вот, я не думаю о себе, я все же не у чужих людей живу, не дадут пропасть, но вот Роману скоро может понадобиться одежда, обувь, белье, бритва и еще многое другое. А я ничего не смогу достать, потому что туда не пускают. И еще, замок пожарные взломали, так что, если в квартиру захотят попасть воры, преградой им будет только сургучная печать на двери.

— В той квартире ворам делать нечего, — ворчливо заметил следователь.

— Я не знаю, я там не была, — тотчас ответила я, — но поверю вам на слово, потому что ничего больше не остается. Итак, как продвигается следствие?

— Вопросы здесь задаю я! — опомнился мой спаниель, очевидно, его достало мое нахальство.

— Так задавайте ваши вопросы, — кротко сказала я, — пожалуйста, я вам отвечу по мере сил.

— Итак, вы по-прежнему утверждаете, что покинули квартиру Лазарева за сутки до взрыва и ночью там не появлялись? — казенным голосом спросил следователь, глядя в свои бумаги.

— А как бы я смогла это сделать? — живо ответила я. — Если ваша свидетельница гражданка Мигунец станет утверждать, что видела меня в ту ночь выходящей из квартиры, то почему бы вам не спросить ее, откуда у меня ключи от нового замка? И почему она вам не сказала, что накануне покойная Ариадна Аркадьевна ломала двери и меняла потом замок? Ключей от нового замка у меня никак не могло быть…

— Гражданка Мигунец этого не утверждает, — вздохнул следователь и совсем стал похож на старого спаниеля, — она говорит, что вы явились туда третьего дня, очевидно, сразу после нашего разговора, устроили скандал, всячески ее оскорбили, после чего вступили в преступный сговор с другой соседкой, Балашовой Елизаветой Павловной на предмет сокрытия улик…

— Ну у вас и свидетели! — протянула я.

— Да какой она свидетель, в маразме бабка давно! — вспыхнул Сабашников. — Слушайте, ну что вы ей сделали, что она вас так ненавидит?

— Ничего, — удивленно протянула я, — то есть наоборот, одних продуктов сколько перетаскала! Вот и делай после этого людям добро!

— Вот вы смотрите на меня чуть ли не с ненавистью, — заговорил «спаниель» вполне человеческим голосом, — и думаете, что мы тут все полные идиоты. Разумеется, показаниям такой свидетельницы, как гражданка Мигунец, я верить не собираюсь.

— А Лизавета Павловна… — заикнулась я.

— Гражданка Балашова — свидетель толковый…

— И я так думаю, — обрадовалась я, — ну теперь-то вы не станете меня подозревать, что это я устроила взрыв, всю квартиру разворотила?

— Я, Наталья Сергеевна, следователь, — напомнил «спаниель», — кого назовут мне оперативники, того допрос и провожу. А кого прикажете допрашивать, если только вы в этом деле пока и фигурируете? И вовсе я вас не как подозреваемую допрашиваю, а как свидетеля.

Ишь как заговорил! А в прошлый раз какую бочку на меня накатил! «Теоретически вы могли… съездить в больницу, а потом вернуться и устроить взрыв!» Дурак какой!

Однако все же видно было, что мнение следователя обо мне значительно улучшилось, уж не знаю, может, мой внешний вид сыграл здесь свою роль. Он еще спросил какие-то мелочи, а потом дал расписаться в бумагах и отпустил меня. Об аварии возле деревни Зайцево он вопросов не задавал, и я решила, что и мне нет смысла говорить ему, что в больнице вместо Романа лежит Андрей Удальцов. Тем более что я не смогла Андрея накануне предупредить и вообще не смогла поговорить с ним вчера. И он так и остается в неведении, и не знает, что я в той квартире на Гражданском нашла доказательство несомненной связи моего Романа с его Ларисой. Вот только где искать эту преступную парочку, я пока понятия не имела.

Мы распрощались со следователем не то чтобы как добрые знакомые, но и ругаться вроде бы теперь стало ни к чему.