километров кордон между двумя государствами полностью перекрыть было просто невозможно, в Канаду постоянно ходили набегами небольшие вооруженные банды, нападающие на представителей власти и творящие всяческий беспредел. Плюс квебекцы явно подзуживаемые из Парижа – все же Франция тут была куда более серьезным внешнеполитическим игроком, чем в моей истории - все громе заявляли о своем желании получения отдельных политических прав.
Что касается Вашингтона, то после мексиканской войны у янки осталась хорошо оснащенная и поднабравшаяся уже опыта армия размером в полторы сотни тысяч штыков и сабель. В нее было вложено изрядное количество долларов, а выхлопа на выходе получилось совсем мизер. Американцы не привыкли так относиться к своим вложениям и желали получить от обученной армии какой-то материальный профит. С южным и западным направлением не получилось – оставалось северное, тем более что и поводов для движения в эту сторону, как я уже говорил, было предостаточно.
Кроме дел, связанных с Канадой, мы обсудили еще вопрос рабства – Гаррисона интересовал российский опыт отмены крепостного права, который правда мало чем мог помочь американцам, - двусторонние экономические и финансовые взаимоотношения, возможность допуска американского капитала к разработке Калифорнийских золотых жил, взаимоотношения со странами карибского бассейна и Южной Америки. В целом встреча вышла достаточно интересной хоть и не слишком продуктивной в практической плоскости: все же специфика американской политической системы накладывала на президента – а Гаррисон еще и президентом-то не был – достаточно много ограничений, так что это был скорее обмен мнениями нежели полноценные переговоры.
Ну а уже 4 октября мы погрузились обратно на пароход и отправились домой, на этот раз не торопясь и с триумфальным посещением всех запланированных ранее городов Северной Европы. Этот вояж с демонстрацией всем жалующим той самой «голубой ленты», в последствии позволил собрать нашим верфям приличный портфель иностранных заказов и, по сути, окупил все вложенные в него деньги. Причем не один раз.
Интерлюдия 2
- Ваше Благородие? Вызывали? – Прапорщик Сидоров заглянул в каморку ротного и, получив приглашающий жест рукой, зашел внутрь.
- Присаживайся Алексей, - молодой прапорщик осторожно примостился на стул и вопросительно посмотрел на своего прямого командира. Как любой военный он от таких вызовов ничего хорошего традиционно не ждал. – У тебя, помнится, в следующем году заканчивается срок службы, ты уже думал насчет того, что собираешься делать дальше? Собираешься дальше служить или может осточертела тебе уже вся эта армейская канитель?
Алексей в армии прослужил уже почти девять лет и был на самом лучшем счету у начальства. Молодой активный, грамотный, доброволец опять же. Герой войны, награждённый Георгиевским крестом и имеющий нашивку за ранение. К счастью легкое: вражеская пуля на излете чуть попортила мясо на боку и не нанесла серьезного вреда. В свое время с отличием закончил школу сержантов, а потом и подофицерские курсы, с которых был выпущен досрочно по причине подготовки к будущей войне.
- Думал еще на один пятилетний срок подписаться, ваше благородие, - бодро ответил Сидоров. – Пенсию повышенную заработать лишним не будет, да и участок по пятнадцатилетней выслуге, говорят, куда краше полагается. А что, господин капитан, с этим могут быть проблемы?
После войны армию потихоньку сокращали до размеров мирного времени, отправляя в запас целые подразделения. В обозримом будущем больших конфликтов не намечалось, а для того, чтобы в средней Азии киргизов по степям гонять, миллион штыков совсем не нужен, поэтому среди желающих остаться на службе развернулась серьезная конкуренция.
- Нет, Алексей, наоборот, - офицер откинулся на спинку стула и прищурившись посмотрел на подчиненного, - я хотел рекомендовать тебя для прохождения экзаменов на соискание первого офицерского чина. Что скажешь?
- Честно говоря, неожиданно, - прапорщик задумчиво почесал затылок под фуражкой. – Вы думаете, у меня получится?
- Ну уж если у кого и получится, то у тебя, - хмыкнул офицер.
Изначально, не смотря на прекрасную задумку, система присвоений новых чинов через прохождение соответствующей переподготовки практически не работала. Просто потому, что любой здравомыслящий офицер предпочтет оставить толкового бойца – а тем более сержанта или подофицера,- при себе вместо того, чтобы отправлять его на какие-нибудь курсы, после которых соискатель сделает родному полку ручкой и распределится в какую-нибудь другую часть. В чем выгода в таком случае ротному от потери прапорщика, на котором, может быть, все подразделение и держалось? А ведь такие случаи не редки, когда выпустившийся только-только из юнкерского училища офицер полностью подпадает под действие авторитета ротного прапорщика, который может быть служит уже лет пятнадцать и знает всю армейскую кухню куда лучше, нежели безусый двадцатилетний поручик.
Ситуация стала меняться тогда, когда количество выпустившихся «из-под» офицера сержантов, фельдфебелей и поручиков начало напрямую влиять на сроки производства в новый чин. Чем больше ты отправишь толковых подчиненных на повышение – с условием успешного ими прохождения учебы, конечно же, - тем быстрее и тебе на погоны прилетят новые звезды. Учить личный состав, а не просто им командовать, взращивать новую смену армейских командиров, а не просто отбывать номер, стало банально выгодно для карьеры. Конечно, это было не единственным условием, но достаточно существенным.
Таким образом ко всему прочему происходило замещение офицеров из дворян, которым служба зачастую нужна была не ради реального карьерного роста, а исключительно «для галочки». Даже необходимость выплатить в Казну стоимость обучения в случае выхода в отставку раньше положенного срока обычно их не останавливала поскольку деньги у дворян, как ни крути, водились. С точки зрения армейской системы поручик из крестьян, не имеющий другого дохода кроме жалования, и всеми фибрами души желающий дослужиться хотя бы до майора, дающего право на потомственное дворянство, - а так глядишь и награда какая на грудь упадет, пенсия побольше будет, и еще каких-нибудь плюшек родное государство насыплет - виделся куда более ценным активом.
При этом поначалу дворяне империи не слишком обратили внимание на данную новацию. Ну действительно потерявший десять лет молодости в нижних чинах и получивший поручика только лет в тридцать офицер уж точно не сможет стать в карьерном плане конкурентом молодым хищникам, цель которых находится куда выше. Там, где на погоны прилетают императорские орлы.
Вот только если смотреть на ситуацию в растяжке двадцати-тридцати лет, но становился очевиден неизбежный процесс постепенного замещения родовитых дворян в армии молодой порослью «из народа». Может не в первом поколении, но во втором они совершенно точно потеснят родовитых, тем более что тех на массовую армию образца Первой Мировой
