– Есть какой-то повод? – спросила Мона.
– Что-то вроде. Я хочу сделать тебе сюрприз.
При появлении в клубе знаменитого Арни Гарленда с таинственной спутницей все головы повернулись в их сторону. Куда бы Мона ни бросила взгляд, она видела физиономии представителей шоу-бизнеса. Гарленд обменивался со многими рукопожатиями и представлял свою даму.
Заметила Мона и несколько знакомых из числа моделей, редакторов отделов мод, фотографов. Они непринужденно приветствовали ее, пялясь на спутника. Мона начала чувствовать себя увереннее и, когда сели за столик, совсем успокоилась.
– Где же твой сюрприз? – спросила она, пока Арни наполнял бокалы шампанским.
– До него еще не дошел черед. Подожди и все поймешь.
Он поднял свой бокал.
– За тебя. И спасибо тебе.
– За что? – спросила она, чокаясь.
– За поваренную книгу. Она имела огромный успех. Софи потрясло, что я готов следить за ее диетой.
К ним подошел какой-то элегантный мужчина.
Привет, Арни, представь меня своей даме, – без лишних слов попросил он.
– Мона, это Руби Сэмпсон, чью хронику светской жизни ты каждый день читаешь с таким интересом.
– Неужто? Ах, да, конечно, я в самом деле читаю ее.
Сэмпсон добродушно хмыкнул. Он был крупнотел, с веселым лицом, и Мона поймала себя на том, что ей нравится этот мужчина. Арни продолжил церемонию знакомства.
– Руби, это Мона Хэмилтон, известный фотограф моды.
К ее удивлению, Сэмпсон тут же отреагировал:
– Вы отлично выступили в «Вог» в прошлом месяце. Я знаю издателей женских журналов, и они очень высоко оценивают вас. – Упомянул он и другие ее работы.
Поговорив немного, журналист ушел, и Арни пригласил Мону на ганец. Когда он привлек ее к себе, ей захотелось, чтобы это мгновение никогда не кончалось, чтобы их окружал фантастический мир, где нет никаких проблем. Но как забыть ту неопределенность, что все еще омрачает их отношения?
Подняв глаза, Мона увидела, что Арни наблюдает за ней, готовый коснуться ее губ. Последовал легкий поцелуй, который сопроводили щелчок камеры и внезапная вспышка света.
– Тебя всегда фотографируют, когда ты посещаешь ночные клубы? – спросила она.
– Случается. Поэтому я редко в них показываюсь.
– Но этот фотограф…
– Забудь. – Он закружил ее так, что у нее все поплыло перед глазами…
Утром Мона проснулась позже обычного – ведь легла в пять утра – и в халатике спустилась вниз. Сидевшая на кухне Лорна, увидев сонную мать, поставила перед ней чашку с чаем.
– Спасибо, дорогая. Но разве ты не должна быть в школе?
– Я уже собиралась, но захотелось первой показать тебе газету.
– В чем дело? Что случилось?
– Сначала выпей чаю, – сказала дочь и положила на стол газету, открытую на полосе светской хроники. Публикацию Руби Сэмпсона под названием «Сладкие ночи в „Фениксе“ сопровождала фотография. Мона увидела себя танцующей с Арни. Текст гласил:
«В первый раз ТВ-звезда Арни Гарленд снял покровы тайны с имени своей новой любви – известного фотографа высокой моды Моны Хэмилтон. Знакомство состоялось, когда она делала снимок Гарленда для обложки его новой книги, и с тех пор их встречи обрели регулярный характер. Прошлой ночью они посетили клуб „Феникс“, и, хотя оба утверждают, что их связывает только крепкая дружба, любой, имеющий глаза, видел нечто большее, чем приятельские отношения. Наш герой отказался рассказывать о своей спутнице, но, когда я спросил, можем ли мы ждать в ближайшее время какой-либо значительной новости, он не стал возражать. О чем это говорит?..»
Заметка на этом не заканчивалась, но не успела Мона дочитать, как зазвонил телефон. Лорна сняла трубку.
– Слушаю… О, привет, Мэрилин. Да, мама рядом, но она еще немного не в себе… Ну да, это называется «утро-после-бурной-ночи»…
– Дай мне трубку, пока ты не запятнала мою репутацию, – скомандовала Мона, протягивая руку.
– Доброе утро, Мэрилин. Не слушай эту маленькую болтушку. Просто я еще не проснулась.
– Вы уже видели газету?
– Только что. Не верю своим глазам.
– Руби Сэмпсон классно вознес вас. Телефон в студии с самого утра не умолкает. Наши заказчики вами интересуются. Поэтому я и звоню.
– Они хотят, чтобы я снимала для них, лишь потому, что меня видели в «Фениксе» с Гарлендом? Тут что-то не то.
– Так вот и делают знаменитостей, – весело заговорила Мэрилин. – Вы не хуже, а лучше многих, но они «в поле зрения», а вы были вне его или где-то с краю. А теперь вы в центре внимания.
– Я только что встала и не могу сообразить, что к чему, – тряхнула головой Мона.
– Так просыпайтесь наконец и приезжайте на работу. Ведь в вашей жизни радостный поворот судьбы…
После разговора Мона дочитала материал. Руби Сэмпсон превратил ее в сенсацию дня, точнее, ночи. Конечно, ее судьба могла бы сложиться и удачнее, если бы она была расторопнее. Ведь ни в чем не уступает самым лучшим мастерам своего цеха, но те, пользуясь известностью, завязывают нужные связи, которых у нее нет. Во всяком случае, до сегодняшнего дня не было.
Она позвонила Арни, но трубку сняла Софи.
– Папа еще спит. Он оставил мне записку с просьбой не будить его и просил передать, что позже позвонит вам в студию.
– Можешь передать ему мою благодарность, – улыбнулась Мона.
– Я просто в восторге, – затараторила Софи. На фотографии вы выглядите потрясающе…
Днем Мона отослала платье в ателье Бет Олдингтон, а через час та позвонила в студию.
– Ну не темная ли ты лошадка? – восхищенно протянула она. – Дорогая, он самый восхитительный мужчина в Нью-Йорке. Так когда нам ждать сообщения о помолвке?
– Не стоит. Мы всего лишь хорошие друзья, не больше.
В трубке раздался смех.
– Ладно, ладно, я буду терпеливо ждать, сгорая от нетерпения. Представляю себе, какой вы будете блистательной парой с Гарлендом…
Во второй половине дня позвонил Арни и первым делом спросил:
– Ты на меня сердишься?
– За то, что ты сыграл мне на руку? – усмехнулась она. – Чего ради мне сердиться?
– Но ведь я сделал тебе паблисити, не спросив предварительно твоего согласия.
– Зато теперь я могу удвоить цены на свою работу.
– Вперед и выше! Через несколько лет я буду хвастаться, что когда-то знал Мону Хэмилтон. Если ты к тому времени еще будешь помнить меня. А пока пользуйся известностью, как ступенькой той лестницы, по которой не без твоей помощи Софи восходит к славе.
– Перестань издеваться надо мной, – разозлилась Мона и, услышав ехидный смешок, бросила трубку.
Как ловко, черт возьми, действовал Гарленд. Ну и сюрприз! Под предлогом того, что способствует карьере, он постарался, чтобы в глазах всех они предстали влюбленной парой. Вот уже появились и намеки в газете на скорый брак. А нужен ли он ей с этим ужасным человеком, который… которому… О господи, – да которого она любит!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
