любая информация — она могла спасти нам жизнь.
— Говори всё, что знаешь, вообще всё, — попросил я серьёзно. — Это и есть спящая червоточина?
У девушки чуть дрожали руки от напряжения, но вела она себя выдержанно. Гордость не позволяла ей паниковать. Особенно при мне — человеке, который отказался ей помогать, даже ради спасения города.
— Да, это она, — ответила Виринея. — Но только не спящая, а просыпающаяся.
Она скрипнула зубами, снова давя в себе панику, и продолжила:
— Эта червоточина готовится стать активной. Перекрытия откроются, и хлынут твари. Скоро тут всё будет кишеть тварями, которых мы даже никогда не видели. А может, человекообразные — они ещё страшнее. Отдалённо похожие на людей, но всё же не люди. Мутанты.
Девушка глянула наверх — туда, где зеркальная преграда перекрывала нам выход.
— Там маги уже готовятся встретить их во всеоружии. Наверняка, эту часть города начали эвакуировать, а червоточину окружают войсками. — Она перевела взгляд на меня. — Но нам это не поможет. Нас твари уничтожат первыми, мы даже пикнуть не успеем.
— Сколько у нас времени? — спросил я, сразу вспоминая газетные вырезки, которые видел на стене в пекарне. — Не больше десяти минут?
Она мрачно кивнула.
— У тебя есть с собой нормальное оружие, а не ножик для бумаги? — уточнил я, увидев маленькие ножны с кинжалом на её поясе (их, кстати, не было во время встречи в пекарне).
Но Виринея вдруг бросилась к обломкам пекарни.
— Сумка! Там оружие некоторых ребят из Ордена Феофана! Я хотела прихватить с собой!
Надо же. А она молодец.
Это я отметил вскользь, но всё же решил не питать насчёт Виринеи особых надежд. Неуравновешенной сектанткой и потомком кровавой Хибинской Ведьмы она всё ещё оставалась.
Пока девушка искала сумку среди обломков пекарни, я внимательно окинул взглядом яму и плотные земляные стены, охваченные радужными нитями-проводами. Надеялся, что ещё увижу облако чистого эфира, как было при пробуждении червоточины, но ничего не заметил.
Ну не показалось же мне?
В тот момент мой организм среагировал моментально, как только почуял те крохи. Правда, о том, чтобы получить с этого хоть какую-то приемлемую силу, можно было забыть. Ещё и Печать Блокады, наверняка, не исчезла с моего тела.
Я быстро задрал на себе рубашку и проверил. Да, так и есть. Печать померкла, но всё равно ещё действовала, а значит блокировала во мне силу гладиатора минимум ещё на пару часов.
Тем временем Виринея уже нашла сумку и притащила её, бросив у входа в туннель.
— Алекс, тут есть пара мечей и еще…
Она вдруг смолкла.
Увидев, что под рёбрами у меня Печать Блокады, Виринея всё-таки запаниковала.
— На тебе Блокада?.. Не может быть… — Она оставила сумку, поспешила ко мне и приложила прохладную грязную ладонь к моей коже, где стояла Печать. — О нет… Почему на тебе Блокада? Ну что же такое… — Девушка не хотела отчаиваться, но всё же заметно занервничала. — У тебя нет с собой радонита? Он поможет перебить действие слабой Блокады и усилит тебя хотя бы временно.
Я мрачно покачал головой.
— Радонита нет. Вообще ничего.
Не говорить же ей, что радонит на меня не действует.
Чтобы не терять время, я проверил сумку с оружием, которую она притащила.
А неплохо.
Два коротких меча в ножнах, боевой топор, набор метательных ножей вместе с портупеей и даже аккуратный кистень. Такой изящный, будто женский…
— Это мой, — девушка взяла кистень в руку (очень профессионально взяла). — Ещё я люблю топоры.
— Ну да, сразу видно, что вы любите топоры, сударыня… — Я опять не сдержал иронии, а такое со мной случалось редко.
Возможно, сказывалось напряжение: никто из нас не знал, когда червоточина откроется, и как скоро наши жизни повиснут на волоске.
Бросив взгляд в сумку, я сразу взял меч… и тут же выпустил из руки.
Рукоять обожгла мне ладонь так сильно, что пробрало до самого затылка!
— Ах ты… — Я дёрнул рукой и сжал её в кулак.
Виринея схватилась за лоб и забормотала:
— Я совсем забыла… прости, Алекс. Это оружие некромантов. Маг другого Пути не сможет взять его в руки. По крайней мере, если это не высокоранговый маг.
— Паршиво, — процедил я, глядя на целую груду отличного оружия, которое даже в руки взять не смогу.
Ситуация становилась всё хреновее.
Из оружия — только кинжал. Печать Блокады не исчезла — а значит, сила гладиатора всё ещё спит. Выйти невозможно ни наружу, ни вглубь туннеля.
Виринея оглядела яму в радужных нитях.
— Это место… оно вне пространства… на эти стены ничего не действует. Никакая магия. Яма нас не выпустит, пока червоточина не откроется сама. Алекс… что же делать?
Тут оставалось только одно.
— Отдай мне чистый эфир, который ты предлагала в пекарне. Похоже, только это нас и спасёт.
Чтобы сильнее повлиять на девушку, я поднял ладонь и прямо на её глазах провёл кинжалом по собственному большому пальцу. Клинок прошёл сквозь тело, не причинив вреда.
— Мне действительно досталось немного силы сидарха от предков, — пояснил я, — но ты обязана об этом молчать. Эй, ты слышишь?
Она нихрена уже не слышала.
Девушку сейчас волновало не то, что сказал я, а то, что сказал сказочник Феофан. Виринея уставилась на мой палец, как ребёнок, который увидел чудо, и прошептала:
— Мёртвый Князь. Феофан был прав…
А потом сделала то, чего я от неё не ожидал.
Молниеносным движением замахнулась кистенем, целясь шипастым стальным шаром мне точно в голову.
— Воу-воу! Сударыня! Давай без этого! — Я увернулся и быстро перехватил её руку с грозным оружием, сжав запястье. — Во
