только один чемодан, когда раздался звонок в дверь.
— Это, наверное, мои родители, — сказала я, следуя за ним в прихожую. Конечно же, когда он открыл дверь, мой папа стоял, скрестив руки, позади моей матери.
— Вот твои ключи. — Она заглянула внутрь, ожидая приглашения. Но сегодня был не тот день, когда можно принимать гостей, поэтому я выхватила ключи у нее из рук.
— Спасибо, мам. Я позвоню тебе позже.
— Но… ладно. — Она нахмурилась и посмотрела на Лео, стоящего позади меня. — Если у нее начнутся схватки или роды, позвони нам. Даже если она скажет тебе не делать этого.
— Да, мэм.
Мама переступила порог, заключила меня в объятия и прошептала мне на ухо:
— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Я тоже.
Она крепко держалась, не отпуская меня.
Я похлопала ее по плечу.
— Ладно, мам.
Она не сдвинулась с места.
— Мама.
— Лепесток Розы, — нежный голос папы и рука на ее плече — вот что заставило ее уйти. Он занял ее место, крепко обняв меня, затем повел ее к подъездной дорожке.
Я помахала, подождала, пока они оба сядут в машину, затем закрыла дверь.
Реальность обрушилась на меня. Я переехала к Лео. Одна. Двое незнакомцев под одной крышей.
Пожалуйста, пусть это сработает.
— Твою маму зовут Лепесток Розы? — спросил он.
— Нет. — Я покачала головой. — Клаудия. Папа называет ее Лепесток Розы. Всегда. Поэтому некоторые люди думают, что это действительно ее имя.
— Я подумал, может, ее вырастили хиппи или что-то в этом роде.
— Нет. — Я рассмеялась. — Мой дедушка на пенсии, но они с бабушкой все еще живут здесь, и они полная противоположность хиппи. Он был бизнесменом. Она была домохозяйкой, как Джун Кливер (прим. ред.: Джун Кливер главная героиня американского телевизионного ситкома «Предоставьте это Биверу»). Моя бабушка любит читать правдивые истории. Она была той, кто обратил мое внимание на них и заинтересовал меня изучением истории.
Лео кивнул.
— А как зовут твоего отца?
Я ведь не представила их друг другу, не так ли? События развивались так быстро, что я с трудом поспевала за ними.
— Его зовут Дейл.
— Дейл, — повторил он. — И он называет тебя Лютик.
— Так или Кэсси. Мои друзья звали меня Кэсс, но мама с папой всегда звали меня Кэсси.
— А как насчет Кассандры? Тебя кто-нибудь так называет?
— Профессора. Папа, если у меня неприятности.
Он кивнул и не двинулся с места. Вместо этого он стоял там, поймав меня в ловушку у входа, пока его пристальный взгляд блуждал по моему лицу. Он делал то же самое в «Бетси» много месяцев назад.
Лео беззастенчиво пялился.
Возможно, это было сделано для того, чтобы заставить нервничать людей.
Возможно, ему нравилось то, что он видел.
Это завело бы нас на опасную территорию, поэтому я указала в сторону своей части дома.
— Я, эм… думаю, потрачу некоторое время на распаковку вещей.
— Да. — Он моргнул, стряхивая это выражение со своего лица, и поднял мои сумки. Когда я пошла за своим рюкзаком, он отогнал меня. — Я возьму его.
— Хорошо. Спасибо. — Я опустила подбородок, спрятав его под полями бейсболки, затем пошла в спальню.
Пока он вносил мои сумки и коробки, я держалась от него подальше, затем еще раз поблагодарила, прежде чем он оставил меня в покое.
Было ли это ошибкой? Этот вопрос крутился у меня в голове, пока я раскладывала сложенные топы и трусики по ящикам. Пока я развешивала свитера и складывала джинсы.
Временно. Это было временно. Это был способ для Лео узнать меня получше и понять, что я ему не враг, а затем, как только мы найдем общий язык, как только он свыкнется с идеей отцовства, я найду новое место. Возможно, за время моего пребывания здесь мы придем к чему-то вроде дружбы.
Распаковка не заняла много времени, но к тому времени, как я закончила, голод выгнал меня из спальни. Я отправилась на поиски Лео, чтобы сказать ему, что схожу в продуктовый магазин, и нашла его в гостиной, расслабленным на диване, смотрящим баскетбольный матч по телевизору.
— Эй. — Я ненавидела эту часть привыкания к новым соседям. Именно поэтому я так долго жила с одними и теми же тремя девушками. Может, мы и не были лучшими подругами, но мы знали, как сосуществовать. Я скучала по Олив и по тому пониманию, которое у нас сложилось после пяти лет совместной жизни. — Я собираюсь сходить в продуктовый магазин.
— Здесь есть еда. Угощайся.
— Я… — Прежде чем я смогла закончить предложение, его лоб наморщился, и он оттолкнулся от дивана, подойдя к эркерному окну, выходящему на передний двор. Он вздохнул и провел рукой по волосам.
— Черт.
— Что? — Я подошла к нему, ожидая увидеть, что мои родители вернулись с очередным визитом.
Вместо этого стекло начало вибрировать, и звук отдаленного грома наполнил воздух. Лео, должно быть, услышал его, узнав звук, потому что только что мы были одни.
А в следующее мгновение «Тин Джипсис» уже парковались на его подъездной дорожке.
Глава 8
Кассандра
— Когда у тебя роды? — просила Женевьев, открывая крышку пластикового контейнера с шоколадным печеньем.
— Одиннадцатого марта.
Лео перевел взгляд на меня. Он не спрашивал, когда у меня должны быть роды. Теперь он знал.
Я подозревала, что за последние пятнадцать минут он узнал о моей беременности больше, чем с момента зачатия. На его кухне было полно народу, и все интересовались мной. Вопрос за вопросом, сравнение за сравнением, я никогда не была в окружении такого количества беременных женщин.
Женевьев улыбнулась.
— Я должна родить в мае.
— Мы обе тоже должны родить в марте. — Скарлетт улыбнулась Пресли, у обеих были животы размером с мой. — С ума сойти, как так получилось.
— Я думаю, это идеально. — Брайс сорвала крышку с подноса с овощами и соусом ранч. — Это удовлетворит мою тягу к детям, так что у меня и в мыслях не будет отказаться от противозачаточных.
— Этого не будет. — Дэш вошел в комнату с трехлетним Зиком, висящим у него на плече. Или, может быть, это был Ксандер?
Знакомство прошло в спешке, и мальчики выглядели настолько похожими, что я могла их перепутать. Не говоря уже о том, что они оба были миниатюрными версиями Дэша с их темными волосами и озорными улыбками.
— Зик, где твой брат? — спросила Брайс.
Зик. Это был Зик.
Он поднял голову и начал извиваться, пока Дэш не опустил его на землю.
— Внизу.
— Внизу есть что-нибудь хрупкое? — спросила Брайс Лео.
Он покачал головой.
