Не то, чтобы он мог видеть её лицо, пока целовал её. Сожжёный на месте огнём, пылавшим между ними.
Затем он разжал объятья, ударил обеими ладонями по дверному косяку и отстранился. Его тело перестало прижиматься к её. Его губы исчезли, когда он опустил голову, оставив её в одиночестве и тоске по нему. Он тяжело дышал, его поза выражала борьбу с самим собой.
— Мне нужно идти, — сказал он, оттолкнувшись от дверной коробки.
Пока она соображала, что происходило, он уже успел подхватить пакет с покупками и повернуться к лифту, чтобы нажать кнопку.
Лифт не успел никуда уехать. Двери тут же распахнулись, и он шагнул внутрь. А когда повернулся, чтобы нажать кнопку первого этажа, их взгляды встретились.
В воздухе повисло молчание, и, только когда двери начали закрываться, он сказал.
— Увидимся утром.
Утром. Что произойдёт утром?
Слова и их смысл ускользали от неё, пока она пыталась прийти в себя.
Как только двери полностью закрылись, и она перестала видеть Ксандера, её мозг начал работать.
Работа. Он должен был иметь в виду работу. Это был будний день. Она забыла.
Она ещё несколько секунд стояла в открытом дверном проёме, размышляя о том, что только что произошло, прежде чем шагнуть внутрь, закрыть и запереть за собой дверь.
По крайней мере, ей не нужно было беспокоиться о том, что подумает Мюррей. У них был бы самый быстрый секс в истории, если бы они занимались им такое короткое время.
Но этого времени было вполне достаточно для того, чтобы нанести ущерб её телу и разуму.
ГЛАВА 23
Он ушёл от неё.
Ксандер покачал головой, вспомнив свои немыслимые действия и ощущения, когда он её целовал.
И теперь, вместо того, чтобы оказаться в её квартире, в тепле, с горячей женщиной в руках, он сидел на заднем сиденье такси, которое увозило его прочь от «Дакоты» и Мерри к его пустому дому. И пустой постели.
Он пожелал ей спокойной ночи, чертовски сильно поцеловал её, а потом ушёл, хотя ему так хотелось остаться.
По выражению её лица он понял, что оставил её в замешательстве. Чёрт возьми, он тоже был растерян.
Но всё было далеко не так просто.
Ксандер был партёром компании, в которой Мерри работала, и, хотя он не был её непосредственным руководителем, она всё равно была его подчинённой.
Он никогда раньше не ловил рыбу в офисных водах. Это было слишком рискованно. Слишком неловко после того, как всё закончится — а это было неизбежно. Последние отношения с Хилари являлись тому подтверждением.
В наше время встречаться на работе было достаточно сложно. А встречаться при таком дисбалансе сил? Он понимал, что это не очень хорошая идея. Вероятно, они перешли все границы, даже если встречались понарошку.
Он фыркнул при этой мысли. От этого слова. В этом поцелуе не было ничего фальшивого. Или в реакции её тела на него. Или в том, как часто в течение дня его мысли или взгляд обращались к мисс Мэрайе Кларк.
К чёрту. Он хотел быть с ней, и отделу кадров придётся с этим смириться.
Но была и другая вещь, которая удерживала его от того, чтобы затащить её в эту великолепную квартиру и рухнуть на огромную кровать в потрясающей спальне… она ему нравилась. Очень сильно.
Он не хотел просто случайного секса с ней.
Его телефон завибрировал. Он посмотрел вниз и увидел, что Мерри опубликовала пост в Instagram и отметила его. Он нажал на уведомление и улыбнулся, увидев их фотографию за ужином. Они сделали селфи на фоне катка.
Она пошутила, что это поможет ей не попасться на вранье, сделала снимок, а затем поглотила второй кусок фокаччи. А поскольку хлеб был тёплым и чертовски вкусным, он тоже взял ещё один кусок для себя.
Они обсуждали свои разные предпочтения в хлебе, пока жевали. Такого свидания у него ещё не было.
Он сохранил фотографию на телефоне и снова убрал его в карман пальто, оставив руку в кармане для тепла, так как обогрев в салоне был не очень хорошим. Он старался не возвращаться к воспоминаниям о том, как тепло было бы в квартире Мерри, если бы он решил зайти внутрь.
Когда он засунул вторую руку в карман, то наткнулся на сложенный листок бумаги, о котором забыл.
Вытащив его, он прищурился в тусклом свете такси на жирный заголовок, который она напечатала в верхней части. На одной стороне был список «Чем заняться на Рождество в городе» Мерри, на другой — список «Подарки, которые нужно купить» Ксандера.
Её список был значительно длиннее его. Возможно, ему следовало бы добавить на своей стороне «Купить перчатки», поскольку они ему явно не помешали бы.
Что касалось её стороны листа, то они едва ли прикоснулись к поверхности того, что она набрала и распечатала, снабдив изображениями.
Он ещё раз просмотрел пункты, приподняв брови при виде нескольких предложений — визит к Санте в «Macy's» был особенно интересен, — но ни одно из них не вызвало у него отвращения. Более того, некоторые из них показались ему не такими уж плохими.
Не успел он опомниться, как мобильный телефон оказался в его руках, и он отправил Мерри смс.
Похоже, я совершенно не умею выбирать зимнюю одежду. Не могла бы ты завтра после работы стать моим личным шоппером? Может быть, мы могли бы посетить праздничные рынки?
Он улыбнулся, когда её ответ пришёл через несколько секунд и снова содержал слово «ура». Плюс к этому — избыточное количество восклицательных знаков.
Набрав быстрое «Это свидание», он нажал кнопку «Отправить» и засунул руки обратно в карманы.
Так начался вихрь ежедневных рождественских мероприятий после работы.
На следующий день они отправились по магазинам, но только после того, как бы нелепо это ни казалось в тот момент, сфотографировались вдвоем с Сантой из «Macy's».
У Ксандера теперь было больше перчаток, чем положено любому мужчине, хотя это было не так уж плохо. Его чрезмерный запас гарантировал, что в кармане каждого пальто найдется пара, а в столе — запасная. Он больше никогда не будет без перчаток.
И впервые на одном из столов в гостиной стояла миниатюрная живая вечнозелёная ёлочка в горшке, украшенная бантом и маленькими шариками.
Мерри строго следила за тем, чтобы он поливал деревце, и настояла на том, чтобы он поставил напоминание на телефоне при ней, чтобы не забыть.
Выходные — воскресенье — они посветили катанию на катке «Wollman Rink», чтобы он мог доказать ей, что, может быть, и рухнул на спину на льду у её дома, но на коньках он действительно умел кататься. Впечатлённая, она угостила его горячим какао в Центральном парке.
Вскоре он заподозрил, что какао было лишь для того, чтобы задобрить его для следующего мероприятия. FAO Schwarz. В выходные перед Рождеством. Когда десятый круг ада шопинга разразился в магазине игрушек в полную силу.
Зачем они пришли туда? Конечно же, чтобы воспроизвести сцену с пианино Тома Хэнка из фильма «Большой».
За этим днем последовала ещё одна насыщенная развлечениями неделя, кульминацией которой стал четверг, когда они с Мерри улизнули с работы пораньше, чтобы выпить послеобеденного чая в «Плазе». Там Мерри купила ему в сувенирном магазине книгу «Элоиза в Плазе» и прочитала её ему вслух сразу после того, как они сели за стол.
И ему понравилось.
Более того, в доказательство того, что он, должно быть, ударился головой сильнее, чем думал, когда упал в её доме, он любил каждую грёбаную минуту этого.
Постоянный график веселья и развлечений незаметно привёл их к последним дням перед репетиционным ужином и свадьбой — финалу их игры в пару.
Он не хотел, чтобы это заканчивалось. В связи с этим возникла дилемма: что делать?
Очевидным ответом было то, что он должен завершить их соглашение. Убедить её встречаться с ним. Превратить фальшивые отношения с Мерри в настоящие до свадьбы.
Как только это последнее событие, на котором она была обязана присутствовать если не по закону, то хотя бы по чести, пройдёт, это будет означать завершение их соглашения.
