«Это должна быть она», – подумал он с злобным удовлетворением. Вероятно, рубка управления, и Рика сидела там, а дурацкий паук был ее последней защитой. При виде этой бестии по коже пробегал мороз, но что ему оставалось делать?
Кай Невис поднял руки и разжал правую клешню, чтобы разрезать паутину.
Блестящие, зазубренные металлорезаки, при виде которых стыла кровь, сомкнулись вокруг ближайшей мерцающей нити, гладкой и легкой. Блестящий обломок закаленного унквинийского металла с грохотом упал на пол.
Паутина начала вибрировать. Кай Невис уставился на свою нижнюю правую руку. Половина клешни была обрезана.
К горлу подступила горечь. Он отступил на шаг, потом еще на шаг и еще; создавая пространство между собой и штукой.
Тысячи нитей, тончайших, как паутинки, и даже тоньше, превратились в тысячу ног. Они вытянулись из тысяч дырок в стенах, царапая пол при каждом прикосновении.
Невис побежал. Он сохранял свое преимущество, пока не добрался до узкого места, где коридор поворачивал.
Он все еще был занят тем, что прижимал к телу могучие руки боевого скафандра, чтобы протиснуться, когда странствующая сеть настигла его. Она легонько покачивалась туда-сюда, двигаясь на него и выбрасывая тысячи невидимых ног; ее пасть дрожала.
Невис захлебнулся от отвращения. Тысячи мономолекулярных кремниевых рук обхватили его.
Невис поднял механически усиленную правую руку, чтобы схватить голову страшилища и размозжить ее, но ноги были вездесущи; они жестоко связывали и опутывали его. Он противился их объятиям, и они прорезались сквозь металл, мясо и кости. Из обрубка запястья хлынула кровь. Невис коротко вскрикнул.
А затем странствующая сеть сомкнула свои объятия.
В пластмассовой стенке освобожденного от жидкости чана появился тонкий, как волос, разрез. Котенок колотил лапками по стенке. Разрез расширялся.
Хэвиланд Таф сунулся в чан, вынул своими большими руками котенка и поднес к лицу. Котенок был маленьким и слабым; возможно, его рождение было слишком быстрым. При следующей попытке он был бы более осторожным, но на сей раз небезопасность его положения, связанная с необходимостью быть постоянно начеку – о прерывании его работы забредшим тиранозавром и вообще не стоит упоминать – привели к известной непредусмотренной спешке.
Но, тем не менее, он отметил свою попытку как успешную. Котенок мяукнул. Хэвиланд Таф решил, что нужно бы накормить его молоком, и у него не шевельнулось ни малейшего сомнения в том, что он с этим справится. Глаза котенка едва открылись, а его длинный серый мех был еще влажным от жидкости, в которой он совсем недавно возник. Неужели Машрум когда-то на самом деле был таким маленьким?
– Я не могу назвать тебя Машрумом, – торжественно сообщил он своему новому спутнику. – С генетической точки зрения ты – это он, правда; но Машрум был Машрумом, а ты это ты, и я не хотел бы без нужды сбивать тебя с толку. Я назову тебя Хаосом; это подходящий спутник Хэвоку. – Котенок шевельнулся в его ладони, открыл и закрыл глаза, как будто понял Тафа; но с другой стороны все кошки – Таф это знал – обладали пси-способностями.
Он огляделся. Здесь делать больше нечего. Может, настало время отправиться на поиски бывших и неблагородных коллег и попытаться достичь хоть какого-то соглашения с ними к обоюдной пользе? Он уложил Хаоса на своей руке и двинулся в путь.
– И с последним криком все исчезло, – сказала себе Рика Даунстар, когда красный огонек на экране, изображавший Невиса, погас. Теперь все дело между ней и Тафом, а это означало, что она, как было бы разумно предположить, – повелительница «Арк».
Она спросила себя, что же ей с этим делать. Трудно сказать. Может быть, продать оружейному консорциуму или какому-нибудь миру, который больше заплатит? И то, и другое показалось ей не слишком благоразумным. Может, оставить корабль себе и управлять им? Она уже достаточно испорчена, она должна стать иммунной. Но это была бы ужасно одинокая жизнь – одной в этом морге. Конечно, она могла бы набрать экипаж – могла бы доставить на борт друзей, любовников, лакеев. Только – как она смогла бы им доверять? Рика наморщила лоб. Ну, это запутанная проблема, но у нее много-много времени, чтобы решить ее. Она займется ею попозже.
Сейчас надо решить более настоятельную проблему. Таф уже покинул центральную камеру клонирования и брел по коридорам. Что ей с ним делать?
Она поглядела на дисплей. Странствующая сеть все еще находилась в своем уютном и теплом укрытии и была полностью занята пожиранием. Роллерама – все его четыре тонны живого веса – она обнаружила под шестой палубой в главном коридоре, где он катался туда-сюда, отскакивая от стен; громадное, наполненное неистовой берсеркерской жизнью пушечное ядро, неутомимое в бешеных поисках органики, через которую он мог бы перекатиться, раздавить и переварить.
Тиранозавр был на подходящей палубе. Чем он занят? Рика подстроила резкость и улыбнулась. Если она верно интерпретировала показанные детали, ящер жрал. Но что он жрал? Никаких мыслей насчет этого у нее не появилось. Потом в голове забрезжило. Он, должно быть, только что проглотил останки старого Джефри Лиона и вампира-колпака. Место как раз соответствовало.
Вообще-то, эта ящерица была в непосредственной близости от Тафа. К сожалению, она выбрала неверное направление, когда двинулась снова. Может быть, Рике удастся устроить ей встречу с Тафом.
Только бы ей не недооценить Тафа. Он уже раз ушел от рептилии и сможет сделать это снова. Даже если она заведет его на палубу, где катался роллерам, проблема останется. У Тафа была какая-то природная хитрость дикаря. Его ни за что не удалось бы водить за нос, как Невиса. Он слишком хитер. Она попыталась вспомнить игры, в которые они играли на борту «Рога изобилия». Таф всегда побеждал ее.
Может, ей выпустить еще какое-нибудь биооружие? Это нетрудно.
Рика медлила. «К черту», – подумала она. Был более легкий путь. Пора браться за дело самой.
На подлокотнике капитанского трона висела узкая маленькая корона из блестящего металла; ее Рика принесла с собой из кладовой. Она сняла ее, подержала немного под сканером, чтобы проверить схемы, и отважно одела на голову. Потом сверху накинула шлем, застегнула скафандр и взяла игольник – и снова бросилась в суматоху.
Во время странствий по коридорам «Арк» Таф нашел специализированное средство передвижения: маленькую, открытую трехколесную машину. Он уже давно был на ногах, а до того прятался в своем укрытии под столом, и для него было большим облегчением сесть.
Он ехал с постоянной, но приличной скоростью, откинувшись на мягкую спинку, и глядел прямо вперед. Хаос лежал у него на коленях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
