Ненавижу!
Сделав три глубоких вдоха, я взялся за реферат. Парнишка был неглуп, но ленив до безобразия. Все крайние сроки сдачи работы давно прошли, но я по доброте душевной дал ему последний шанс.
Реферат назывался «Причины поражения России во Второй мировой войне и послевоенное обустройство мира». Я пролистал работу по диагонали. Ничего нового не нашел. Начиналось все с анализа первобытно-классового общества. Рассматривались его недостатки по отношению к обществу мирового Порядка, которые и послужили первопричиной поражения. Например, слабая подготовка руководящего класса. Его интеллектуальная слабость. Неумение адекватно реагировать на стремительно изменяющуюся реальность. И прочее, и прочее.
Учитель истории внутри меня брезгливо поморщился и поставил «удовлетворительно».
Потом я немного походил по комнате. Вынес мусор. Приготовил ужин. Немного поковырял его вилкой. Отодвинул. Затем снова придвинул. Еще раз вынес мусор, оставшийся после еды. Почистил зубы и ботинки. И наконец взял телефон. Звонить мне не хотелось.
Года два назад я подхватил на свой мобильный вирус, который напрочь стер всю адресную книгу. Я нашел только чудом сохранившийся на клочке бумаги номер своего бывшего старосты. Его я и набрал.
В трубке раздались гудки. Если после четвертого гудка никто не ответит, то положу трубку, решил я. Трубку подняли после третьего.
— Алло, — я попытался придать голосу твердость. На ум пришла мысль, что японцы вместо «алло» говорят «маси-маси». Мысль показалась интересной. Меня немного отпустило. Было бы здорово ляпнуть вместо «алло» «маси-маси», но я на это, конечно, не решился. Не с тем человеком мне сейчас предстояло говорить.
— Да, я вас слушаю, — сказал из трубки сухой голос.
— Это Виктор Владимирович?
— Да, это я. Говорите, — тон у голоса не изменился, но как будто прибавилось сухости. Словно голос хотел сказать, что его владелец очень-очень занятой человек и время для него не деньги, и даже не огромные деньги, а нечто большее. Намного большее.
Я понимал бывшего старосту. В свое время ему не хватило всего каких-то двух десятых балла до категории «зет прима». И теперь вместо того, чтобы быть на вершине мира, заботиться о благе граждан и полуграждан, он вынужден довольствоваться должностью ректора в провинциальном вузе. Он пережил это очень болезненно. А может, и до сих пор не смирился.
— Вас беспокоит бывший одноклассник, Сергей Лыжный. Может, помните? — проговорил я.
— А, это ты, — сказал староста, давая негласное разрешение перейти на «ты». — Зачем звонишь?
— Понимаешь, я на днях мельком видел Борьку. Ты не знаешь, где он живет? Я хотел бы с ним встретиться, — сказал я.
В трубке повисла долгая пауза. Секунд на пять. Огромная прорва времени для человека с уровнем интеллекта категории «зет». Потом последовал ответ, какого я совсем не ждал.
— Не смей надо мной издеваться! Я тебе не сопляк какой-нибудь! Я мог бы стать сенатором, а вместо этого занимаюсь всякой ерундой.
— Ничего не понимаю, — сказал я.
— Ты ничего не знаешь?
— Ну да.
— Ты обознался. Борис погиб, — сказал староста.
— Как, когда?! — вырвалось у меня. Внутри все похолодело, эта новость меня ошеломила.
— В Антарктиде вся его группа попала в буран. Всех не нашли, отказали некоторые GPS-передатчики. Борис так и остался во льдах. Это произошло года два назад, — сказал он и, упрекая, продолжил: — Надо бы знать, что произошло с твоим другом детства, а не заниматься всякой…
Я положил трубку. Потом, если спросит, скажу, что оборвалась связь.
Чего-чего, а дисциплины у Виктора для старосты хватало всегда. Впрочем, как и лицемерия. Жертвой которого чуть не стал я сам.
На какой-то миг у меня шевельнулась мысль, что ничего делать не надо. Что все разрешилось само собой. Наступило облегчение. Но мысль шевельнулась и тут же пропала. Не мог я ошибиться. Там, рядом с Т-узлом, был именно Борька. Живой и во плоти.
Дзинькнул компьютер, сообщая о новом письме. От неожиданности я вздрогнул. Немного помедлив, подошел к столу.
У меня по телу забегали мурашки. Письмо было от какого-то Бориса. Вернее, не от какого-то — я сразу понял, чье это письмо. Хотя, может быть, у меня просто разыгралось воображение.
Текст письма озадачил. В нем было всего два предложения, которые запутали меня окончательно. В письме говорилось:
«Ни в коем случае не „прыгай” Т-кабинками! Чтобы получить ответы на вопросы воспользуйся посылкой».
Что за посылка? Почему нельзя пользоваться кабинками? Ничего не понимаю.
Тотчас раздался звонок в дверь. Он прозвучал как-то резко, хищно.
Я замер. Подходить к двери не хотелось. Мелькнула идея притвориться, что в квартире никого нет. На цыпочках, я прошел на кухню и взял разделочный нож. Потом прокрался в прихожую и прильнул к дверному глазку.
На площадке стоял парнишка лет четырнадцати и нервно переминался с ноги на ногу. В руках он держал с виду объемный, завернутый в пластик сверток. Посылка, догадался я.
— Я знаю, что вы там, — неожиданно сказал мальчик. — Когда вы к двери подошли, в глазке свет погас. Откройте, у меня для вас посылка.
Я решился, крепче сжав рукоять ножа, распахнул дверь и быстро втянул паренька в прихожую.
— Ты кто такой, отвечай! — сказал я, чуть не сорвавшись на крик.
— Я посылку вам принес, — сказал подросток. — Я посыльный.
— Кто тебе ее дал?
— У меня трудовая практика от интерната. Мне на почте ее дали. Сказали, чтоб я ее ровно в шесть вечера принес.
Я быстро взглянул на часы, потом перевел взгляд на паренька. Было видно, что мальчишка храбрится.
— Откуда про глазок знаешь?
— Многие не открывают сразу. Я привык.
Неожиданно нахлынувшая подозрительность ушла. Я растерянно уставился на тесак в руке. Неуклюже попытался спрятать его за спину. Мне стало стыдно.
— А зачем вам ножик? Вы ужин готовите, да? — сказал подросток.
— Да, ужин, — пробормотал я. — Ладно, давай посылку.
— Погодите, вам вот тут расписаться надо, — сказал он, протягивая мне листок.
Я расписался.
Посылка оказалась довольно увесистой.
Отложив ее в сторону, я сначала выпроводил подростка за дверь. Обиженным он, впрочем, не выглядел. Сразу припустил, как только оказался в коридоре.
Теперь можно было приниматься за нежданный подарок. Пластик никак не хотел поддаваться. Пришлось немного поддеть его ножом. Хоть на что-то этот тесак сгодился, мельком подумал я.
Наконец содержимое посылки показалось на свет.
— Боже мой! — Я непроизвольно прикрыл рот ладонью. То, что я увидел, просто не могло существовать в природе. Это считалось нереальным, словно жизнь в недрах звезды. Но тем не менее сейчас это было прямо передо мной. Небольшой плоский ящичек наподобие ноутбука со стилизованной буквой «Т» на крышке. И с двумя разъемами на задней стенке. Я сразу догадался, для чего они нужны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
