Таксист высадил их у дверей аэропорта всего за десять минут до отлета. По пути в аэропорт Мэтью выглядел неважно, но на вопрос Джейд, как он себя чувствует, улыбнулся и сказал, что все в порядке.
В самолете по настоянию Эвана Джейд села рядом с Мэтью и все время недолгого полета расспрашивала его об учебе в школе, а он с удовольствием рассказывал ей о своих друзьях и учителях.
В Медфорде Джейд помогла Мэтью надеть куртку и рюкзачок, и вскоре все трое уже шагали к парковке, где Эван накануне оставил машину. Джейд лишь поежилась и плотнее запахнула дубленку, увидев сугробы вокруг аэропорта. Сан-Франциско с его синим небом и теплом казался теперь далеким сном.
Эван был молчалив. Прогрев мотор, он вывел машину на шоссе. Дороги были в том же состоянии, что и во время их вчерашнего путешествия.
Через час они остановились перекусить в придорожном кафе. Мэтью поковырял в тарелке, почти ничего не съев. Джейд не стала ни о чем его спрашивать, но беспокойство ее усилилось. Чтобы пощупать его лоб, она сделала вид, что лишь убирает ему волосы со лба, но не поняла: он горячий из-за того, что жарко в кафе, или у мальчика и правда поднялась температура.
После ленча они продолжили свой путь. Мэтью задремал на заднем сиденье, и Джейд немного расслабилась. Они с Эваном едва ли произнесли несколько слов с момента отъезда из гостиницы. Эван не скрывал напряжения, и сама она испытывала неловкость и непонятную тоску.
Через полчаса напряженное молчание было нарушено стоном.
— О-о-ой… как болит живот! — заплакал Мэтью. По щекам мальчика ручьем текли слезы.
— Боже, Мэтью, не плачь! Тебя тошнит? — спросила Джейд с колотящимся сердцем.
— Нет… я не знаю… — Слова прерывались горькими рыданиями.
Эван посмотрел на него через плечо.
— Ну, парень! Мы уже недалеко от Райского озера. Всего несколько миль вверх по дороге. Мы остановимся прямо возле больницы, и доктор посмотрит тебя. Потерпи немного, малыш. О'кей?
Мэтью кивнул, но продолжал стонать.
— Ну, маленький! Осталось чуть-чуть. — Эван подбадривающе улыбнулся ему. Он плавно прибавил скорость, соблюдая тем не менее осторожность на скользкой дороге, чтобы не оказаться в ближайшем сугробе. Страх за мальчика подгонял его, и он с трудом сдерживался, чтобы не выжать педаль газа до максимума. Рука Джейд легла на его руку, и Эван вопросительно посмотрел на нее. Даже это легкое прикосновение помогло ему чуть успокоиться.
— Я переберусь на заднее сиденье, — сказала она и, прежде чем он смог ответить, отстегнула ремень и начала протискиваться между креслами.
— Ой… ой, как больно… — стонал Мэтью, пока Джейд перебиралась к нему. Обняв ребенка за плечи, она легонько прижала его к себе, страдая оттого, что ничем не может ему помочь.
Через пятнадцать минут, показавшихся им вечностью, Эван подъехал к госпиталю в окрестностях Райского озера. Он затормозил перед входом в приемное отделение и через секунду выскочил из машины. Открыв заднюю дверцу, наклонился и бережно взял мальчика на руки. Джейд поспешила за ними.
— Мой мальчик болен. Позовите врача! — крикнул Эван вышедшей им навстречу сестре.
— Пройдите сюда, — строго велела она, показывая на смотровой кабинет. — Положите мальчика на кровать, я позову доктора!
Эван осторожно опустил Мэтью и снял с него куртку. В глазах Эвана была такая мука, что Джейд захотелось обнять его. Слезы катились по щекам мальчика, и он тихонечко всхлипывал. Джейд взяла его за руку.
— Все будет хорошо, мой маленький, — сказала она, радуясь, что голос звучит спокойно. Но в глазах ребенка был страх, и он вцепился в ее руку, будто это могло уменьшить боль.
— Добрый день! Я доктор Лоуренс, — приветствовал их высокий молодой человек в очках и белом халате. — Что у нас случилось?
Эван вскочил на ноги.
— Это Мэтью. Вот уже несколько дней он жалуется на боли в животе. А сегодня ему стало хуже, — объяснил он, не скрывая тревоги.
— Его несколько раз рвало, — добавила Джейд.
— Понятно, — дружелюбно сказал доктор. — Давайте посмотрим. Привет, Мэтью. — Присев к мальчику, он вытащил стетоскоп.
Вновь появилась сестра и сказала Эвану:
— Может быть, вы с женой выйдете, пока доктор будет осматривать мальчика?
Мэтью жалобно посмотрел на них.
— Не бойся. Все будет хорошо. Это не займет много времени, — успокоил его доктор.
Джейд подняла ручку мальчика и поцеловала ее.
— Мы будем рядом, — приободрила она Мэтью.
— Вы можете пройти в комнату отдыха, — предложила сестра.
Эван медленно двинулся вперед, и сердце Джейд сжалось при взгляде на его опущенные плечи. Желание успокоить его оказалось сильнее других чувств, и она взяла его за руку. Эван остановился, выражение его лица было странным.
— У Мэтью все будет в порядке, вот увидишь, — произнесла она мягко и сжала его руку. Что-то промелькнуло в его глазах, и она вновь почувствовала, как между ними растет напряжение. Эван в ответ крепко сжал ее пальцы, поднес ее руку к лицу, потерся о нее щекой. У Джейд перехватило дыхание, ее окутало что-то теплое и чудесное.
В следующую секунду все кончилось. Взгляд Эвана переместился куда-то ей за спину, и он рванулся вперед к торопливо идущему к ним доктору Лоуренсу.
— Что? Что с Мэтью? Это серьезно?
— У вашего сына острый аппендицит, и ему немедленно нужна операция, — ровным голосом ответил врач. — Время терять нельзя.
— Аппендицит! — потрясенно повторил Эван.
— Классический случай, — подтвердил доктор Лоуренс. — Извините меня, мистер…
— Мэтьесон. Эван Мэтьесон.
— Мистер Мэтьесон. Сейчас к вам подойдет сестра, нужно будет заполнить необходимые документы. После операции я поговорю с вами.
С этими словами доктор поспешил прочь. Джейд и Эван ошеломленно смотрели ему вслед. Все происходило невероятно быстро.
— Боже мой! Бедный малыш… — пробормотал Эван. — Что, если… — Он замолчал и в отчаянии запустил обе руки в волосы.
— Эван, это же просто аппендицит. Мэтью в хороших руках. Вот увидишь, все будет в порядке, — сказала Джейд, не зная, кого она хочет успокоить — его или себя…
Следующий час тянулся неимоверно долго. Ощущение было тягостное. Сестра принесла Эвану бланки и попросила заполнить, и он хоть на какое-то время отвлекся. Джейд никогда раньше не видела Эвана таким напряженным и растерянным. Ей очень хотелось сказать или сделать что-нибудь, чтобы хоть как-то поддержать его. Но ей и самой было очень плохо. Помимо тревоги за Мэтью приходилось бороться с подступающей тошнотой. С того дня, как она попала в госпиталь в Лос-Анджелесе, она не переносила запаха антисептика, которым был пропитан воздух в больницах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
