нём. В кронах деревьев передразнивали друг друга птицы, прыгали с ветки на ветку белки, где-то вдали стучал дятел. Пахло хвоей и приятной сыростью. Если в прошлый раз я кожей ощущала затаившуюся опасность, то теперь меня окружало тихое умиротворение.
– Без магии лес дышит глубже и свободнее, – угадал мои мысли Хоук. – Боюсь подумать, сколько сил потратили советники, чтобы зачаровать лес. – И добавил с сожалением: – И всё ради того, чтобы превратить это прекрасное место в орудие убийства. Столько попусту растраченных жизней.
Я удивлённо посмотрела на него. И это говорит феец, который на моих глазах сломал руку и вырвал когти своему советнику. Тот, кто на арене избавился по меньшей мере от восьмерых. К чему теперь эти пустые сожаления? Я никогда не жалела о тех, кто умер от моей руки.
– Никого не заставляли участвовать в испытаниях. Они знали, что путь будет опасным. К тому же разве это не ваши традиции?
– Не все традиции стоят того, чтобы их соблюдать, – пожал плечами Хоук. – Испытания в Королевскую стражу – одна из таких.
Я задумалась. Мы свернули с тропинки и теперь шли по высокой траве прямиком в чащу.
– Если это всё тебе не по душе, зачем вообще проводил испытания? Ты Верховный Король как-никак, не мог просто всё отменить?
– Не мог. – Хоук остановился и огляделся, выбирая направление. Поразмыслив пару мгновений, двинулся на восток. Я терпеливо ждала, пока он объяснит свои слова. Дугал говорил что-то про обретение полной силы, но подробностей не рассказывал. – Пока что я не полноправный король. До Ночи Аанъя считается, что земли фейри ещё не приняли меня, как своего правителя. Любой из Дворов может не подчиниться мне и даже объявить войну, попытаться перехватить власть, если им что-то не понравится, поэтому своевольничать я могу пока лишь в определённых рамках. Например, взять в Тени человека. – Он озорно подмигнул мне и скрылся за кустом бузины.
Я прибавила шагу, стараясь не отставать. Дугал выбрал удачное время, чтобы убрать нежеланного Короля. Можно предположить, что всё случится до этой Ночи.
– Что за Ночь Аанъя? – спросила я, выбираясь вслед за Хоуком из кустарника. И куда он меня тащит?
– Праздник летнего солнцестояния. В Ночь Аанъя Верховный Король проводит ритуал, навсегда связывая себя с землями фейри. Отдаёт половину своей силы народу, а взамен получает в разы больше. Если для Короля это первая Ночь Аанъя, то Дворы присягают ему на верность. Ну и дальше… много всякого скучного происходит. Так что настоящим Королём я стану только через… – Он начал загибать пальцы, подсчитывая, – три месяца.
Три месяца. Я надеялась, что торчать возле этого беспечного фейца так долго не придётся и Дугал претворит свой таинственный план в жизнь как можно раньше. Мысли мои оборвались, когда Хоук вывел меня на берег реки, поросший мелкими цветами и зеленью, и остановился у границы леса. Я вспомнила поляну, на которой заснула после магического пожара и невольно поёжилась – река была той же самой, без сомнения – я узнала её крутой изгиб. На всякий случай огляделась в поисках опасности, но и лес и вода казались вполне дружелюбным.
Хоук положил сумку под ближайший дуб, скинул с плеч расшитый золотом камзол и повесил на ветку, оставшись в белой рубахе и лёгких тёмных штанах. На соседний сук он небрежно забросил корону. Достал из кармана ленту и перехватил волосы, убрав их от лица. Рубиновые серьги в острых ушах, которые теперь казались забавно оттопыренными, тут же засияли, ловя солнечные лучи.
Он вышел на середину берега, развернулся ко мне и упёр кулаки в бока.
– Начнём твою первую тренировку, Тень, – весело сказал Хоук. Происходящее явно доставляло ему удовольствие. – У фейри есть пара слабых мест. Голова, – он постучал себя перстнем по лбу, а потом ткнул большим пальцем в грудь. – И сердце. Повреди мозг, отсеки голову или пронзи сердце – и мы мертвы. Ударь в любое другое место – и мы легко исцелимся.
Я стояла с равнодушным видом и жадно ловила каждое слово – не каждый день жертва сама рассказывает о том, как её прикончить.
– А что насчёт железа и рябиновых стрел? – спросила я, вспоминая людские поверья.
– Сами по себе они не смертельны, но причиняют жуткую боль и замедляют исцеление. Однажды я сидел в железных кандалах – развлечение оказалось на любителя, – он рассмеялся.
Он сидел в кандалах? Интересные у них развлечения. Я живо представила, как Лирана по-хозяйски застёгивает железный ошейник на шее связанного по рукам и ногам Хоука, а тот стонет от боли и исступления. Но тут же одёрнула себя и с самым равнодушным видом кивнула, показывая, что приняла слова Хоука к сведению.
– Отлично. – Он хлопнул в ладоши и отступил на шаг. – Тогда доставай ножи и попробуй атаковать меня.
Просить дважды не пришлось – я напала мгновенно. Лезвие сверкнуло, стремительной вспышкой бросилось Хоуку в лицо. Я атаковала всерьёз, я собиралась его убить, достать до янтарного глаза и глубже. Раз уж он сам шёл ко мне в руки. Хоук оказался не таким искусным воином, как Аркен. Он был сильнее, гораздо сильнее Аркена, но по мастерству даже рядом не стоял со своим генералом. И всё же, как и все фейри, он был нечеловечески быстр. Хоук отпрянул, и лезвие лизнуло ему скулу. Кровь побежала по щеке, и я успела поймать его удивлённый взгляд, прежде чем нанести второй удар – на этот раз в сердце. Моё предплечье ударилось о его руку, и лезвие замерло в ногте от его кожи.
– А ты настроена серьёзно, – ухмыльнулся Хоук, а я надавила сильнее, но не сдвинулась ни на шаг. Шанс упущен. Если, конечно, он вообще был. Хочет поддаваться – его проблемы.
Я развернулась и с размаху ударила Хоука ногой в бок, он перехватил мою лодыжку, а я повалилась на спину, увлекая его за собой и выставляя перед собой нож. Хоук охнул и в падении дёрнулся в сторону, избегая острого лезвия. Отлично. Я рванула следом за его движением. Припечатала его к земле врезавшись всем весом, взобралась сверху и занесла нож.
– О, отличный вид… твою ж!.. – Хоук дёрнул головой и лезвие вошло в землю, срезав прядь его волос. Я ударила снова, но Хоук перехватил мои запястья и засмеялся. – Ты будто взаправду решила меня убить.
Вместо ответа я перехватила нож и подсекла остриём его обнажённое запястье. Рана вышла неглубокой, но заставила Хоука зашипеть от боли и ослабить хватку. Я высвободилась и со всей силы ударила его
