- Демьян, — шиплю, пальцами запястье его сжимаю. Но мужчине наплевать, он как будто меня не слышит совсем.
Его пальцы всё выше. Господи, а я уже пылаю так, что скоро искры во все стороны разлетаться начнут. Но нет, он же не станет. Вокруг люди. Мы на таком мероприятии. Он же не совсем... Господи...
Губу закусываю, когда его пальцы по ткани трусиков проходятся. Дёргаюсь, потому что чувствительность включена на максимум. Пытаюсь свести сильнее ноги, убрать его руку. Но ничего не выходит. У меня просто не получается. Впиваюсь коготками в кожу его руки. Царапаю. Пытаюсь хоть немного его отрезвить. Так же нельзя. Рядом со мной сидит мужчина, рядом с Демьяном женщина. Да, сейчас их не видно, но я-то знаю, что они там есть. И свет могут дать в любую секунду. От понимания того, что нас могут застукать, нижнее бельё ещё сильнее увлажняется. Это же ненормально!
Когда кажется, что Демьян на большее неспособен, он отодвигает пальцами край моих трусиков. Касается подушечками пальцев складок, скользит, распределяя мою смазку равномерно. Задевает подушечкой указательного пальца клитор, и я сильнее впиваюсь зубами в нижнюю губу. Чтобы не издать ни звука. Хотя бы так не спалиться. Не выдать всего того, что здесь происходит.
Пальчики ног поджимаются. По телу проносится новая волна жара, а вслед за ней разряды тока пронзают все тело. Я сильнее ногтями впиваюсь в его руку. Хоть так показываю ему недовольство всего происходящего. А Демьян лишь снова проходится по складкам, проникает в меня двумя пальцами. Я мысленно обещаю, что убью его. Вот как только смогу. Как только мы отсюда выйдем. Боже... Опускаю голову на его плечо. Лбом упираюсь. Рваный вдох и выдох. Снова губу закусываю.
- Демьян... - Шепчу, хочу всё это как-то остановить. Потому что сдерживаться уже совсем не выходит. А на аукционе точно никто не ожидает услышать мои стоны. Какой позор.
- Тс-с-с... - Всё, что слышу в ответ. Он издевается?
От каждого нового прикосновения внизу живота всё сильнее и сильнее сводит судорогой. Я знаю эти ощущения. Скоро будет финал. Взрыв. И я вряд ли смогу сдержать стон.
Его пальцы входят в меня мучительно медленно, после снова проходятся по складочкам. Задевают клитор и всё сначала. Всхлипываю, зубами впиваюсь в его плечо. Уже никак иначе не получается сдерживать стоны. Я его убью. Обещаю. За подобную выходку точно...
Соски ноют и трутся о ткань бюстгальтера, от этого становится совсем невыносимо.
Демьян как будто чувствует, что оргазм вот-вот накроет с головой. Начинает входить в меня пальцами активней. Я же сильнее зубами в ткань его пиджака впиваюсь. Всё сводит от приятной судороги, глаза закатываю. Пальчики поджимаю, когда меня мощной волной оргазма сносит. Только чудом все звуки при себе оставляю. Не выпускаю их на свободу.
Суровый ждёт, пока я перестану на его пальцах сокращаться, а после его рука так же, как поднималась, только теперь опускается вниз по моей ноге, оставляя за собой влажные следы моего оргазма.
Я успеваю только сесть прямо, как свет в зале появляется. Ярко по глазам бьёт. А я надеюсь, что никто в зале не видел того, чем мы занимались. Мои щёки пылают от стыда, а следы моего грехопадения никуда не исчезают.
Глава 24.
Я мало что понимаю. На аукционе странные вещи происходят. Как свет включают, так ощущение, что я в какой-то дурдом попала.
Ноги подрагивают от сильнейшего оргазма. Я мысленно обещание даю, что прибью Сурового, как только такая возможность появится.
На аукцион выставляют шкатулку. Демьян следит внимательно. Напрягается, когда просят на сцену выйти хозяина. И вот здесь начинается балаган. Даже мне становится интересно, как всё разрулится. Кажется, здесь украденную вещь продают. Ну именно так парень утверждает. По залу проносится шепоток, после возмущения.
На самом интересном месте Суровый вдруг подрывается и за руку меня тянет.
- Мы куда? - Переставляю ноги, стараюсь не упасть. Дрожь всё ещё никуда не делась.
- Наш лот готов, можем ехать, — Демьян в отличие от меня максимально собранный. Я же растеряно по сторонам оглядываюсь. Суровый подбирает хороший момент, на нас мало кто смотрит. Все наблюдают за цирком, происходящим на сцене.
Мы заходим в небольшое помещение. Нас там ждут двое мужчин. Один из них охранник, это я по форме понимаю. А вот второй больше на управляющего какого-то похож. В дорогом костюме. Улыбка до ушей.
- Господин Суворов, ваш лот готов, мы бы хотели сами его доставить по вашему адресу. Потому что статуэтка слишком ценная и наш... - Тон его голоса раздражает Демьяна, я это чувствую по тому, как он мою руку сжимает. Но и мне этот мужчина мало нравится. Уж слишком искусственно улыбается. И тон его голоса наигранный.
- Я сам заберу, — Демьян его обрывает, договорить не даёт.
Мужчина зависает на секунду. Видно, что такое отношение ему не нравится. Поправляет галстук, на охранника поглядывает. Улыбка ещё шире становится.
- И я всё же настаиваю, господин Суворов, — его тон немного твёрже становится.
Я чувствую, что Демьян долго не станет с ним разговаривать, а нам, судя по всему, отсюда нужно уйти как можно скорее.
- Боже, какая тарелочка! - Взвизгиваю от умиления, вырываю руку из захвата Демьяна и бросаюсь к столу. Наверное, здесь находятся лоты на следующий аукцион, потому что возле каждого ценник стоит. Я выбираю дорогую тарелку. Скорее всего, здесь ручная роспись. В руки её беру.
- Господин Суворов, — голос управляющего вибрирует, он ещё сильнее ослабляет галстук.
- У моей бабушки такие в серванте стояли, — я всё не успокаиваюсь, пальцами по тарелке прохожусь, вижу, как бледнее лицо мужчины. А охранник не знает, что делать. Хочет за оружие схватиться, но тут же на Демьяна взгляд переводит, — не думала, что такое в моду вернётся.
- Пожалуйста, положите лот на место, он очень дорого стоит, — управляющий ко мне шаг делает, глаза выпучивает.
- Я могу вам подарить сервиз моей бабули, или, может, даже мы его здесь продадим? Ой... - Беру тарелку в правую руку, делаю вид, что она выскальзывает. У управляющего в этот момент лицо цвета стены становится.
Демьян усмехается, и пока все заняты моим представлением, идёт к столику, на котором статуэтка стоит.
- Я вас умоляю, поставьте на место.
- Малыш, положи эту безвкусицу, у твоей бабули тарелки намного красивее.
От такого обращения Сурового у меня тарелка и вправду чуть из пальцев не выскальзывает. Управляющий успевает её подхватить. Он за эти несколько минут вспотел так, что ему теперь точно в душ идти нужно.
Я возвращаюсь к Суровому, он снова меня за руку берёт.
- Господин Суворов! - Управляющий окрикивает Демьяна, но мы уже выходим из комнаты. Одной рукой Демьян меня за собой ведёт, во второй у него статуя.
В зале всё ещё продолжается балаган.
Мы идём очень быстро. Это всё было спланировано, да? Отвлечение внимания?
Демьян какому-то мужчине в зале кивает. Громадному такому. Кажется, тот парень, что сейчас на сцене, с ним пришёл. Я максимально теряюсь во всём происходящем. И в самую последнюю секунду, как мы из зала выходим, я замечаю, что тот ублюдок, что меня допрашивал, со своего места поднимается. За нами идёт. Меня в ледяной пот бросает. Господи, началось, да? Теперь что делать? Теперь мы будем убегать или что?!
- Демьян, он идёт за нами! - Дёргаю за руку Сурового.
- Отлично, всё идёт по плану. Перебирай ногами, Белоснежка, нужно, чтобы он отставал.
Сейчас внутри меня адреналин просыпается. Страх на второй план уходит. Я чувствую, что рядом с Демьяном я всё же не так сильно боюсь. Доверяю? Возможно. Или у моей нервной системы просто нет другого выбора.
На каблуках идти настолько быстро получается с трудом. Приходится прилагать усилия. Потому что один неверный шаг и я попросту подверну ногу.
Мы выбегаем на улицу, я хочу свернуть в сторону, где Суровый машину свою оставил, но Демьян меня в другую сторону тянет.
