* * *
Москва. НИИ скорой помощи имени Н. В. Склифосовского
Ираклий очень удивился, увидев на пороге палаты Марка Анатольевича. Удивился и обрадовался.
— Эк, тебя угораздило! — воскликнул Марк, увидев загипсованного по пояс Ираклия. — Как же так?
— Вот так, — состроил он горестную мину.
— Я тебе вкусненького принёс, — начал Марк выкладывать на тумбочку выпечку из буфета Верховного Совета. — Что происходит? Куда, вдруг, делось твоё заявление?
Ираклий рассказал всё, как есть, что заявление он написал, передал его с Булатовым, а потом его навестил замдекана Кротов и отругал за поспешность и, как рассказал Паша Ивлев, прямо на занятиях пришёл и забрал у Булатова это заявление. Рассказал и о том, что вовсе не планировал ехать с пьяным за рулем, что его, фактически, подставили.
Марку Анатольевичу ничего не оставалось, как поехать в МГУ. Повезло ещё, что застал замдекана на месте, тот как раз куда-то собирался уезжать.
Из разговора с Кротовым Марк выяснил, что вся вина Ираклия в том, что, выпив в ресторане, он мирно дремал на заднем сидении машины, которая попала в аварию. И ещё Марк сразу почувствовал, что Кротов слишком спокоен и уверен в себе, многое в его поведении очень сильно напоминало людей одной определенной профессии. Марку сразу вспомнились сотрудники Комитета госбезопасности, с которыми периодически приходилось сталкиваться по работе. Вот так и не иначе…
Потрясённый своей догадкой, Марк всю обратную дорогу на службу размышлял о том, знает ли Ираклий, что Кротов из КГБ? Какое отношение к нему имеет Ираклий? А если он сексот?.. А если он стучит?..
* * *
Пока мальчишки спали на балконе, поговорил с Загитом насчёт халтуры со шкафами-купе.
— Соседка обещала помочь с панелями на двери, — объяснял я. — Бригадир мне рассказал, где он направляющие покупал и ролики. Они мне ещё будут большой шкаф делать в коридоре, на весь средний пролёт. Надо подгадать, чтобы на ваше дежурство не пришлось. Посмотрите, что и как они будут делать. Это у них будет уже третий шкаф, думаю, уже отработали методику. Посмотрите за ними внимательно, чтобы велосипед не изобретать.
— А чего они сами-то не хотят этим заниматься? — с сомнением посмотрел на меня Загит.
— Ну, не знаю. Может, думают, что спроса не будет, — предположил я.
— А он будет?
— Постепенно появится, — уверенно ответил я.
Хорошо бы, конечно, рекламу какую-то дать, но какая реклама частного предпринимательства может быть в СССР? И вообще, какое частное предпринимательство?.. Так, если Загит заинтересуется, будет делать потихоньку шкафы по рекламе типа сарафанного радио. Когда одному сделал, а другие рекомендуют своим друзьям и знакомым.
Опасно ли это с точки зрения проблем с законом? Предложу услуги Загита, когда он освоит технологию, своим людям из группировки, тем же Захарову и Бортко. А они, когда распробуют новинку, направят Загита уже по своим знакомым. Тот, кто обслуживает нужды партэлиты, в СССР неприкосновенен. В обиду никакому ОБХСС его уже никто не даст. Мало ли, переезжать придется, а твой мастер, что такие уникальные шкафы делает один по всей Москве, в колонии сидит? Непорядок!
* * *
Москва. Советский комитет по защите мира.
— Ну, что выяснил, Марк Анатольевич? — нетерпеливым жестом пригласил Валиев подчиненного к себе в кабинет.
Марк рассказал, как пострадал Ираклий в этой страшной аварии и о своём визите в МГУ к замдекана, который не дал его уволить.
— Вся вина нашего парня в том, что он оказался не в том месте и не в то время. Больше ни в чём, — высказался Марк и пересказал начальнику всю информацию, которую получил от Кротова.
О своих догадках по поводу реальной деятельности замдекана по воспитательной работе Марк Анатольевич умолчал, решив, что мальчишка и так лежит со сломанными ногами в результате несчастного случая, и топить его сейчас было бы подло. Вот выздоровеет, тогда и надо попытаться разобраться.
* * *
Зазвонил межгород, и я бросился к телефону. Это звонила главбух с Механического завода Святославля. Немного растерялся, не ожидал её звонка.
— Павел, я тебе очень благодарна, — говорила она. — Я прекрасно понимаю, кому обязана за то, что осталась на своём месте…
— Рад, Ирина Викторовна, что у вас всё хорошо, — искренне ответил я.
— Уж не знаю, какие слова ты нашёл, но всё ещё лучше, чем было. Спасибо тебе ещё раз!
Это не мне, это бабуле, — хотел сказать я, но не успел. Она резко попрощалась и свернула разговор. Видимо, к ней в кабинет кто-то вошёл.
Хоть бы ещё и она с подарком не приехала! — взмолился я, положив трубку.
Вскоре вернулась Галия и привела к нам Анну Аркадьевну. Сначала она угостила её ужином, а потом повела смотреть, что и куда из мебели она заказала. И нас с Загитом позвала.
— Письменный стол, полки и книжные шкафы Паше в кабинет, — воодушевлённо рассказывала она. — Я, Паш, тебе ещё кресло заказала. Сам будешь сидеть или в гости кто зайдёт. А то, что ты просил стул на колёсиках к столу, такого нет…
— Сейчас нет или вы не выпускаете такие? — уточнил я у Анны Аркадьевны.
— Да я, если честно, и не поняла, что ты хотел, — призналась она.
Ну, здрасьте, кресел на колёсиках ещё нет? Быть не может… А когда же они появились?
— Ладно, бог с ним, — решил я быстренько сменить тему, — а в третью комнату что заказали?
Мы перешли в будущую детскую. Галия сразу заказала два письменных стола и две кровати. Две книжных полки и две тумбочки.
— Не рановато, доча, ты им письменные столы уже купила? — удивился Загит.
— Ой, время так летит, — ответила за неё Анна Аркадьевна. — И пока у меня есть возможность, почему не купить?
— А куда может деться ваша возможность? — озабоченно спросил тесть.
— Ну, не девочка уже, годы своё берут. Мало ли что?
— Вы мне это бросьте, Анна Аркадьевна! Что б я этого больше не слышал! — вдруг завёлся Загит, строго глядя на неё. — Будьте любезны жить и радоваться ещё, как минимум, лет тридцать.
— Ого! Тридцать лет! — кокетливо закатила она глаза.
Почувствовав, вдруг, что мы с женой тут лишние, взглянул на неё вопросительно, а она только едва заметно плечами пожала и с таким видом, будто ничего не происходит, пошла к Ирине Леонидовне и детям. Ну, я тоже ушёл… Мало что понимая поначалу, пока не сообразил… Неожиданное приглашение главбуха на ужин, когда и Загит дома.
Это что же жена затеяла? Выдавить Лину из сердца отца? Анне Аркадьевне, получается, она симпатизирует? Ну, ладно… Надо её и на новоселье тогда пригласить. Подсказал Галие, ну а дальше пусть сама там разруливает.
Сел писать записки по новинкам для Межуева, завтра уже сдать надо. Успел расписать часть, как позвонил Миша Кузнецов.
— Привет, дружище! — обрадовался я. — Как дела?
— Да спасибо, учусь, работаю, — ответил Миша. — Валиев Марка сегодня к Ираклию в больницу посылал, тот вернулся и сказал, что вся вина Ираклия в том, что он оказался не в том месте и не в то время.
— Ну вот! А то уволить! Задним числом! — не удержался я от сарказма.
— Да, хорошо, что так получилось. Кстати, мне тут мать письмо прислала, — продолжал Миша. — Слушай, а что там за история была с арестом директора Механического завода?
— Да ничего хорошего не было, — ответил я. — Чуть не посадили его почём зря, а вместе с ним и моего отчима. Но отбились, слава богу, всем миром.
— Угу… Мать пишет, ты там приехал, всех запугал… Пишет, что ты бандит.
— Ну ладно там болтали, что я на внучке… кое-кого женат. Но бандит⁉..
Быстро же версия любимой тёщи по городу распространилась, — мысленно удивился я.
— Да я сам обалдел, — признался друг, — с чего вдруг вообще, есть идеи?
— Да это моя теща меня так любит, по-своему, слухи обо мне сумасшедшие распространяя, — ответил я.
— А, ну тогда понятно, — сразу успокоился Мишка, — с тещей если не поладишь, так хоть свет туши!
