– Нет, – Финеас взглянул на Бринли. – Я не могу, – время, казалось, остановилось на секунду, когда их взгляды встретились и вспыхнули. Сочтет ли она, что он только что признался ей в любви? Или она решит, что все это игра?
– Конечно, ничего не поделаешь, – проворчал Диггер. – Мой собственный Джейк влюбился в белку.
Бринли моргнула, и они со свистом вернулись к реальности.
– Что ты сказал? – спросил Финеас.
– Ты меня слышал. Он влюблен в чертову белку, – Диггер наклонился к ним и понизил голос:
– Не говорите ему о беличьем мясе в бобах. Это его расстроит.
– Мы не скажем ни слова, – заверила его Бринли.
Диггер хмыкнул, затем повернулся к сотрясающимся кустам.
– Я знаю, что ты там, Джейк. Перестань шпионить за нами и выходи.
Два сумасшедших парня? Финеас держал Бринли на случай, если ему понадобится телепортировать ее.
Кусты раздвинулись, и на поляну вышел пес. Он был большим, желтым и грязным, но самой поразительной его особенностью была шапочка, пристегнутая к голове. Она была похож на старый кожаный футбольный шлем, увенчанный слоем алюминиевой фольги, которая блестела в свете костра.
– Ах, бедняжка, – пробормотала Бринли. – У него была травма головы?
– Нет, – Диггер с нежностью посмотрел на собаку. – У моего Джейка острый ум. Он – то, что вы называете ресивером.
– В футбольной команде? – спросил Финеас.
Диггер расхохотался, сильно хлопнул себя по бедру и закашлялся, когда облако пыли достигло его лица.
– Это самое безумное, что я когда-либо слышал! Собаки в футбол не играют!
Финеас переглянулся с Бринли, и Диггер снова расхохотался.
– Он должен носить эту шляпу, чтобы они не разговаривали с ним, – объяснил Диггер. – Сначала они пытались заговорить со мной, но я оказался слишком хитер для этих.
– Этих? – спросил Финеас.
– Этих инопланетяней, мальчик! Те, что калечат весь здешний скот. Они использовали моего Джейка в качестве ресивера.
– Что они ему говорили? – спросила Бринли.
– Откуда, черт возьми, мне знать? Ты думаешь, я могу разговаривать с собакой? Диггер хихикнул. – Я не сумасшедший, знаешь ли.
– Верно, – пробормотал Финеас.
– Так вот, я охотился на этих маленьких дьяволов, чтобы они оставили моего Джейка в покое.
– Очень любезно с вашей стороны, – сказала Бринли.
– Нам пора идти, – Финеас отступил, увлекая за собой Бринли. – Чтобы ты мог вернуться к своей охоте.
– Вы не хотите охотиться вместе со мной? – обиженно спросил Диггер.
– Извини, но мы предпочитаем быть одни, – объяснил Финеас. – Молодожены, ты же понимаешь.
Диггер усмехнулся.
– Я тебя понял. Вы вдвоем больше заготавливаете сено, чем охотитесь. Ну что ж, увидимся.
– Было приятно познакомиться, – Бринли вскочила на лошадь. Финеас тоже вскочил в седло, не обращая внимания на мучительные приступы боли в пояснице и бедрах. Он помахал старику.
– Будьте осторожны, – крикнул им вслед Диггер. – Эти мерзкие инопланетяне совсем рядом. Я их чувствую.
Финеас ехал по тропинке рядом с Бринли. Ни один из них не произнес ни слова, пока не убедился, что Диггер не услышит.
Она подтянула рубашку к носу и принюхалась.
– Возможно, мне придется переодеться. И принять душ.
– Я могу телепортировать тебя в домик Фила. Я вернусь присмотреть за лошадьми, пока ты будешь мыться.
Она улыбнулась.
– Это очень мило с твоей стороны. Спасибо.
Мило. Он начинал ненавидеть это слово. Почему она не считает его сексуальным и желанным? Почему она не может желать его так же, как он ее? Не потому ли, что она считала их страшно, чудовищно неподходящими друг другу?
То, что он сказал раньше, было правдой. Ее отец никогда не примет его. Бедняк из Бронкса. Вампир.
Бринли может заполучить любого мужчину, какого захочет. Богатого фермера. Альфа-волка. Она может получить богатство, землю и безопасность. Зачем ей отказываться от всего этого ради него?
– Спасибо, что пришел на помощь, – тихо сказала она.
– А? – боль в заднице стремительно становилась невыносимой. Может быть, ему следует пройти остаток пути пешком. – Какая помощь?
– Ты спас меня от приставаний Диггера.
– О. Большое дело.
– Ты такой милый...
– Не говори этого!
Ее глаза расширились.
– Ты сердишься?
Да! Диггер смог понять, что я влюблен тебя, а ты не можешь!
– Неважно. Я... мне нужно слезть с этой проклятой лошади.
– Ладно, – она остановила лошадей. Когда он спешился, она сочувственно посмотрела на него. – Это нормально – чувствовать боль в первые несколько раз.
– Я в порядке, – он стиснул зубы и неуклюже пошел рядом с ней. – Меня просто раздражает, что мы ничего не узнали о Корки. Не думаю, что она стала бы прятаться здесь. Это слишком примитивно. Она использовала бы свой вампирский контроль над разумом, захватив ранчо или лыжную базу.
– Возможно, ты и прав, – пробормотала Бринли.
– И я все думаю об этих дохлых коровах. Диггер сказал, что они были обескровлены. Мы должны это проверить.
– Ты думаешь, Корки будет кормиться коровами?
– Если она была в отчаянии, то да.
– Но зачем их калечить?
– Чтобы скрыть то, что она сделала. Когда Недовольные питаются людьми, они перерезают им глотки, чтобы скрыть следы зубов.
Бринли медленно кивнула.
– Ладно. Днем я попрошу Труди помочь мне привести лошадей в хижину, а завтра вечером мы поедем на ранчо Карсона и расспросим Нейта о коровах.
Он взглянул на нее.
– Нейта?
– Нейтана Карсона, – она улыбнулась. – Он мой старый друг. И смертный. Очень милый парень.
Финеас заскрежетал зубами. Милый Нейт, наверное, богат.
– Он тоже хотел тебя? Как Диггер?
– Нет, – она бросила на него раздраженный взгляд. – Не каждый мужчина, который меня видит, тут же хочет меня.
– Некоторые мужчины – дураки.
Она покачала головой.
– Нейт достаточно умен. Но его брат – проблема. Если нам повезет, мы не столкнемся с Кайлом.
– Что не так с Кайлом?
С минуту она молчала.
– Он хотел меня.
– Черт, – пробормотал Финеас. Она могла выбирать из миллиона мужчин. Почему она вообще должна выбрать его?
Глава 11
– Who’s afraid of the big bad wolf? – напевала себе под нос Бринли, раскатывая спальный мешок.
Он снова сбежал.
Больше часа прошло с тех пор, как они прибыли в лагерь Трейлхед, где Труди должна встретиться с ней утром. Помогая Бринли присматривать за лошадьми, Финеас телепортировал ее в домик брата, чтобы она могла принять душ и переодеться. Он вернулся в лагерь, чтобы посидеть с лошадьми, а затем, тридцать минут спустя, телепортировался в дом, чтобы перенести ее сюда.
Он не остался. Он заявил, что ему тоже нужно принять душ, а также заскочить в Роматек за бутилированной кровью и проверить, как там его брат. Он также хотел узнать, не послал ли Ангус кого-нибудь в Штаты, чтобы помочь им в поисках. Она подозревала, что он не хочет продолжать миссию наедине с ней.
Я никогда не видел, чтобы двое были так влюблены друг в друга. Слова Диггера преследовали Бринли с тех пор, как они покинули его лагерь.
Старик был сумасшедшим, так что, может быть, ей не стоит придавать этому слишком большое значение. И все же ей интересно, насколько сильны чувства Финеаса к ней. Он поспешил сделать вид, что они женаты, когда Диггер проявил к ней интерес. Он обнял ее и поцеловал в лоб. Прошлой ночью он признался, что испытывает к ней физическое влечение. А сегодня он сказал, что она ему нравится.
Но влюблен ли? Сможет ли он когда-нибудь полюбить ее? Она не знала.
И она точно не знала, что чувствует к нему. Да, она хотела переспать с ним, но это была не любовь. Это было не тем, на чем основывались долгосрочные обязательства. И все же, когда Финеас заявил, что они женаты, ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Потрясение. Затем – покалывающая искра возбуждения. А затем... странное чувство удовлетворения.
