закрылись небольшими щитами и держались ровно до тех пор, пока не подоспели перезарядившиеся гранатометчики. Следом я оттянул с середины и лучниц, что также смогли помочь не пропустить ни одного уродца сквозь заслон со стороны скал.
Диверсанты зря старались. Отряд из сорока тяжелых пехотинцев построился, и на марше двинулся ровно по середине. Тут не надо быть гениальным воеводой чтобы понять, что они пробьются. Даже если я стяну сюда вообще всех.
А вот конница рванула по дороге сквозь лес, но вскоре иконка их отряда исчезла среди густых зарослей. Всё же попали в ловушки. Но они не могли нанести много вреда, ведь ребята Бурого успели сделать многих из них пешеходами, и на коне остались лишь четверо бойцов.
— Ребят, держитесь! — крикнул я копейщикам. Да и мечникам подобное наставление будет явно не лишним, всё же с каждой секундой их теснят всё сильнее даже несмотря на прикрытие от стрелков.
Надо что-то делать. Крикнуть «выпускайте кракена» и выпустить кракена. Тогда точно врагам станет не так весело. Даже сейчас видно, как растет их боевой дух с каждым убитым нашим гражданином. И этого нельзя вот так отпускать.
Про дорогостоящих бойцов можно забыть. Но не очень-то и хотелось. Может в следующий раз буду готов лучше, но сейчас имеем то, что имеем.
Точно есть смысл выводить Грога. Также можно вытащить эльфов, вот только есть ли смысл? Как они будут орудовать вилами и прочими неподходящими для боя предметами? Не думаю, что максимально эффективно. А вот бык изначально вооружен, с ним проблем не будет.
Лишь изредка отвлекаясь от терминала найма и выбора бойцов я поглядывал в сторону всё приближающегося отряда тяжелой пехоты. Грозные, мощные ребята. Тут спору нет. Но…
А вот это уже интересно… Вот это очень интересно, и надеюсь, последствий для моего поселения в будущем от этого не будет. Но как можно не попробовать?
— Теперь точно, выпускаем кракена… — тихо проговорил я в сторону вражеской базы и улыбнулся.
Из башни вышли двое. Одному из них досталась деревянная палка, а второй мог щеголять с вилами наперевес. Но это оружие тут же превратилось в труху, так как ребята с силой отбросили его в сторону и устремили свои взгляды наверх. То есть на меня.
Сам я не смог не подойти к краю, чтобы лично рассмотреть свои новые боевые единицы, доставшиеся мне практически бесплатно.
— Дичайше извиняюсь, конечно… — пожал я плечами, — Надеюсь ни от чего важного не отвлек?
Но ответом мне было лишь молчание и укоризненные взгляды. И если здоровяк всегда так смотрит, то второй новый боец меня немного напряг. Но да ладно. Нечего стоять, пусть идут в атаку.
Крестьяне.
Численность — 2/2
Боевой дух — 100/100
* * *
— А что вы на это скажете? — лицо азиата, что стоял на самой вершине вычурной башни растянулось в хищной ухмылке.
Еще бы, ведь в его распоряжении теперь есть катапульта!
Может себе позволить. По центру он безоговорочно побеждает, в скалах прямо сейчас идет сражение, и продлится оно недолго, ведь скоро через болота проползут лучники и тогда жителям кремля точно непоздоровится.
В лесу всё тихо, и у врага банально нет ресурсов, чтобы организовать наступление там. А если и появятся, то нанять пару сотен крестьян — плевое дело. Ими не одолеешь всю армию врага, но в качестве прикрытия — отличная мера. Нанимаются быстро, навыки применяют, а жителей в подконтрольных поселениях еще больше десяти тысяч.
— Слушайте волю императора! — крикнул японец, подойдя к самому краю площадки.
Люди, сопровождающие катапульту, сразу склонили свои головы, не проронив ни слова. Они безмерно боялись своего повелителя, так как тот был довольно жесток и решителен. Собственно, поэтому он и стал чуть ли не единолично править всеми поселениями на острове, подмяв любое сопротивление своей несокрушимой мощью.
Все знают, что против обладателя золотого класса не поможет никакое оружие и потому некоторые лагеря выживших сами попросились под покровительство столь сильного лидера.
И с дисциплиной у них всё в порядке. За всё пусть и короткое время правления императора не вспыхнуло ни одного восстания. И это при том, что налоги он берет, мягко говоря, огромные.
Но самое главное, теперь появилась возможность обнаружить и справиться с лагерем, что находится очень далеко. Там, где зомби в достатке и можно добывать награды хоть сутками напролет. С морскими чудовищами всё обстоит сложнее. Их довольно трудно выманить из родной стихии, но и это полбеды. Потом чудище надо еще и прикончить, а за это система выдаст лишь одну награду. Другое дело мертвецы, которых на острове найти довольно сложно…
Отправив очередной отряд в бой, император вернулся к терминалу и решил взять передышку. Его воины готовы к бою, он видит, что боевой дух их высок и теперь просто остается ждать и гордиться своими достижениями.
— А вы, твари, будете моими рабами… — процедил он сквозь зубы, устремив свой злобный взгляд в сторону врага, — Или сожгу дотла… — в его глазах вспыхнул огонек, что придал и без того устрашающему выражению лица еще большей убедительности.
* * *
Бойцы спокойно вышагивали по дороге, весело звеня латами и бряцая в такт шагу оружием. Боевой дух отряда тяжелой пехоты был практически на максимуме, впрочем, настроение отдельно взятых воинов тоже оказалось не высоте.
Все они чувствовали себя участниками какого-то важного события, что принесет еще одну победу их императору.
Этого человека в народе сравнивали с одним из богов, что спустился на землю для спасения рода людского. А в частности японского.
И эти воины вне системной баталии были его личной охраной. Самые верные, самые сильные и самые лучшие. Другие попросту не выживали, ведь иногда император мог выйти из себя, и тогда весь разрушительный шквал магии, которым он обладал, мог обрушиться на головы приближенных.
— А мне кажется у них ресурсы закончились… Вон, новых бойцов уже не производят! — указал куда-то вдаль боец, вооруженный длинным копьем. Также он оказался обладателем необычного класса, позволяющего значительно ускорить восприятие времени. То есть для себя ускорить, а остальным замедлить. Это много раз выручало его в бою, и в поединке этого бойца мало кто мог даже поцарапать, не то что прикончить.
— Ох, как это для них типично… — улыбнулся его товарищ и смачно залепил себе по шлему латной перчаткой, — Ничему не учатся…
— Ха!
