наладилось. Марик даже нашёл себе коллегу по амурным делам. Видимо, в каждом подразделении есть свой Барсов.
— Я тебе когда-нибудь оторву «причинное место», Марик, — пригрозил Буянов, прихватив Барсова за ухо.
— Ай! Товарищ подполковник, там всё серьёзно, — воскликнул Марик.
— Серьёзно будет, когда я тебя отправлю работать на торпедно-артиллерийский испытательный полигон с коричневыми рудниками, — отпустил Иван Гаврилович Барсова.
— Это где такое? Переводите меня? — испуганным взглядом посмотрел на комэску Марк.
— За нашей палаткой это находится в бывшем вагончике для строителей. Научное название — туалет, — громко сказал Буянов.
Мда, умеет ассоциациями говорить наш командир эскадрильи.
Разговоры в классе были прерваны появлением Томина, подозвавшего к себе седого майора штурмовиков и меня.
— Со мной, ребя, на КП, — сказал Валерий Алексеевич.
— А что случилось? Вляпались куда? — пробежали по классу шепотки.
— Да не… на этих не похоже, — буркнул позади Мендель.
Глава 12
Интересное сочетание у нас получается. Майор штурмовиков, производящий впечатление опытного лётчика и молодой истребитель. Кому мы могли понадобиться на командном пункте в таком составе?
В большой комнате, в которую нас привёл Томин, было несколько человек, рассматривающих фотопланшеты и карты крупного масштаба с нанесёнными объектами. Вокруг большого стола стояли Хреков, несколько бойцов из спецотряда, полковник Громов и ещё одна неизвестная личность в песочной форме из-под которой виднелась тельняшка.
Выглядел этот человек весьма уставшим. Большая залысина поблёскивала в свете одинокой лампочки в потолке. Седые волосы по бокам его не совсем ровной головы торчали в разные стороны.
— Валерий Алексеевич, мы только вас и ждали. Подходите ближе, — спокойно сказал человек в тельняшке, отойдя от совещавшихся. — Представите своих подчинённых?
— Само собой. Майор Ефремов, заместитель командира 300ой штурмовой авиационной эскадрильи, — представил Томин нашего седого коллегу.
Поздоровавшись с Ефремовым, лысый человек в тельняшке протянул мне руку, которую я с удовольствием пожал в ответ.
— Лейтенант Родин, ведомый капитана Гаврюка на выполнение этой задачи, — представил меня Валерий Алексеевич.
— Очень приятно. Лазарев Александр Иванович, командир отряда «Каскад». А товарищ Гаврюк где? — поинтересовался лысый.
— Только что прилетел. Да и ему не нужно особо ознакамливаться с обстановкой. Родину он доверяет, как себе. А может, и больше, — сказал Томин.
— Хм, доверие, — улыбнулся лысый. — Такая роскошь в нашей работе! Прошу к столу, товарищи. Будем изучать разведданные.
Подойдя к месту встречи больших лиц, я сразу был удостоен оценивающего взгляда со стороны собравшихся. Хреков надул щёки, Громов сощурился, а один из бойцов-разведчиков состроил такую рожу, будто перед ним первоклассник, а не офицер.
— Он кто? — тыкнул в меня пальцем один из бойцов, выглядевший одного возраста с Томиным.
Дерзко! Однако, отвечать за меня сейчас будет Валерий Алексеевич. Всё же, я документально молодой и сопливый лейтенант.
— Один из лётчиков, который будет с вами работать. Попрошу быть поуважительнее, — сказал Томин, облокотившись на стол.
Хреков в этот момент слегка подмигнул в знак одобрения. Громов внимания не обратил, а ровесник Томина покачал головой.
— Александр Иванович, мы здесь не на полигон собираемся лететь, — обратился он к лысому в тельняшке. — Опытнее лётчиков подобрать не можете, товарищ Томин?
— Оу, товарищ! — воскликнул Хреков. — Вы хотите сказать, что у вас больше знаний о личном составе авиационного полка, чем у полковника Томина? Делайте свою работу, а мы будем делать свою.
Льстит мне, конечно, такое заступничество. Однако, дело тут скорее в другом.
Отряд «Каскад» был детищем товарища Андропова, то есть формировался под юрисдикцией КГБ. Соответственно, и все бойцы этого отряда имели отношение к этой структуре. Хреков представляет вооружённые силы, в частности ВВС. Обвинить Томина в неправильном подборе кадров, значит бросить тень на работу всей авиации, а этого допускать нельзя.
— Успокойся и доведи информацию, — строго сказал недовольному разведчику лысый Александр Иванович.
— Хорошо, — сказал разведчик и придвинул на середину большую карту, масштаба 1 к 10 километрам. — Город Фарах, — указал он пальцем на соответствующее место на карте. — Работали там?
— Работали по Луркоху. Над Фарахом только пролетали, но не низко, — сказал Ефремов, слегка наклонившись над картой.
— А вы, лейтенант? — снова попытался меня зацепить разведчик, но Томин снова решил поставить его на место.
— Вы чего добиваетесь, товарищ «каскадёр»? — улыбнулся Валерий Алексеевич, и лицо разведчика поменялось. Видно, что это прозвище ему не очень нравится.
— А вот смеяться над нами не надо, — пригрозил он пальцем.
— Я тебе сейчас палец оторву, — рыкнул на него Александр Иванович, бросив кепку на край стола. — Доводи информацию.
— Есть. Так вот — город Фарах. Благодаря действиям дивизии полковника Громова, информации полученной от пленных душманов и ещё нескольким мероприятиям, группировка духов заблокирована в Луруохе.
— Что вы подразумеваете под «несколькими мероприятиями»? — спросил Ефремов.
— Товарищ Буханкин таким выражением называет успешные действия авиации, — ответил за разведчика Александр Иванович. — Ты либо доводи информацию, либо иди, кури, — обратился лысый к этому ворчливому разведчику.
— Пойду лучше покурю. Душно мне здесь, — ответил Буханкин. — Астанов, за меня доведи информацию, — дал он распоряжение своему подчинённому и вышел из кабинета.
— Продолжай, Карим, — сказал бойцу среднеазиатского происхождения Александр Иванович.
— Духи заблокированы в горах, но одному из полевых командиров удалось уйти. Зовут его Мохаммад Исмаил, — выложил Астанов небольшую фотографию военного в форме афганской армии на стол.
— Туран или капитан, верно? — спросил я, заметив погоны этого воинского звания у человека на фотографии.
— Верно, лейтенант. Его ещё называют Туран Исмаил. Был командиром батальона в афганской армии. Имеет высшее военное образование, — сказал Астанов.
— Серьёзный противник. Известен невероятным везением, — сказал Громов. — Несколько раз мы накрывали его опорный пункт, где он находился. Вертолёты наносили удары по караванам, с которыми он шёл, но результата нет.
— Парень очень живучий, — сказал Александр Иванович. — Дальше, Карим.
— Собственно, мы получили сведения, что ушёл Туран недалеко. Скрывается в Фарахе и в ближайшее время выдвинется в сторону Кокари-Шаршари, — показал он на карте укрепрайон духов на границе с Ираном. — Найти его в пустыне будет проблематично, а вот в Фарахе вполне возможно. Тем более что он ранен и лечится.
Далее пошло обсуждение вопросов, как так вышло, что под самым носом у афганцев скрывается серьёзный полевой командир. Громов ещё обратил внимание на предыдущее место службы Турана Исмаила.
— Этот парень отвечал за охрану базы Шинданд. Отсюда он и ушёл с несколькими сотнями бойцов в горы, чтобы воевать против законной власти, — подметил Борис Всеволодович. — Много раз я обращал на это внимание командования армией, но мне говорили, что афганцы этого не подтверждают.
— А теперь у нас есть указание нанести удар по мирному городу, так ведь? — поинтересовался Ефремов.
Тут же Лазарев решил раскрыть все карты. Если честно, я даже не удивлён, что мне опять будет поручена подобного рода задача.
— Андрей Константинович, вы не говорили ещё своим людям о щепетильном
