меня не подводил и вряд ли ошибался.
Кто надзирал за ними?
Ох, вот этот человек был поднят мной со дна, куда его опустило правительство и господин Абэ. Ютака Мацумура был воспитателем сына господина Абэ. Да-да, того самого сына, которого отправил на тот свет ваш непокорный слуга. Однажды, пьяный сынок вернулся домой и Ютака имел неосторожность сделать ему замечание о непотребном поведении. В ответ аристократический отпрыск отмудохал воспитателя так, что сделал его инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Никакие оммёдо не смогли восстановить тело бывшего здорового мужчины.
Чтобы замять ситуацию, господин Абэ купил искалеченному воспитателю небольшую квартирку и положил мизерную пенсию. Другими словами, Абэ вышвырнул Ютака за дверь и закрыл ему пасть подачкой. Выгородил ублюдка-сынка…
Инвалид, Ютака Мацумура влачил жалкое существование на те дотации, которые были ему положены. Абэ платил, а члены правительства забирали половину за воду, тепло и кров в бедном квартале.
Оставалось только-только на то, чтобы худо-бедно свести концы с концами. И Ютака бы дальше продолжал скакать на костылях, волоча свои беспомощные ноги и переставляя костыли по улочкам Тайто до самой смерти, если был не одно «но». Дом, в котором он жил, неожиданно понадобился властям под застройку большого торгового центра.
Правительство подкинуло ещё одну подлянку…
Власти выкупили дом у жильцов. Кто отказывался продавать — тех навещали якудза и «уговаривали» продать ещё дешевле, чем было первоначальное предложение. Брали свой процент…
Оплаты той квартиры, которая досталась Ютаке от Абэ не хватило на покупку нового жилья. Его выкинули на улицу. Вежливо, с поклонами, но выкинули. Абэ развел руками и посоветовал налаживать жизнь так, как положат боги.
Боги не очень любили неудачников, поэтому первая ночевка принесла бывшему воспитателю встречу с бандой босодзоку, которые предъявили инвалиду счет за ночевку на их территории. В итоге инвалид остался без каких-либо средств вообще.
Одинокий, выброшенный на улицу, искалеченный…
Он почти опустился на самое дно и уже был готов наложить на себя руки, когда я встретил Ютака на улице. Я тогда шел из магазина, болтая с Кацуми по телефону. И в этот момент наткнулся на горящий взгляд. Инвалид с высохшими ногами чем-то напомнил мне Тоширо Дзиро. Вот только у этого мужчины не было могучего отца за спиной. Он сидел на асфальте, подложив картонку под задницу, а перед ним стояла пустая жестянка. Ни один из проходящих не бросил даже сотню иен внутрь жестяного жерла.
Отчаяние в глазах бомжа заставило меня извиниться перед Кацуми и пообещать перезвонить позже. Я опустился рядом с Ютака, угостил его рисовыми колобками из магазина и разговорился. Когда узнал историю, то предложил поработать на меня.
Ютака согласился и теперь у меня был свой пастух аристократов… Причем, переписку я знал не только у Минори, но и у ещё нескольких учеников, которые косо поглядывали на мою татуировку. Теперь Ютака жил в нормальной квартире, а еду ему доставляли из ресторана. Взамен я получал данные, которые так или иначе меня касались.
И не только меня…
— Изаму-кун, ты помнишь, что обещал сегодня присутствовать на званом ужине? — спросила Кацуми, когда мы впятером оказались на улице.
Почему впятером? Потому что Тигр ожидал нас возле машины, а стоило Шакко показаться на улице, так сразу же очутился рядом. Вот как будто телепортировался на пятьдесят метров. Так мы и встали неподалеку от входа: я, Кацуми, Малыш, Тигр и Шакко.
— Конечно же помню, — кивнул я в ответ. — Хотя у нас сегодня обещали подать рыбу, но…
— Поддразниваешь? — спросила Кацуми. — Рискуешь нарваться на удар под дых.
— Всю жизнь мечтал отужинать с благородной семьей Утида, — тут же ответил я. — Только мне нужно переодеться…
— Во как! — присвистнул Тигр. — Кто-то лезет под каблук?
— А кто-то рискует нарваться на удар под дых, –нахмурился я в ответ.
— Шакко, ты сегодня так шикарно выглядишь, что я могу ослепнуть. Как же я тогда поведу машину? А ещё слепой, но красивый Тигр вряд ли будет нужен команде босса. Правда, умный и добрый босс? — тут же широко улыбнулся Ленивый Тигр.
— Каблук, говоришь? — хмыкнул Малыш. — Босс, с такими милыми подручными вам можно туалетную бумагу не покупать.
— Но-но-но, я всего лишь восхищаюсь красотой Шакко, — снова переобулся в воздухе Тигр. — А вовсе не занимаюсь любимым занятием Малыша.
— Теперь уже ожидаются два удара, — заметила Шакко. — А если сейчас и со мной облажаешься, то будешь жестко отмудохан.
— Всё-всё-всё! Всего лишь мелкий жест прелестной ручки и свирепый тигр превращается в доброго котенка, — поднял руки Тигр.
— Тогда ладно, поверим в сто двадцать первый раз, — покачал я головой в ответ.
— Да уж, простим несуразного пройдоху, — подковырнул Малыш.
— Кого? — вытаращил глаза Тигр.
— Мальчугана одного, — оскалился Малыш. — Это литературная метафора такая. Умные поймут.
Тигр хотел было ещё что-то сказать в ответ, но увидел, что все открыто над ним потешаются и тоже заулыбался в ответ.
Это правильно. Если тебя поддразнивают, то самый верный способ — улыбаться вместе со всеми. Если же поддразниватели видят, что тебя подобным не пробить, то вскоре отстают, или ищут другую жертву. Но если обижаешься… Тут уж не обессудь — будут подкалывать при каждом удобном случае.
— Изаму, хочешь, я тебя подброшу до дома? — спросила Кацуми.
— Но я могу и сам довести босса! — подал голос Тигр.
— Едем, Кацуми, — произнес я, желая поддразнить Тигра. — Когда ты за рулем, то я чувствую себя в полной безопасности.
— Бо-о-ос!!! — взвыл Тигр.
— Не босскай! — одернул я его и улыбнулся. — Это тебе за подкаблучника.
Шакко взяла Малыша под локоток и произнесла, глядя на него:
— Вот, нельзя подкалывать нашего босса. Он и обидеться может. Ему можно подкалывать, а нам нельзя.
— Шакко, тебя пример Тигра ничему не научил? — окликнул я её.
— Ой, босс, вы услышали? Я хотела это тихо произнести, — усмехнулась рыжая егоза.
Кацуми потянула меня за руку:
— Идем, пока ты полностью не разругался со своей командой.
— Я? Да ни в жисть. Мы любим и уважаем друг друга. Вон, посмотри, как Малыш и Тигр любят и уважают Шакко… Даже слюни до асфальта дотягиваются.
— Бо-о-осс!!! — уже хором взвыли мужчины.
Я помахал рукой в ответ и ответил:
— Сегодня отдыхаем. Можете отпраздновать в кафе, даже записать на мой счет. Только не вздумайте с собой мототаксистов звать — мой кошелек не вынесет подобной нагрузки.
— Хотя бы парочку… — окликнула Шакко.
— Парочку можно, –кивнул я.
— Десятков, — закончила свою фразу Шакко и тут же заржала. — Спасибо, босс, ваша
