— Сдурела?! — задыхаясь, выпалил я.
Вика испуганно уставилась на меня. Полы рубахи разлетелись в стороны, обнажая передо мной красивое и аппетитное тело. Глаза невольно опустились на кружевное бельё, которое мигом захотелось содрать. Холмики грудей интенсивно вздымались и опускались от её тяжелого дыхания. Плоский живот с перепугу буквально провалился в рёбра. Ноги плотно сомкнуты. Импульсы чего-то животного и неведомого мне ранее взорвали голову. Я её хочу. Прямо здесь и сейчас. К дьяволу всё принципы и предрассудки! Ты моя!
Жадно слился с этим тельцем, впечатал бёдрами в шкафы, вызвав жуткий грохот. Пленил голову и неистово впился в желанный рот.
Сначала Вика опешила и растерялась от моего посягательства, но мигом подхватила этот страстный натиск. Впустила захватнический язык в рот и яростно сплела со своим. Впила в мою оголённую спину пальцы. Сладостно застонала, когда смял одной рукой грудь, а второй ягодицу. Огладив ладонью изгиб, повелительно закинул её ногу на своё бедро. Сильней и рьяней протолкнулся пахом в её промежность, сквозь ткань ощущая жар девушки.
— Я до безумия тебя хочу сейчас, — сквозь поцелуи шептал я. — Останови… Я больше не могу, — укусил за шею, оттягивая волосы.
Член налился возбуждением и готов прорвать все блокады к соитию.
— Нет, — простонала она, сильнее вжимаясь в меня. — Не останавливайся! — нашла мои губы и горячо слилась с ними.
Подхватил, усадив Вику на бедра. Не прекращая ласки, влетел с желанной женщиной в душевую, закрыв на шпингалет. Выкрутил душ и внёс её под струи воды. В страстных поцелуях избавили себя от одежды. Прижал девушку к стене и вытянул её руки над головой, пленил рукой запястья. Слегка отступил, разглядывая, как капли воды стекают по обнаженному женскому телу. Коснулся губами возбуждённых сосков, всосав ареолу. Второй ладонью прошёлся по половым губам, ощущая её полную готовность и желание. Указательным и средним пальцами нашёл клитор, начав плавно массировать и слегка надавливая в нужной точке. Вика застонала изогнувшись. Бёдра и ноги судорожно затрепыхались. Утопил несдерживаемые звуки наслаждения в поцелуе и сунул во влагалище преступные пальцы, большим накрыл горошину набухшего клитора. Осязал пульсацию от наступления оргазма.
— Да, детка, давай, — жадно наблюдал за тем, как девушка кончает, змеёй извиваясь в моих руках. Целовал шею, ключицу, помогая ей пережить экстаз.
Содрогнулась и зарычала, тяжело дыша. Посмотрела мне в глаза, съедая вожделением и сладкой местью. Этого и хочу. Отпустил плененные запястья и позволил ей владеть моим телом. Мягкая ладонь обхватила член, пока губы Вики осыпали меня ласками. Феллировала от основания к головке, большим пальцем надавливая на чувствительную уздечку. Всем телом льнула ко мне. Приоткрыла рот, дыша в лицо. Ловил её томные вздохи, сжимал груди, целовал за ухом. Игра её рук с моим членом взорвала окончательно. Я больше не мог терпеть, предаваясь жарким прелюдиям. Крутанул спиной к себе и, приподняв девушке одну ногу, вошёл плавно, но глубоко.
— Герман, — мучительный стон, и Вика оперлась ладонью в стену, второй вцепилась мне в руку.
— Тшш, — приостановился, давая ей привыкнуть. Поцеловал в плечо, держа ладонь упругой груди. Слышу бешеный стук сердца. Почувствовав свободу во влагалище, медленно начал движение, постепенно задавая страсти темп.
— Герман, — задыхаясь шептала Вика почти при каждом толчке, пока её голос не утонул в гортани, снова погрузившись в новую муку эйфории.
Девушка от полученной волны нового оргазма едва не упала на пол душевой.
— Чёрт! Чёрт… Люблю тебя! — выпалила вдруг она, явно не отдавая себе отчёта. — Люблю…
В эту секунду захотелось убить себя и распять, когда понял, что не могу ответить тем же. Всё, что мог дать ей взамен — это страстную благодарность. Вложил в наше соитие всю душу, чтобы хоть как-то приблизить её высокие слова к взаимности.
Оторвал от стены, повернув к себе лицом. Накрыл рот новым всепоглощающим поцелуем, яростно владел желанным телом, словно наказывая девушку за поспешность, а себя за то, что не могу дать ей того же. Весь акт ушёл в животную страсть, которая одурманила обоих.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Вновь почувствовал её приближение параллельно с онемением в моём теле. Дикая судорога сковала мышцы и одним сладким и мучительным потоком излилась в девушку. Впился губами ей в ключицу, переживая пик и лишь эхом слыша, как Вика кончает вместе со мной.
Вся эта сумасшедшая встряска наших тел в изнеможении опустила нас на дно душевой.
— Лучше тебя нет, — только эти слова мог молвить, продолжая целовать её, но сказал абсолютно искренне. Я не помнил, когда в последний раз мою душу и тело наполняло такое счастливое блаженство.
— Что это было? — сидя на мне и обнимая за шею, тихо молвила Вика.
Отстранил от себя, заглянув в лицо.
— Не знаю, но что-то новое. И мне безумно понравилось, — притянул ближе, поцеловал измученные губы.
Вика вглядывалась в мои глаза несколько секунд, но потом вновь обняла за шею, вжавшись с невероятной силой, словно наконец осознала, что натворила.
Да, я слышал её признание, но убегать не намерен. Даже если сейчас не смог ответить девушке, то мечтаю дать ей взаимность потом, потому что именно Вика заслуживает этого, а мне очень хочется воскреснуть именно с ней.
Одежда была убита накалом страсти, благо, в шкафчике валялась футболка и старые джинсы. Вика переоделась в уличное, а нижнее бельё, скомкав, бросила в сумку.
— Герман, — позвала робко. — Ты врезал заказчику по морде.
— Помню, — ностальгически улыбнулся. — Это был мой брат.
— Что?! — девушка в ужасе уставилась на меня. — А рядом с ним кто? Умоляю, не говори, что тоже твоя родня!
Вернулся к ней и взял за руки, виновато посмотрел в испуганные глаза.
— Вика, за тем столом сидели моя мать, сестра с мужем и брат.
— Боже… Нет, — девушка побледнела и скрыла лицо в ладонях. Поспешил прижать к себе. — Какой ужас! Почему не сказал, что банкет у твоих родственников?! Хотел моего позора?! — нотки наезда.
— Погоди, Вик, откуда мне было знать, что ты полезешь в торт?! — слегка повысил голос. — Я чуть с ума не сошёл, когда узнал, что ты залезла в торт вместо той дуры. Да, признаюсь, собирался испортить родне праздник по своим причинам и стриптизерша в торте — верх моей мести, но о том, что ты её заменишь, поверь, представить даже не мог. Я бесконечно виноват, но и ты, Вика, без царя в голове, — миролюбиво улыбнулся и ласково коснулся щеки.
Моя тортоделка выдохнула, понимая, что оба хороши, и жалобно простонала:
— Я хочу домой.
— Да, сейчас поедем, — согласно кивнул, понимая, что после всего произошедшего оставаться здесь у неё нет желания, но везти девушку домой просто не имел права.
Между нами был секс, причём совершенно невероятный и оставлять это на мимолетную случайность не собирался.
— Это твой дом, — хмуро произнесла Вика, выйдя из машины.
— Да. А в твоём разве есть возможность обсудить случившееся? — ехидно улыбнулся. Молчит. — Вот именно.
— Не думала, что ты захочешь это обсуждать, — пожала она плечами, но в зелено-карих глазах увидел скромную надежду.
— Другой бы сказал "спасибо" и свалил, — притянул девушку к груди и запрокинул ей голову, веля смотреть на меня. — Тебя же хочу постоянно держать в руках. С тобой снова оживаю, — вновь пленил поцелуем.
Закрыл машину и повёл Вику в свои апартаменты. Не удержался и начал целовать прямо в лифте. В квартиру ввалились именно в таком слиянии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хотела сделать тебе сюрприз, — вновь этот опостылевший голос со стороны спальни.
Вика тут же отпрянула. В коридор вышла Лика в красном и довольно откровенном эротическом белье. Блядь!
— Но, должна признаться, что твой сюрприз гораздо лучше. Да, котик, я не против, если эта цыпочка будет третьей в нашей постели.
— Чего сказала?! — Вика налилась гневом и метнула в бывшую убийственный взгляд.
