хотел облагодетельствовать Игреконию и для блага страны не жалел ни себя, ни тем более своих подданных.
Причем, если, например, в понедельник молодого монарха осеняла какая-нибудь новая идея, то во вторник эта идея принимала форму государственного закона, в среду новый закон вступал в силу, а в четверг уже летели головы первых закононарушителей.
Правда, через месяц-другой о новом законе как-то забывали. Но головы все равно продолжали лететь, потому что к этому времени появлялся закон еще более новый. А как говорили в Игреконии: был бы закон, а нарушители найдутся.
Естественно, придумывая свои нововведения, король ни с кем не советовался. У него, конечно, были советники, но их роль заключалась в том, чтобы выслушивать советы Альфонса. У него были ученые, которые назывались так, очевидно, лишь потому, что король их учил.
И неудивительно, что созидательные идеи молодого монарха обладали такой разрушительной силой.
Вы, конечно, хотите спросить: а что же я, водитель первого класса, один из самых опытных времяпроходцев, что же я мог делать в отсталой Игреконии? И зачем я понадобился первому министру? Мы, водители времяходов, не любим хвастать. Но должен честно сказать: я зря не хотел сюда ехать. Без меня игреконцам было бы еще хуже. И первый министр вызвал меня не напрасно: он знал, что делал!
Обязанности мои заключались вот в чем. Едва король издавал очередной закон, который должен был облагодетельствовать подданных, я садился во времяход и отправлялся в самое ближайшее будущее. Там я точно выяснял, какие несчастья обрушатся на королевство благодаря новому закону, и возвращался обратно. Что несчастья будут — в этом никто, кроме Альфонса, не сомневался. Но мне важно было уточнить, каких именно неприятностей следует ждать, чтобы первый министр мог хоть отчасти к ним подготовиться.
Вот какой неожиданной работенкой занимался я в несчастном королевстве. К тому же все это делалось по секрету. Король не подозревал ни о моей деятельности, ни обо мне самом. Но я понимал, что рано или поздно Альфонс обо всем узнает и радости от этого будет мало. Так оно в конце концов и случилось.
2
Однажды первый министр вызвал меня и сказал:
— Готовьтесь к поездке. Его Величество новый закон придумал. На сей раз дело идет об окончательном и поголовном расцвете… — И министр показал мне документ, который назывался «Закон о Двенадцати Праздниках».
«Отныне, — говорилось в этом документе, — в целях скорейшего установления тотального благополучия в Игреконии вводится новая система, именуемая «Ты мне — я тебе», или система Двенадцати Праздников.
Праздники отмечаются ежемесячно.
Каждый гражданин ОБЯЗАН ежемесячно одаривать не менее двадцати сограждан и ИМЕЕТ ПРАВО получать от всех одариваемых столь же полезные в хозяйстве сувениры.
Для бесперебойного производства разнообразных подарков в королевстве возникнут фабрики и заводы, в результате чего исчезнет безработица и, следовательно, еще выше поднимется благосостояние.
По мере подъема благосостояния граждане Игреконии смогут делать друг другу все более дорогостоящие подношения, а это опять-таки будет способствовать еще большему повышению жизненного уровня.
Поскольку спрос на подарки будет из месяца в месяц расти, в стране придется строить все новые заводы, и вскоре королевство превратится в могучую индустриальную державу американского типа.
Трудно переоценить значение нового закона.
Благодаря системе Двенадцати Праздников в Игреконии уже через два-три года наступит эпоха тотального благополучия и поголовного благосостояния.
О наступлении доложить.
Король Альфонс Первый».
Я вернул министру этот закон, и министр бережно спрятал его в несгораемый шкаф, попросив меня как можно скорее съездить в будущее.
— Ума не приложу, чем это кончится? — сказал он.
И я пообещал ему завтра же утром отправиться в командировку и детально разузнать о предстоящих неприятностях.
Однако неприятности начались в ту же ночь. И случились такие невероятные события, которых даже я не мог предвидеть.
3
Я был уверен, что никто, кроме первого министра, не знает, кто я и чем занимаюсь. Но все оказалось гораздо запутанней. И для того чтобы вы могли понять дальнейшие события, мне придется сделать короткое отступление.
Дело в том, что Игрекония уже больше ста лет враждовала с соседней страной Иксонией. (Название, разумеется, условное.) Несколько раз они даже воевали, но безрезультатно, потому что силы их были равны, или, точнее говоря, оба государства были одинаково бессильны.
Но с появлением Альфонса все изменилось. После первых же нововведений молодого монарха в Иксонии поняли: если Альфонсу не мешать, он сам своими законами доведет Игреконию до того, что ее можно будет взять голыми руками.
И премьер-министр Иксонии молил бога, чтобы Альфонс продержался на троне как можно дольше.
Но он понимал, что одними молитвами тут не поможешь: Альфонса в любой момент могут убрать и спешащие к власти наследники, и впавшие в отчаяние министры, и потерявшие терпение подданные.
Во избежание этого премьер Иксонии создал сверхсекретный Комитет по охране врага № 1. Комитет заслал в Игреконию тысячу самых опытных агентов, которые втайне от Альфонса должны были охранять его от его внутренних врагов: бунтовщиков, заговорщиков, родственников, приближенных, лейб-медиков и личной охраны. Ни один человек в Игреконии не знал о существовании этих агентов. И они, рискуя собственной жизнью, днем и ночью берегли своего заклятого врага № 1 от покушений, сердечных приступов и инфекционных заболеваний.
И даже такие тайны, о которых не знала ни тайная полиция Игреконии, ни служба безопасности, становились известны агентам Комитета по охране врага.
А когда премьер Иксонии заинтересовался, почему новые законы Альфонса не наносят Игреконии такого вреда, как положено, агенты Комитета произвели расследование и пронюхали о моих поездках в будущее.
Затем по приказу премьера Иксонии они написали королю Альфонсу анонимное письмо о действиях его первого министра, рассчитывая одним ударом избавиться и от меня. и от приближенных Альфонса.
Но хоть эти коварные планы отчасти осуществились, та же самая анонимка спасла многострадальную Игреконию.
4
А случилось вот что.
Ночью, после того как я узнал о системе Двенадцати Праздников, ко мне пришли два человека и объявили, что меня срочно желает видеть король.
Конечно, другой бы на моем месте растерялся. Но нам, водителям времяходов, доводилось бывать и не в таких переделках. Так что для людей со слабыми нервами наша профессия не подходит.
— Прошу прощения за то, что мои офицеры разбудили вас. — вежливо сказал Альфонс, как только меня ввели.
— Ничего, ничего. Ваше Величество, — ответил я не менее вежливо. — Я еще успею поспать.
— Не уверен! — игриво произнес король и внимательно посмотрел на меня. Но я был совершенно спокоен. — Не кажется ли вам, мистер Ложкин, что министры, которые посылали вас в будущее, не
