Поворот. Бегу, пока не упираюсь в развилку, вжимаюсь в стену в метре от угла, арахнид на потолке видит слева тройку головорезов, одна из групп, высланных по мою голову. Еще двое в двух поворотах справа, наблюдаемая другим Крысоловом. Вдох-выдох. Считать патроны. Glock 17 и 19, в левой пушке теперь шестнадцать, в правой четырнадцать. Из-за угла я не выпрыгиваю, а буквально вываливаюсь, вбивая себя в пол, проскрипев по нему краями бронекостюма, что-то болезненно хрустнуло в бочине. Первое правило войны - сделай так чтобы тебя было сложнее убить, уменьшить силуэт, основа основ, дядя Бен хуйни не скажет.
Стрелять из такого положения неудобно, но им еще неудобнее в меня попасть, "Рейдер" - это не броня Железного Человека, лучше не пробовать в танкование, поймаю пулю в дефект металла или сочленение и все, даже как следует побарахтаться не выйдет, нашпигуют свинцом под завязку и регенерация не спасет, максимум продлит агонию. Я Макс Пэйн во плоти, мать вашу! Выстрел. Пятнадцать. Выстрел. Тринадцать. Гильзы звенят вокруг меня. Отдача смещает прицел. Вспышки дульного пламени скребутся в линзы шлема. Чистый хэдшот, пуля влетает точно в стык теменной и лобной кости, именно в тот момент, когда цель повернула голову, дабы что-то сообщить товарищам, отдать приказ, скорее всего. Кровь, ткань мешка и кусочки мозга, он сломанной куклой падает на подкошенных в движении ногах. Второй выстрел ушел в молоко, выбив фонтанчик каменной крошки из стены.
Они вскидывают калаши. Один припадает на колено, поэтому пуля нацеленная ему в грудную клетку дырявит угол мешка, никоим образом не соприкасаясь с черепом. Четырнадцать. По полу рядом со мной стегануло плетью затяжной очереди ублюдка, продолжающего стоять во весь рост. Две пули по корпусу. Тринадцать и двенадцать. Тактику ведения боя в городской застройке и замкнутых помещениях они если посещали, то сейчас решили благополучно забыть. Минус химически привитого фанатизма - там уже совершенно другое соотношение гормонов и реакций мозгового вещества, о здравости действий при любой степени угрозы боссу можно даже не упоминать, атакуют стаей леммингов, наплевав на инстинкт самосохранения и логически-следственные цепочки.
Двенадцать и одиннадцать. Одиннадцать и одиннадцать. Палец дернулся. Порция свинца в бедро, чуть левее артерии, попадание в которую гарантирует стопроцентную смерть, штанина темнеет от крови. Вторая в живот. Третья в плечо.
Перекат и я нацелен на другой конец коридора.
Они вылетают одновременно. Доли секунды автонаведения и получают по пуле в лоб, как в тире уточек. Десять и десять.
Вскакиваю на ноги. С каждой стычкой Паутина обучается, совершенствуется, полностью оправдывая поспешно данный титул Искусственного Интеллекта, скоро она станет полноценным боевым интерфейсом, делающим большую часть работы по умерщвлению всех стоящих у меня на пути, а я запрыгну на уровень Меченого, даже превзойду его, все же метаморфизм и химерология будут круче феноменальной меткости. У него, ну кроме чуть повышенной силы и ловкости, довольно редкая, можно сказать, уникальная мутация, снайперская. Мозг - полноценный процессор нового поколения, молниеносно обрабатывающий абсолютно все, касающееся веса, формы, аэродинамических свойств, сопротивления воздуха, нужного количества приложенной силы и правильного угла броска. В его руках буквально любой предмет является оружием. Меченый не промахивается. Никогда. Ходят слухи, когда он будучи подростком-беспризорником, пытающимся стать мелким шулером и барыгой, открыл в себе Ген-Икс, после чего начал сколачивать вокруг себя банду, это не понравилось паре влиятельных в том болоте ниггеров. Меченый приперся на разборку с колодой игральных карт и ими же положил основной боевой состав двух средних группировок. Без лишних слов - хочу так же.
Подскакиваю к живым пугаловцам и делаю по контрольному в голову. Девять и девять. Любой бой с рядовыми людьми скатывается в ПвП-катку с подрубленными читами, только в редких исключениях "донатеров"-суперов или нереально крутых профи мне смогут хоть что-то противопоставить. Я вижу их глазами пауков, я знаю маршруты их передвижения и я могу стрелять почти без промаха, плюс, бронекостюм выдержит чуть побольше простого броника или голого тела.
Отгоняю мыслишки, сверяясь с картой. Так недалеко и короной потолок пробить, а я все так же смертен, пуля в череп и откисаю на скамейке запасных до конца вечности. Меняю обоймы, финишная прямая, он уже почти вышел из здания. Стволы с трупов не подбираю - какой в этом смысл? Разве что на пол высыпать, вдруг подскользнутся.
Семнадцать и пятнадцать.
Бог создал людей разными, а Сэм Кольт уровнял их.
Вдох-выдох.
Вылетаю из-за угла, пытаюсь затормозить, но инерция упорно тянет меня вперед и втискивает в стену, отчего правая рука дернулась чуть вниз. Пятнадцать и тринадцать. По две пули в грудную клетку каждого, двойка бойцов с калашами контролировала следующий поворот, являющийся Т-образной развилкой. Бронежилеты не пробило, ну да и плевать. Крысолов черной каплей ультранасилия срывается с потолка точно за шиворот Пугалу. Из-за его "Рейдер+" эффект не настолько взрывной как должен быть, но это время.
Время за которое окружившие его со всех сторон бойцы пытаются понять что за хуйня с их шефом и как ему помочь. Время за которое подстреленные уроды пытаются подняться и превратить меня в пускающего слюну овоща, утонувшего в концентрированном ужасе. Время за которое пачка следующих покойников вываливается из идущего в глубь помещения коридора. Время за которое я сближаюсь с ними на критическую дистанцию. Мы налетели друг на друга одновременно, лоб в лоб.
Их было четверо, а я словил диссонанс головного мозга.
В те славные времена, когда дядя Бен не так часто заставлял меня гонять к Индусу за медицинской помощью, а старый комп не мог познать радости запустить на себе нечто эквивалентное "The Witcher 3", коим мое сознание в последствии упарывалось годами, я задротил в старый добрый "Counter-Strike: Source", который, по моему скромному мнению, был в разы лучше чем тот самый "1.6" и "Global Offensive". И особенно любимой для меня темой было создать под завязку забитый ботами сервак, отключить им возможность использовать любое вооружение и радостно бегать за снаряженными ножичками ребятами с пулеметом, надрачивая ЧСВ на счет с сотнями фрагов и нулем смертей. Когда становилось скучно, пытался валить всех только хэдшотом или игрался с читами, всячески изгаляясь над игровыми физикой и механикой.
Вот примерно то же самое я испытал, когда прострелил этим четырем и двум, привалившимся к стене, головы. Пиздец как легко. До безобразия просто. Это не противник, это болванка, мясо, которое я даже не запомню.
Это гвардия Церкви Ужаса, стоящая по возможностям на ступеньку ниже накачанных "Веномом" машин смерти и максимально обработанных химиков, знающих секрет токсина страха. Их обучали убивать. Они знают, как правильно убивать. Они умеют и любят убивать во славу своего бога ужаса. Но почему мне было так легко убить их? Отключенные фанатизмом мозги? Везение? Я настолько крут? Или у меня были завышенные ожидания?
Двенадцать и десять.
По их трупам влетаю на линию стрельбы. Два шарика разбиваются о лобовую часть маски. "Фобос" заливает левую линзу. У Пугала паника, он вырвал ствол из рук стрелявшего, оттеснил закрывающего его телами культистов и с невнятным воплем всаживает в меня всю обойму. Пытается всадить. Даже у пневматики есть отдача, а он херачит затяжной очередью, помноженной на трясущиеся руки. Меня стегануло тремя шариками по корпусу. Бок, грудная клетка, плечо, чуть ниже плечевого сочленения. Блять. Сок Ужаса густой, липкий, нужно срочно залить паутиной, а то подохну в муках.
Выстрел. Крейн исступленно жмет на спусковой крючок, не осознавая, что магазин уже пуст.
Ноль и ноль.
Его последователи обмякшими мешками лежат у его ног, окропляя пол кровью. Все кроме одного.
