12 августа, вытянувшись завозами с якорного места в море, продолжал Розмыслов путь к северу вместе с трехмачтовым судном промышленников, которое он застал в Бритвиной губе. Двое суток продолжались маловетрия от разных румбов, отчего плавание их было весьма медленно. Несколько раз должны они были вставать на якорь, и не ранее 14-го числа пришли к острову Панькова, лежащему перед устьем Маточкина Шара. Берег продолжался невысокий, к морю обрывистый; покрытые снегом и туманом горы лежат от него в отдалении; «таким образом, между горами и морем находится обширная равнина, ничем, кроме растущего моха, не испещренная». В Маточкином Шаре встретил их шторм с востока, в продолжение которого они должны были оставаться на якорях. 16 числа поутру пошли по проливу к востоку, но когда миновали мыс Бараний, кормщик Чиракин объявил, что он далее того места не бывал и потому судно вести не может. Это заставило Розмыслова встать на якорь. На другой день отправился он на гребном судне для промера пролива и к 19 числу промерил его до мыса Моржовый и нашел везде глубину от 9 до 15 сажен, грунт – камень. Противные ветер и течение заставили его отсюда возвратиться к судну. 21 августа отправил он подштурмана Губина к речке Медвянке для того, чтобы оттуда начать описание южного берега Маточкина Шара; сам же, в ожидании его возвращения, промерял пролив от своего судна по разным румбам, брал пеленги[109] с разных пунктов берега и прочее. Губин возвратился к судну 30 августа, и Розмыслов тотчас отправился для окончательного обозрения Маточкина Шара. Прибыв в тот день к его восточному устью, взошел он на высокую гору и увидел, что Карское море ото льдов совершенно свободно. Это открытие его, конечно, обрадовало, но худые качества кочмары не оставляли надежды воспользоваться безледностью моря. «Наше судно, – говорит он, – противными ветрами ходить весьма не обыкло; неспособность оного известна, и на что-то доброе надеяться невозможно; сложение оного не дозволяло ни на парусах ходить против ветра, ниже лавировать, ниже дрейфовать; когда оное имеет ветер с кормы, то большой парус нарочито способствует, но если ветер переменился и стал противен, то должно подымать другой, малый парус и возвращаться назад». На обратном пути осмотрел Розмыслов Белужью губу, находящуюся в северном береге пролива в 13 итальянских милях от восточного устья, которую он нашел удобной для зимовки судов. 2 сентября прибыл к своему судну; в ожидании, когда ветер позволит им идти далее по проливу, он продолжал описание южного берега, начатое подштурманом Губиным. Между тем, предвидя, что ему придется зимовать в Маточкином Шаре, он разобрал стоявшую около того места избу и взял на судно, чтобы зимой иметь более простора. 6 сентября поднялся, наконец, ветер с юго-запада; они подняли паруса и на другой день прибыли в Белужью губу.
Приближение зимы было в это время уже весьма приметно; морозы со дня на день становились сильнее, ветры большей частью дули бурные, погоды стояли ненастные. Уверясь, что в этом году невозможно уже ничего более предпринять, решился Розмыслов остановиться на зимовку и для этого избрал небольшую бухту Тюленью, в восточном берегу Белужьей губы. Избу, найденную в Маточкином Шаре, поставил в этом месте, а привезенную с собой сложил на южном берегу у Дровяного мыса для того, чтобы иметь зимой выгоднейшие промыслы. В каждую из изб поместилось по семь человек. Кормщик Чиракин был тогда уже болен.
20 сентября покрылся льдом Маточкин Шар; 25-го посетили Розмыслова жившие на Дровяном мысу спутники его и сказывали, что и по Карскому морю весь горизонт также покрыт льдом. В этом месяце при пасмурной погоде дули большей частью тихие восточные ветры. Снег шел почти каждый день.
Октябрь. Ветры частью крепкие, частью тихие, чаще с востока; пасмурные и туманные погоды, иногда вьюги.
Ноябрь. Крепкие ветры с разных сторон, морозы и вьюги, пасмурная погода. 1 числа законопатили избяные окна «от нестерпимости больших снегов и крепких ветров, да притом солнце, скрывши свои лучи за горизонт, не дает уже дневного света». 17-го кормщик Чиракин окончил свои долговременные страдания. Кроме него, больных было обыкновенно два или три человека.
Декабрь. Бурный месяц; ветры преимущественно северо-восточные и северо-западные; облачно, жестокие морозы и вьюги. 12 числа пополудни в восемь часов было затмение луны на румбах ONO; больных один или два человека.
1769 год, январь. Бурный месяц. Ветры северо-западные; облачные погоды. 24 числа увидели мы солнце на горизонте «при склонении южном 16°20′».
Мы теперь достоверно знаем, что Розмыслов зимовал на широте 73°18′. В этой широте, при обыкновенной горизонтальной рефракции, верхний край солнца должен показаться на горизонте при южном склонении около 171/2°, следовательно, 19 января. Пятидневное опоздание его в этом случае весьма легко объясняется тем, что южный горизонт места зимовки Розмыслова пересечен высокими горами, заслоняющими солнце, когда оно в самом деле находится уже сверх горизонта. В журнале Розмыслова не сказано, когда именно оно скрылось за горизонт; но если это случилось в тот день, когда они законопатили свои окна, то скрытие его совершенно согласно с исчислением математическим.
26 января работающих с трудом два человека; да и «прочие имеют немалую тесноту в груди, ибо крепость ветра и снежная вьюга не допускают делать прогулки за десять сажен».
31 числа «один из работников, живших на Дровяном мысу, увидя на северном берегу стадо оленей, вознамерился идти, дабы получить, сколько из оных всевышний определить изволит; и по отбытии его, через малое время, сделался вдруг жестокий ветер и курева (вьюга), который закрыл своей темнотой глаза, дабы видеть человека за 10 сажен; от чего наш промышленник через сутки назад не возвратился, поэтому и положили считать его в числе мертвых без погребения».
Февраль. Северо-восточные и северо-западные ветры, частью крепкие, частью посредственные; туманы, вьюги и жестокие морозы.
Март. Бурный месяц. Ветры северо-восточные, северо-западные, западные; туманы и вьюги; тяжело больных три человека.
Апрель. В первую половину месяца сильные ветры с севера и северо-запада, сырые погоды. 17 числа «с полудни шторм от SW, слякоть и временно дождь; напоследок сильный град, величиной в половину фузейной пули, который продолжался до полуночи». Необыкновенное явление в такой широте и в такое время года. В последнюю половину месяца ветры умеренные и погода ясная. 23 числа на Дровяном мысу умер один работник.
Май. Переменные ветры и погоды. «22 числа с NW жестокий ветер, которым с высоких гор наносило тяжелый горький воздух, наподобие дыма». Умерло два работника, а двое были тяжело больны. Розмыслов, проведя всю зиму в вынужденной праздности, приступил в конце этого месяца к геодезическим работам.
