закрытого таможенного склада. Я с тобой не поеду. Там камеры. Веди себя максимально естественно. Мы ничего не нарушаем. Понял?
— Понял. Ты уверен, что там все чисто и проблем не будет?
— Ты задаешь неверные вопросы, Равиль. Сейчас твоя главная мысль должна звучать вот так: «В шесть утра у меня на руках будет лекарство, которое спасет жизнь моей сестры». Вопросы безопасности решаю я. Гаджиев не объявлялся?
— Звонил сегодня. Говорили о деньгах на операцию и свадьбе. Очень удивлялся, что задерживается лекарство, обещал все решить, — хмыкает Равиль.
— Молодец какой. Мне все же интересно, чего он так торопится. Ему хвост прижали? С кем, кроме твоего отца, работал Алихан?
— Я уже говорил тебе, что ничего не знаю об этом! — злится Равиль. — У тебя же есть ресурсы, проверь! Я понятия не имею, чем они занимались, что в этом чертовом банке и почему все это свалилось на Элину, которая может не дожить до утра!
— Тихо-тихо, — поднимаю вверх руки, — Я с врачом говорил сегодня. Ее состояние стабильное, они ждут лекарство.
— Они много говорят, много обещают, но все всегда упирается в деньги и возможности!
— Тут ты прав. Я к ней сейчас поеду, — снова честен с ним. — Подежурю до утра со своими парнями, а ты успокойся и готовься к встрече с Собко.
Мы довольно быстро прощаемся. Даю Равилю еще пару инструкций по общению с Михаилом. Выхожу на улицу и тут же звоню одному из своих самых надежных ребят. Он точно не станет болтать лишнего. Прошу подстраховать Рава на этой встрече и довести до больницы. А тут уже я включусь.
Отправляю сообщение Грише, что отпуск у него закончился и завтра он мне нужен здесь, у больницы.
Теперь можно к Элине. Спешу как на свидание. Ловко маневрирую между машинами на полупустой дороге. Добираюсь до клиники. Меня встречают приветливой улыбкой. Накидываю на плечи халат, надеваю бахилы, иду к своей девочке.
Сажусь у ее высокой кровати на стул. Осторожно забираю в свои горячие ладони ее холодную.
— Здравствуй, моя красивая девочка. Я снова здесь. Очень соскучился по твоей улыбке. Надеюсь, через пару дней увижу ее. И глазки твои красивые увижу. Мне очень тебя не хватает. Я подсел на твой голос, твой запах, всю тебя, — подношу руку к своему лицу, веду носом по бледной коже, прикасаюсь к ней губами. — Ты пахнешь больницей теперь, но это ничего, Эль. Это мы скоро поправим. Я лекарство для тебя добыл. Мы совсем скоро увидимся. Я пока пальчики тебе погрею. Совсем замерзла, — шепчу и целую каждый. — Вернись ко мне, — совсем тихо. — Не могу без тебя…
Сердце тоскливо сжимается. И вроде я делаю все возможное, а все равно ощущение беспомощности не покидает. Постоянно кажется, что недорабатываю, надо еще. Необходимо как можно быстрее все закончить. Только как? Вскрываются все новые и новые факты. Сейчас вот вылезла крыса из своих. А сколько их на самом деле? Кому вообще можно верить? Только себе, получается.
Страшно, когда хрупкая человеческая жизнь зависит от тебя. От твоих решений, возможностей, характера. Дай слабину и все рухнет. Но я не дам. Не дождутся!
Ранним утром из коридора раздаются голоса, и это не Равиль, он еще в пути, недавно отзвонился. Быстро пробегаюсь взглядом по палате. Здесь некуда прятаться.
Пишу сообщение Карпу Савеличу. Один из голосов принадлежит точно ему, он дежурил сегодня.
«Отвлеки, я выйду».
Не ошибся. Его телефон засигналил пришедшим сообщением. Минута и голоса стали удаляться. Быстро поцеловав Элю, медленно подхожу к стеклу в стене. Смотрю через него в коридор, затем выглядываю в дверной проем и успеваю скрыться в соседней палате в тот момент, когда из-за угла появляется мой знакомый реаниматолог в компании Эльдара Гаджиева.
Почему пост не сообщил?!
Смотрю на экран своего телефона. Сообщил. Я не услышал за своим монологом с Элиной. Мой косяк. Ладно, прощаю. Я не робот. Все ошибаются, но больше так делать не стоит. Слишком рискованно.
Подхожу к дверному проему, вслушиваюсь в разговор.
— Когда ее можно будет перевозить? — спрашивает Эльдар.
— Не раньше, чем к нам поступит лекарство и ее организм начнет восстановительные процессы. И даже тогда я бы не рисковал. Спецборт может не довезти девушку до иностранной клиники. Чем вас не устраивает наша? У нас отличные специалисты. Элину здесь знают.
— Ничего плохого о вашей клинике мы не говорим. Просто считаем, что там оборудование лучше и шансов у Эли больше.
— Могу вас заверить, что вы ошибаетесь. У нас самая сильная кардиология. Это я вам сейчас говорю как врач с огромным стажем работы. Все, что ей нужно, это ресурсы. Как только таможня выпустит препарат из плена, мы сразу начнем его применять и будем готовить Элину к операции.
Я тебе увезу ее за границу! Даже догадываюсь куда именно. Поближе к банкам. Они не верят в то, что она выкарабкается, и хотят хотя бы получить доступ к ячейкам.
Так вот к чему спешка! Нет, мой «друг». Этот вариант меня совсем не устраивает.
Жду, когда младший Гаджиев уйдет. Возвращаюсь в палату Эли.
— Слышал? — спрашивает Карп Савелич.
— Да.
— Что будешь делать?
— Посажу их всех, — жму плечами.
Нервно прокручиваю в пальцах мобильник.
