попыток улучшить подачу разведданных Трампу, но неизменно терпел неудачу. Имеем, что имеем. Когда я приехал из Блэр-Хауса, Трамп рассказывал докладчикам, что написал твиты об отмене Сингапура накануне вечером, но пришел к выводу, что может подождать еще немного, “потому что все еще есть некоторый шанс, что это может произойти”, и он не хотел отменять “до последней минуты”. Мне стало еще хуже, когда я увидел, до чего мы дошли.
Прибыл Мун, и вскоре после этого оба лидера приветствовали толпы прессы в Овальном кабинете. Пресс-конферецния, в основном по вопросам Китая, существенно сократила время встречи Муна с Трампом тет-а-тет. Трамп сказал, что существует примерно 25 % вероятность того, что встреча в Сингапуре состоится, о чем, я подозреваю, он также сказал Муну в частном порядке. В ответ Мун подчеркнул свою поддержку полной, поддающейся проверке и необратимой денуклеаризации, а также его оптимистичное мнение о том, что “вероятность того, что Сингапура не будет, равна нулю”. Трамп беспокоился, что выглядит “слишком встревоженным”, но Мун поспешил заверить его, что на самом деле встревожена Северная Корея, поскольку ничего подобного раньше никогда не случалось. Трамп сказал, что хочет структурированной встречи в Сингапуре, что меня шокировало (и чего в любом случае не произошло). Он спросил, почему экспертам не разрешили посетить Пунггери, и мы объяснили, что многие считают, включая меня, что Ким дал устное обещание закрыть испытательный полигон, на самом деле не понимая, что он говорит.
Как будто все и так было не так плохо, Ник Эйерс, начальник аппарата вице-президента, позвонил поздно вечером, чтобы сказать, что замминистра иностранных дел КНДР Чо Сон Хи выступил с язвительной атакой на Пенса, назвав его “политическим болваном” и фактически угрожая ядерной войной из-за замечаний Пенса в недавнем интервью Марте МакКаллум с «Фокс». Быстро получив и просмотрев полную информацию Пхеньяна, я связался с Трампом в десять вечера. Я объяснил ситуацию и предложил потребовать извинений, по крайней мере, подразумевая, что иначе Сингапур будет отменен. Но Трамп уже хотел спать.
На следующий день я пришел даже раньше обычного, изучая обширное освещение северокорейского взрыва в азиатской прессе, но отметив небольшое освещение в США, вероятно, из-за того, что заявление было опубликовано в поздний час. Я рассказал Келли, что произошло, и сказал, что у нас был телефонный разговор с Трампом в резиденции в восемь утра. Вошел Эйерс, чтобы сказать, что и он, и Пенс считают, что Сингапур следует отменить, Келли и Помпео согласились. Мы позвонили Трампу по громкой связи и я описал нападки Севера на Пенса, а также освещения событий в международной и американской прессе. Трамп попросил меня прочитать полный текст выступления замминистра иностранных дел Чо Сон Хи, что я и сделал.
— Иисусе, это жестко, — сказал Трамп.
Мы все согласились с тем, что такое хамство могло быть допущено только с явного одобрения Ким Чен Ына. Наши критики, скорее всего, обвинили бы нас в чрезмерной реакции, потому что, в конце концов, Северная Корея часто хамила. Да, все верно — но только потому, что предыдущие администрации США просто принимали риторику Северной Кореи без каких-либо последствий. Этому пора было положить конец.
Трамп без колебаний отменил встречу в Сингапуре. Он продиктовал письмо, которое мы несколько раз переделывали, но автором действительно был Трамп. Окончательная версия, отредактированная с небольшими исправлениями, была опубликована около девяти сорока пяти утра, за ней последовали два президентских твита. Мы также подготовили заявление, которое он мог бы зачитать на уже запланированной церемонии подписания законопроекта этим утром, подчеркнув, что “максимальное давление” на Северную Корею будет продолжаться. Я позвонил министру иностранных дел Сингапура Вивиану Балакришнану, чтобы рассказать ему о происходящем, застав его в Дубае во время пересадки с рейса на рейс. Он воспринял эту новость очень благосклонно, как несколькими неделями ранее воспринял первоначальную новость о том, что Сингапур выиграл право быть местом проведения саммита Трампа-Кима. Южнокорейцы не были столь любезны. Чон позвонил мне поздним утром, чтобы сказать, что наша отмена стала большим политическим конфузом для Муна, поскольку произошла сразу после его возвращения из Вашингтона, поездки, которая вызвала большие ожидания в Южной Корее. Я посоветовал Чону внимательно прочитать, что Чо Сон Хи сказал о вице-президенте Америки, но ни его ни Муна это не успокоило. Южнокорейский лидер высказал мне примерно то же, что и Чон, но помягче. Напротив, японцы были очень рады отмене саммита. Пока разворачивалась эта драма, Север устроил свой собственный маленький театр, “закрыв” Пунгери именно в том стиле «потемкинской деревни наоборот «, который мы ожидали.
В тот же вечер, менее чем через двенадцать часов после объявления об отмене Сингапура, мир поехал крышей. Трамп воспользовался чуть менее воинственным заявлением другого представителя министерства иностранных дел Северной Кореи, чтобы приказать нам вернуть встречу 12 июня в график. На мой взгляд, это была явная ошибка, Трамп будто кричал, что отчаянно хочет провести встречу любой ценой. В СМИ пошли сообщения о “дипломатии головокружения”, которые нервировали наших друзей по всему миру. Конечно, СМИ понятия не имели, что мы уже почти отменили Сингапур в понедельник, прежде чем Трамп все переиграл. Возобновляя встречу, Помпео поговорил с заместителем Ким Чен Ына Ким Ён Чолем, кадровым военным разведчиком. Было решено, что Чоль приедет в Нью-Йорк для дальнейшей подготовки. Помпео, Келли и я согласились, что мы должны настаивать на публичном заявлении самого Ким Чен Ына, а не полагаться на заявления официальных лиц министерства иностранных дел, и что мы должны отложить Сингапур на месяц в качестве страховки. Мы позвонили Трампу примерно в 8:50 утра, чтобы предложить ему этот вариант, но ему было плевать — он источал чистый восторг от того, какое “чрезвычайно теплое письмо” (имеется в виду заявление Северной Кореи) мы получили. Он не хотел “рисковать импульсом”, который у нас теперь был. У меня возникло искушение спросить: “Какой нахрен импульс?”, но я подавил его. Он продолжал:
— Мы сорвали большой куш. Если эта сделка состоится, это будет одна из самых выгодных сделок в истории. Я хочу сделать его [Кима] и Северную Корею очень успешными.
Это было удручающе. А ведь мы были так близки к тому, чтобы соскочить!
В субботу, к нашему общему удивлению, мы узнали, что Мун и Ким встретились двумя часами раньше в демилитаризованной зоне. Министр иностранных дел Кан сказал Помпео, что Ким попросил о встрече, и Мун, как и следовало ожидать, немедленно согласился. Чон также известил меня, сообщив, что сам он не присутствовал, но все прошло хорошо, и два
