королевской маске.
Я натянуто улыбнулся ему и проигнорировал его выпытывание.
— Клаус, я тоже рад тебя видеть. И тебя, Марсель. — Я кивнул пожилому советнику, который ответил на мой жест поклоном.
— Рад видеть всех вас. — Я следил за тем, чтобы поддерживать зрительный контакт с каждым гостем в комнате, используя самую малую нить своей силы, чтобы убедиться, что ни у кого нет дурных намерений.
— С таким расплывчатым и таинственным приглашением, как мы могли отказаться? — спросил Гриффин, Герцог Стилианды. Это был огромный, неповоротливый мужчина с бородой, обрамлявшей его грудь и бицепсы, похожие на стволы деревьев. Как брат-близнец короля Исенмедина Акселя, он имел прямое влияние на решения короны и был отличным союзником.
Я слегка улыбнулся ему.
— Я так понимаю, ты еще не сказал моему брату, что приехал? Я не вижу никаких синяков на твоем хорошеньком личике.
Гриффин отрывисто рассмеялся, а его спутница, леди Тора, хихикнула.
— Пока нет. Я подумал, что отложу наш матч-реванш до окончания торжеств.
Герцог Стилианды и Тай давно заключали пари о том, кто лучший воин, и каждый раз, когда они оказывались при одном дворе, у одного или у обоих неизменно оказывался подбитый глаз или сломанный нос. Перекошенный нос Гриффина был результатом их последней стычки.
— Прошу прощения, что отказываюсь от светской беседы, — подтолкнул я, указывая всем занять места на красиво обтянутых парчой диванчиках, — но у меня сегодня днем запланирована еще встреча с генералом Кайтеном из Асинтиша, так что мне нужно поторопиться.
Леди Занатия села первой, подобрав под себя шелковое одеяние и примостившись на краешке стула, как настоящая королева.
— Мы не требуем от тебя светской беседы, Александр. Если ты собрал нас всех вот так, значит, это для чего-то важного.
Я поджал губы, чувствуя, как давление того, что я собирался сказать, заставляет мое сердце учащенно биться.
— Так и есть. — Я втянул воздух, не отрывая взгляда, чтобы уловить как можно больше реакций. — Я начну с того, что не могу допустить, чтобы хоть слово из этого вышло за пределы нашего круга. Сказанное здесь не должно повторяться до тех пор, пока не придет время. Вы все согласны с этим? — Я действительно имел в виду, согласны ли они на мое использование магии разума, чтобы связать им языки, и они все это знали. Тем не менее, все они согласно кивнули — даже мой помощник Эштон, хотя он понятия не имел о природе моей силы.
— Хорошо, — я немного расслабился, когда выпустил струйку магии в каждую из их голов. — Тогда я перейду к делу. Зарина — дочь нашей покойной верховной королевы и законная правительница Тейха и семи королевств — жива.
Воцарилось молчание.
Никлаус пришел в себя первым, прочистил горло и слегка нахмурился, глядя на меня.
— Да, мы всегда подозревали, что это так, но… Должны ли мы из этого сделать вывод, что ты ее обнаружил?
Я отрывисто кивнул, думая о том, как на самом деле она нашла меня.
— Да. И она узнала о своем происхождении.
Леди Занатия нахмурилась и покачала головой.
— Как ты можешь быть уверен, что это действительно она? Она могла быть какой-нибудь самозванкой, разыгрывающей из себя королевскую особу ради чьей-то выгоды.
Ее обвинение было так близко к правде о том, как Зарина вошла в мою жизнь, что вызвало у меня улыбку, но я ободряюще кивнул Занатии.
— Она настоящая. Бармзиг лично подарила ей корону королевы Офелии.
Леди Тора судорожно вздохнула, и глаза Гриффина расширились.
— Корона Верена? — прошептал дородный мужчина. — Она все-таки не была уничтожена?
— Я сомневаюсь, что что-либо могло разрушить это, — ответил я, думая о короне, которую Зарина спрятала в нашем святилище. Корона, которую носила ее мать, и ее мать до нее, и так далее на протяжении веков.
Легенда гласила, что красные драгоценные камни в короне были сделаны из крови богов — из крови Верена. Именно это придавало ей такую беспрецедентную силу и почему мой отец был в такой слепой ярости, когда после смерти Офелии ее нигде не было видно.
Мой кузен наблюдал за мной с гораздо более проницательным выражением лица.
— Значит, мы должны предположить, что ты поддерживаешь ее восхождение на трон Тейха? А как насчет твоих собственных планов свергнуть с престола дорогого старого дядюшку Титуса?
Я покачал головой.
— Сейчас все это не имеет значения. Не тогда, когда истинная королева Тейха жива и здорова. Она должна занять свое место на троне, прежде чем магия нашего мира сможет дестабилизировать ситуацию еще больше.
Гриффин фыркнул.
— Я думаю, в этом мы согласны. Но как насчет сделок, которые мы заключили, Александр? Как ты собираешься действовать, если ты не правящий монарх?
Я открыл рот, чтобы ответить, но Занатия, как всегда проницательная в сердечных делах, увидела правду прежде, чем я смог ее опровергнуть.
— Потому что он влюблен в нее, — прокомментировала она, и странная улыбка изогнула ее морщинистые губы. — Его высочество может выполнить все, что обещал, как ее супруг.
Я стиснул зубы, злясь на себя за то, что был такой чертовски откровенный, но не в силах опровергнуть ее вывод.
— Как интересно, — пробормотал Марсель, наблюдая за мной ясными голубыми глазами. Внезапно они стали по крайней мере на четыре тона светлее, чем я думал, и у меня мелькнула мысль о беспокойстве за его здоровье. — А что с твоими братьями? Поддержат ли они твою цель стать супругом нашей юной королевы?
Я поколебался, прежде чем ответить. Помимо моих братьев и Саген, люди в этой комнате были единственными, кому я доверял. Из-за этого мне не хотелось им лгать.
— О боже, — пробормотала леди Занатия, снова видя меня насквозь. — Только не говори нам, что у тебя есть соперники за ее расположение.
Я сердито посмотрел на старуху, и ее ответная ухмылка была откровенно злой. — Мы разбиремся с этим, — пробормотал я, — но это спорный вопрос. Зарина хочет только лучшего для семи королевств, и сделки, которые мы все заключили, подтвердят это.
— Если позволишь, — заговорил Марсель, — я внесу предложение?
Я сделал ему знак продолжать, любопытствуя, каким может быть его предложение. Конечно, нет ничего более безумного, чем перспектива нарушить традицию и предложить нашей верховной королеве взять трех супругов. Хотя у меня было предчувствие, что именно на это надеялись Тай и Ли.
— Ее высочество принцесса Кара всегда питала нежные чувства к принцу Луи, не так ли? — Марсель обратился с этим вопросом к Занатии, глаза которой загорелись от возбуждения. Чертова баба постоянно сводничала.
— Это действительно так, — согласилась Занатия, практически мурлыкая от подразумеваемой идеи. —
