нашли его на кухне, ну и были готовы к походу. Приближалось время, когда мы покинем этот дом. Сытые и отдохнувшие, мы готовились в путь, словно на экскурсию. Я собрался раньше других и вышел во двор первым, чтобы не быть свидетелем…
Коля открыл дверь чулана, где находились немцы, и вошел внутрь. Я замер, стоя без движения и ожидая выстрелов. Володя флегматично прилаживал к спине радиостанцию. «Не забудет ли он батареи?» — подумал я озабоченно, лишь бы отвлечься от мысли о том, что происходит в доме. Однако выстрелов не было слышно. Коля вышел из кладовки и сказал:
— Готово. Можно идти…
— Ты убил их? — Я должен был задать ему этот вопрос.
— Нет. Они будут так сидеть до утра, а может и дольше. Я их связал, заткнул рты, да еще предупредил, что один из нас остается и если услышит хоть малейший шум, то будет стрелять по двери… Можете быть спокойны, они даже не шелохнутся.
— А если кто-нибудь сюда придет?
— Ночью? Очень сомневаюсь. А если даже и придет, то нам будет все равно…
Я с облегчением вздохнул и с уважением посмотрел на Колю. Как же я мог так плохо о нем подумать?
Мы вышли в темноту и снова оказались в лесу. В эту ночь мы прошли почти пятьдесят километров на восток и оказались на берегу Одры. Теперь мы были уверены в том, что на этот раз нам удалось вырваться из окружения.
Уже перед самым рассветом Володя связался с базой и передал сообщение о нашем выходе из окружения. Немедленно пришел ответ: «Хорошо, хорошо, мы рады, что вы смогли уйти, но что с заданием?»
Вырвавшись из окружения, страшно измученные, они укрылись в лесах недалеко от Одры — к счастью, у них были карты и этого района — и, построив из хвороста и снега убежище, проспали почти целые сутки, никем и ничем не потревоженные. На следующее утро Володя связался с базой и получил новое задание: наблюдать за движением поездов на линии Катовице — Вроцлав. В связи с этим им пришлось передвинуться поближе к железной дороге. Местность подходящая, лесистая, недалеко несколько озер. За движением нужно было наблюдать круглые сутки, поэтому Коля расставил всех по сменам. И работа пошла. По этой линии в основном шли военные транспорты, по нескольку десятков эшелонов в сутки. Наблюдения вести было нелегко, потому что приходилось считать перевозимые орудия, танки, определять численность людей и к тому же записывать обозначения воинских частей. Так они работали в течение нескольких дней, пока не пришел приказ заблокировать линию на двадцать четыре часа. На наблюдательном пункте остался Володя, а в это время Коля совещался с Франеком и Каролем.
— Это какие-нибудь шесть-семь километров на восток, — сказал Коля, показывая пальцем точку на карте. — Видите? Вот здесь… Мостик через ручей, по обеим сторонам лес. Проведем разведку еще сегодня, если все будет в порядке, ночью поставим мины и станем ждать.
— А куда предлагаешь скрыться потом, Коля? — спросил Франек. — Придут ремонтные поезда, вермахт, вероятно, снова проведет облаву…
— Проведет… Видите эту дорогу? Она не больше чем в двух километрах отсюда. Там мы оставим машину…
— Какую машину? — удивился Кароль.
— Автомобиль. И махнем на нем на запад. Нужно будет проехать километров пятьдесят.
Кароль посмотрел на Франека, а Франек перенес удивленный взгляд на Колю.
— Что значит автомобиль? Откуда мы его возьмем?
— Добудем. Пока его еще у нас нет, но к вечеру будет. Значит, действуем так: сначала разведка, потом минирование, захват машины, взрыв, и мы скрываемся.
Франек неспокойно зашевелился:
— Столько заданий для четырех человек?
— Вы считаете, что слишком много? А я вам говорю, что наша четверка стоит сорока человек. Или я не прав?
Все засмеялись. Колин оптимизм легко передался им. Ведь и они сами ждали чего-то большего, чем простой подсчет проходящих поездов.
— Мне почему-то кажется, что в штабе имеются для нас задания поинтереснее, — сказал Коля. — Сейчас я пойду в разведку, ты, Кароль, сменишь Володю, а Франек приготовит для всех нас ужин. К сожалению, снова холодный. Костер разводить нельзя.
— Ясно, Коля, — ответил Кароль. — Только у меня есть одно предложение, если можно. Ты командир, поэтому ты должен остаться. В разведку пошли меня…
— Кароль прав, — тут же вмешался Франек. — А я пойду сменю Володю.
Коля удивленно поднял брови.
— Что же это такое, черт возьми, я ведь уже сказал о своем решении. С каких это пор солдаты предлагают командиру изменить план? Может, мы здесь будем решать все вопросы при помощи голосования?
Коля сердился, но Кароль и Франек понимали, что на самом деле командир вовсе не был уж так возмущен, поэтому они попробовали еще разубедить его:
— Коля, ведь ты отвечаешь за выполнение задания и за нас тоже. Ты не имеешь права нас оставлять одних. Ты сам только что определил задание. Минирование, машина, отход и так далее. У тебя полно работы, так что…
Коля улыбнулся.
— Ты и вправду хочешь идти, Кароль?
Все же им удалось убедить командира. Кароль хлопнул его по плечу.
— Ты согласен?
И вот уже Кароль шагает лесом вдоль дороги. Странно, но в данный момент он не чувствовал, что находится среди врагов, а моментами ему даже казалось, будто он лесом идет к сторожке дяди, как это часто бывало в детстве. Деревья такие же и тот же снег… И солнце сверкает ярче от снежного покрова. Где-то вверху загудел самолет. Этот звук вернул его к действительности. Время от времени по дороге проезжали машины, и тогда он прятался. Правильно ли он идет? Ему казалось, что он отошел всего лишь на несколько десятков метров от вьющейся по лесу дороги, а сейчас ее уже вообще не было видно. Он посмотрел на компас — порядок, можно не возвращаться к дороге. Через минуту на лесной просеке, обозначающей русло ручья, перед ним показался мостик. Кароль подошел поближе и вскоре мог рассмотреть его несложную железобетонную конструкцию. Куда подложить мины? Без сомнения, в железнодорожное полотно, это легче всего, но нужно взорвать и сам мост. Он вошел в воду, лениво струящуюся между льдинами, и влез под мост. Под гладкой поверхностью цементной арки трудно что-либо укрепить. Он уже собрался выйти из-под моста, как услышал доносящийся издали глухой грохот. Вероятно, поезд. Нужно переждать. Грохот нарастал с востока. Вскоре поезд окажется перед внимательным взглядом наблюдателя. То есть Франека. Порядок. Глаза у Франека острые, он высмотрит все, что нужно. А если нет? Может, лучше выйти из-под мостика, встать за деревом и посчитать вагоны, посмотреть,
