засыпаем после полуночи, упорно пытаемся сделать малыша. Секс у нас на грани фола. Запредельный, долгий. Мы очень скучаем, когда долго не видимся, а это целый день, а иногда и сутки, когда у Саши выпадает дежурство. Я стараюсь и свои выходные под его подогнать. Лешу выписали он дома. Стаська почти пропала, хоть и квартиры рядом. Не хочу им мешать. Мы очень часто бываем у мамы с Владимиром Александровичем. Дома выставлены на продажу. Один продан, и деньги поступили мне на счет. Приезжают и Леша и Стася. Мама вся светится и ее отношение к нам поменялось. Мы часто разговариваем по душам. Саша с отцом тоже помирился, папой зовет. Дела обсуждает. Он ему на клинику денег добавил, хоть мой Доктор и сопротивлялся. Оказывается работа в фирме это так, ради мамы. Оказывается он очень высоко оплачиваемый юрист. Берется за особо сложные дела. Мы от него узнали, что Глебу и его дружкам дали по пятнадцать лет, по максимуму. Вернется, если вернется, не скоро.
Месяц пролетает в заботах. Наконец фирма работает как часы. наняты дополнительные люди. Со Стаськой обменялись доверенностями на право подписи. Такую же доверенность получил Леша. Сегодня просыпаюсь от приступа тошноты, быстро срываюсь с постели и несусь в ванную к белому другу. Отравилась? Вспоминаю что вчера ела. Вроде все свежее. И тут меня осеняет. Месячные должны быть еще неделю назад. Хватаю из шкафчика три разных теста. Ждать хуже всего, вся на иголках. Даже пот на лбу выступил, и опять мутит. На первом уже проступают две полоски. Беру следующий на нем цифра, четыре — пять недель. В кухне бросаю щепотку соли под язык, сосу, помогает от тошноты. Проверено опытом, нас очень укачивало в машине, и бабушка всегда отсеивала крупные крупинки соли, складывала в пузырьки и клала нам в карманы. При первых симптомах мы кидали кристалики под язык и тошнота проходила. Жарю тосты. Знаю, что больше в себя ничего не втолкну. Готовлю себе пузырек с солью. Владимир Александрович на связи, объясняю что задержусь. Он не задает вопросов. Едва закончив звонок, мой телефон разрывается трелью. Удивленно смотрю на дисплей на котором высвечивается имя Владимир.
— Слушаю.
— Здравствуйте, Ярослава, это Владимир. Яся, не мог ли бы мы встретится. Только не подумайте ничего плохого, Я знаю, что Вы замужем, но это не телефонный разговор.
— Хорошо, давайте в три в кафе. — Называю кафе недалеко от офиса. Сама зависаю. Зачем я понадобилась? Но все точки над и поставить нужно.
— Спасибо. — И отключается.
Клиника находится не далеко от офиса. Прошу водителя подождать меня. Мой гинеколог на приеме. Мне даже не нужно оформляться, уже все готово. Ирина Алексеевна смотрит на меня и ждет, что я скажу. Мне нравится наш врач, ничего лишнего, все по существу. Стаська тоже сейчас у нее наблюдается.
— Ну что я могу Вам сказать, дорогая. Вы беременны четыре- пять недель. Плод в матке. Все хорошо. Сейчас сдадите анализы, пропишу витаминки. Вот возьмите. — Протягивает первую фотографию нашего малыша.
У меня порыв позвонить Саше. Останавливаю себя, хочу лично посмотреть на его реакцию. Благодарю врача и с улыбкой спускаюсь к машине. Еле выдерживаю все рутинные процедуры в офисе, с губ не сходит улыбка. Так и хочется поделится со всем миром, что я стану мамочкой. Все же не вытерпела позвонила Стаське. Та визжит от переизбытка чувств. У меня даже закладывает уши.
— Ты только Леше пока ничего не говори. — Прошу сестру. — Маме я тоже сама скажу.
Иду в кафе на встречу с Владимиром. Чуть задерживаюсь. Он уже ждет за столиком, в форме, она идет ему. Когда поднимается приветствуя меня, замечаю, что рука левая в бандаже.
Выдвигает стул для меня. Несколько минут молчания. Он смотрит на меня как то смущенно что ли. Не знает как начать разговор. Наконец решается.
— Яся, я не буду спрашивать, как у вас дела и так видно. Вы вся светитесь. Перейду сразу к делу. Мне нужны деньги, не подумайте ничего плохого, мне нужно заплатить выкуп за дорого мне человека, иначе ее продадут. Я уже обращался к друзьям, но не у кого нет столько денег. Я выставил на продажу машину и квартиру родителей. Оставив только дом. Но это долгий процесс, а деньги нужны мне срочно. Я пойму если у Вас нет свободных денег и буду искать дальше.
— Есть. И я дам их Вам, но с одним условием, Вы мне расскажите, кто она.
Он кивает головой, выражая согласие.
Дорогие мои, у меня плановая диспансеризация после лучевой. Пропаду до среды. Просто с телефона много не напишешь, а компа не будет.
ГЛАВА 22 ВОЛОДЯ
ГЛАВА 22 ВОЛОДЯ
— Яся, я расскажу, она очень похожа на вас. Он вынимает телефон, снимает блокировку и протягивает мне. На фото девушка в хиджабе и платье до пят с длинным рукавом. немного старше меня. На меня смотрит мое лицо, я даже теряюсь немного.
— Как не странно, ее Вика зовут. Нас отправили на помощь, отряд был засекречен. Мы рассредоточились, занял место на крыше школы. Перед школой протекала горная река. Иногда донося с ветром прохладу. Внизу дворы с их колоритностью востока. Спускался я только ночью, а так вел наблюдение квартала. Нам сказали, что боевики будут делать прорыв. Жарко, мухи. Я чтобы немного отвлечься, понимал что нельзя, начал осматривать дворы. Сразу рядом со школой, двухэтажный особняк стоял, именно особняк, расписанный в восточном стиле, с огромным двором выложенный плиткой. Дальше домишки похуже и дворы по-меньше, Чем он привлек внимание не знаю, наверное, привлекла внимание все таки девушка, маленькая хрупкая. Она просыпалась раньше всех. Подметала двор, пекла лепешки. Короче, работала целый день лишь иногда появлялись другие женщины во дворе. Кушала она так же во дворе, сядет в уголочке и ест лепешку запивая водой. Часто ей доставалось от женщины в возрасте, она старалась ее ударить чем придется. Вечером когда накрывали дастархан, сначала ужинали мужчины, их было четверо, потом женщины и только потом мой "воробышек".Она доедала, что осталось. В этом была какая то несправедливость. Однажды все и случилось. С утра все женщин собрались во дворе вынесли большие чаны, я так понял началась большая стирка. Почему не было современной стиральной машины, я так и не понял. Долго кипятили какие то тряпки, потом погрузили их на тележки и повезли к реке. Река быстрая, горная, девушки вошли в воду, а женщина стала бросать им белье. Нарочно она это делала, наверное, но белье шлепалось все
