выбор Риссы. Девушке это не понравилось. Неодобрение Райдекара было само собой разумеющимся, но у нее сложилось впечатление, что Кхал понимает ее лучше. Значит, нет.
Теоран повернулся к ней и смерил многозначительным взглядом, требуя ответа.
Она сглотнула.
– Я хочу добраться до проклятой горы и освободить Тарсена. Всего четыре дня пути до Диких земель, а затем еще день или два, чтобы добраться до горы.
Почему Рисса чувствовала себя глупо, излагая свой план? Ведь он был вполне разумным. Отсутствие Райдекара повлияло сильнее, чем она думала.
Глаза Теорана распахнулись в изумлении. В конце концов он спросил:
– Почему ты хочешь это сделать?
Разве это было не очевидно?
– В отличие от меня, ему по силам объединить Денархельм. Ни один король ко мне не прислушается. Они не уважали меня как принцессу и уж тем более никогда не станут подчиняться мне как королеве.
Теоран фыркнул:
– Великие лорды не уважают никого, кроме самих себя, именно поэтому они и стали лордами. Это не меняет того факта, что они поклялись подчиняться верховной короне. И ты следующая в очереди наследования.
Рисса покачала головой.
– Нет, послушай меня. Как члены королевской семьи, мы никогда и никого не сделаем счастливыми. Это не в нашей природе. Братья и сестры будут видеть в нас потенциальных соперников, а в наших подданных – предателей. Они хотят нас сломить. Если не тела, то хотя бы наш дух. В детстве меня протащили по грязи, бросили в колодец и оставили тонуть. Я обмочился от страха, когда двоюродный брат бросил меня возле стаи волков. Мне было семь лет.
Рисса растерянно смотрела на принца. Пусть он и молод, но излучает уверенность и силу. Она не могла представить себе ничего из того, в чем он только что признался.
– Как ты их убил? – спросил Кхал. – Тех волков.
Теоран закатил глаза:
– Почему я должен был их убивать? Я подружился с ними, скотина.
Кхал кивнул:
– Однако он прав. Есть причина, по которой мои родители еще в детстве приставили меня к Раю. Мои братья и сестры не любили брата, которому подарили клинок. Было безопаснее убрать меня с дороги – как для меня самого, так и для них. Райдекару пришлось иметь дело со своим отцом, который пытался убить его в период полового созревания, как только парень начал набирать силу.
Рисса была слишком потрясена, чтобы произнести хоть слово, она едва могла это представить. В подростковом возрасте ей, возможно, приходилось сталкиваться с издевательствами со стороны придворных детей, но ее отец искренне любил свою дочь.
«Ты любишь своего отца», – сказал ей Райдекар, и в его голосе прозвучало некоторое удивление. Словно он не понимал, как можно любить своего родителя.
– Я не могу управлять Денархельмом. Тарсена воспитывали в угоду этой цели. Он знает, как…
– Тарсен был изгнан собственной матерью по уважительной причине, – заявил Теоран. – Я читал о нем в своих источниках, он был эгоистичен и настолько жаждал власти, что бездумно выкачивал жизненные силы своих подданных, дабы увеличить собственную силу. Лорды встанут перед ним на колени из страха и чтобы он дал отпор Антеосу. Но впоследствии у власти окажется настоящее чудовище.
– Это лишь слухи, – возразила Рисса. – Спроси нужного человека, и он ответит, что каждый король – тиран, потому что он требует налоги, пополнение численности армии или…
– Ни один из этих королей не высасывал жизни своих подданных. – Теоран покачал головой: – Я не поддерживаю твою затею. А если он на твоей стороне, – юноша указал на Кхала, – спроси себя почему. Если Тарсен встанет во главе Денархельма, то Тенебрис сможет вторгнуться на твои земли уже завтра. Короли будут только счастливы поменяться местами.
Кхал закатил глаза:
– Не смотри на меня так. Я здесь только для того, чтобы убедиться, что Рисса вернется в целости и сохранности.
– Значит, тебя послал не Райдекар? – с вызовом спросил Теоран.
– Нет. И я не спрашивал. Мне нравится Рисса, она верна своему слову и делу. Я верю, что она именно то, что нужно миру фейри. Я здесь, дабы убедиться, что у нее есть голова на плечах. Можешь ли ты сказать то же самое, мальчишка?
Теоран сверкнул улыбкой:
– Я здесь до тех пор, пока Серисса Брайер не откажется от короны, моя королева. – Он повернулся к ней. – Ты была ею с тех пор, как достигла совершеннолетия. С того момента совет отца обсуждал тебя каждый год. Некоторые советники были за то, чтобы прийти к тебе по собственному желанию, другие же полушепотом советовали нанять убийц, прежде чем ты начнешь вызывать трудности. В конце концов отец решил оставить тебя в покое. Я могу гарантировать, что у остальных низших королей и королев состоялись точно такие же дискуссии при их дворах, и все они решили цепляться за свою власть еще некоторое время. Но они знают и понимают, что ты королева. Стоит только повелеть, и они встанут на колени.
Рисса покачала головой:
– Ты живешь в другом мире.
В своей реальности она была просто Риссой: слишком дикой для двора, слишком избалованной для дикой природы. Ей нравилось жить в лесу подобно ведьме.
– Этим миром правишь ты. Ты можешь начать в любое время.
Рисса была слишком ошеломлена, чтобы ответить.
– Пойдем со мной во Двор Костей. Позволь доказать мою правоту.
Риссу сдерживало лишь одно – она не хотела, чтобы Теоран был прав. Ей нравился ее мир. Нравилась ее невидимость, безучастность. Она носила беззаботность, как теплый плед, который согревал ее по ночам.
Если Теоран не ошибался, то у нее имелась определенная роль вкупе с обязанностями.
Если он прав, то Рисса должна остаться в Старой Крепости, дабы призвать благие силы и готовиться к войне вместе с Райдекаром.
Два абсолютно разных человека – в возрасте, в родстве, во вкусе, в поведении. И все же они оба приняли ее место и роль в благой родословной.
Рисса была на вершине.
Теоран не мог быть прав. Они не могли быть правы.
Тем не менее Рисса нуждалась в ответах и объяснениях.
– Хорошо. Значит, направляемся в Динон.
Глава 19
Город костей
– Что?! – взревел Райдекар.
Паж, который только что вошел в кабинет, чуть не обмочился и дрожал как осиновый лист.
– Я… Сообщение, мой король. С фронта. Мне велели передать его лично вам. Тысяча извинений, Ваше Величество…
Райдекар переключил свое внимание на карту земель фейри – Тенебрис на юге и Денархельм на севере. Его взгляд сосредоточился на пустыне. Он дал Риссе быструю лошадь,
