— Сегодня необычайно очаровательная погода, — начал я и отметил, что мисс Камберленд приветствовала мое. утверждение еще одной улыбкой и тут же сообщила:
— По-моему, несколько ветрено.
Я вспомнил, что считается хорошим тоном соглашаться с леди, и немедленно добавил:
— Совершенно верно! Отвратительный ветреный день.
После чего я, к своему изумлению, услышал очередной взрыв смеха, даже более откровенный, чем предыдущие.
— Доктор Бирн, — воскликнула она, — вы совершенно уникальны.
— С настоящего момента, — серьезно заявил я, — немедленно приступаю к изменению.
Тут она подняла обе руки в протестующем жесте, так что я смог наблюдать ее глаза, сиявшие из-за изящных загорелых пальцев, — отметьте, Лауберн, что белая кожа совершенно безосновательно считается признаком женской красоты. Мисс Камберленд сказала, все еще смеясь:
— Напротив, вы не должны меняться!
Я ответил, ловко выбирая новую позицию:
— Разумеется, нет.
По какой-то загадочной причине девушка снова вздохнула и, перестав смеяться, произнесла своим мелодичным голосом, все еще звучащим в моих ушах:
— Доктор Бирн, вы очаровательны!
Я должен был бы обрадоваться, услышав, как она говорит мне об этом, но я не хотел обсуждать с ней данную тему, к тому же я не желал, чтобы она погрузилась в свое обычное молчание, поэтому перевел беседу совсем на другие рельсы и заговорил о ней.
— Мисс Камберленд, — приступил я, — с большим удовольствием я отмечаю, что беспокойство, недавно угнетавшее вас, кажется, сейчас несколько уменьшилось. Я полагаю, что путешествие мистера Дэниелса пройдет успешно, хотя и не смею утверждать, что его возвращение будет сопровождаться возвращением мистера Барри. Однако вы стали счастливее в ожидании возвращения мистера Барри?
Я задал ей вопрос с упавшим сердцем, хотя оставался в неведении относительно причины, вызвавшей мою внезапную подавленность. Еще более загадочной оказалась радость, которую я ощутил, когда девушка медленно покачала головой и ответила:
— Даже если он приедет, это ничего не значит.
— Тогда давайте перехватим его и отправим обратно, — предложил я.
Мисс Камберленд вскрикнула так, словно я ее ударил:
— Нет, нет, нет! — и в отчаянии сцепила пальцы. Затем она спросила: — Как себя чувствует бедный папа?
— Ваш отец, — признал я, — в настоящий момент не занимает мои мысли.
Мне показалось, однако, что вряд ли следует полностью отнести причину ее огорчения на счет отца. Она желала возвращения мистера Барри, но при этом боялась его приезда. Крайне загадочно! Тем не менее я заставил мисс Камберленд задуматься. Она перестала есть и смотрела прямо перед собой. Вскоре она произнесла:
— Странно, что мы не получаем известий от Бака. Что может задерживать его так долго?
Я крайне сожалел, что предложил данную тему для беседы, и мысленно пытался подобрать другую, но не находил ничего подходящего. Тогда я выразил свое сожаление, так как возобновил ее беспокойство, но в ответ получил улыбку, причем совершенно безжизненную: румянец исчез со щек девушки. Она просидела оставшуюся часть обеда, не произнеся ни слова.
После обеда я пошел вместе с ней навестить мистера Камберленда. Его состояние не претерпело существенных изменений. Я все более восхищался подобным фактом. Данная аномалия бросает вызов медицине. Вот лежит человек на грани смерти. Его тело умерло от старости, однако источник жизни остался. Он не ест — по крайней мере, потребляемую им пищу можно в целом счесть ничтожной. Но он все еще обладает энергией. Он наверняка редко двигается, и его тело пребывает в основном в инертном состоянии. Но мы не должны никогда забывать, что разум является мускулом и требует постоянной перестройки. Ум мистера Камберленда не остается в бездействии, он неустанно работает и не позволяет хозяину умереть. В течение трех дней, насколько я могу судить, Камберленд не закрывал глаза. Можно подумать, что он находится в состоянии транса, но с помощью серий тщательных экспериментов я убедился, что мой пациент постоянно думает самым решительным образом.
Что это значит? В человеке существует нечто, подобное пламени; каждое мгновение в нем что-то сгорает. Но чем питается такое пламя? Я знаю, что материя не может возникнуть ниоткуда и что энергия означает разрушение материи; но почему жизнь Джо Камберленда продолжается?
Тема увлекает меня, но не решаюсь обдумывать ее слишком упорно, иначе мой мозг начинает отказывать. Я не нашел ни одного разумного решения, только чувствую, что живу по соседству с поразительной загадкой.
Странные мысли обуревают меня. Какова природа огня, пылающего в Джо Камберленде, но не сжигающего его? Что кроется в странствующем Дэне Барри, если Кети Камберленд боится, но все же его ждет? Почему Дэниелс дрожал от страха, выезжая на поиски человека, которого, по его же собственным словам, он считает своим лучшим другом?
Вы видите, как загадка обретает форму? Она передо мной. Я держу ее в руке, но тем не менее не могу разобраться в составляющих элементах.
История человека, лошади и собаки. Что это за история?
Сегодня я бродил возле загонов для лошадей и подошел к одному из них, огороженному изгородью необычайной высоты. Маленький корраль, но все столбы в нем огромного размера, а поперечинами служат бревна. Я спросил, какие странные животные могли бы содержаться в подобном загоне, и рабочий ответил:
— Это корраль Сатаны.
Я рассчитывал на некую странную историю.
— Дьявол? — воскликнул я. — Они запирают за изгородью дьявола?
— О да, — ответил парень. — Он Дьявол, это точно. Если бы мы поместили его с остальными лошадьми, то он разорвал бы их в клочья. Это и в самом деле дьявол!
История человека, лошади и собаки. Я видел огромную цепь, к которой привязывали собаку. Теперь я нашел место, где держали лошадь.
А если так, то какие узы предназначались для человека? И каким человеком он может быть? Несомненно огромного размера, чтобы справляться с такими лошадью и собакой. Неистовый и несговорчивый характер, так как в противном случае его не боялась бы Кети Камберленд. А еще это личность исключительных качеств, так как здесь, кажется, все ожидают его возвращения. Я тоже заражен огнем ожидания — он въедается в мою плоть. Мечта преследует меня днем и ночью. Каков окажется конец?
Сейчас я собираюсь снова навестить мистера Камберленда. Знаю, что увижу отблеск огня в его глазах. Молниеносные взгляды, спокойный голос, истощенное лицо. И с ним Кети Камберленд, и они будут прислушиваться. Прислушиваться…. к чему?
На сегодня все. Да, Лауберн, тебе следовало бы быть здесь: я чувствую, что в этих местах происходит нечто, никогда не случавшееся на земле.
