Голова мага гудела, а в глазах потемнело от усталости. Никогда прежде он не пытался прочитать столько чужих мыслей даже за день, не то что за час, и он не знал, насколько его еще хватит. Хотя он искал всего лишь вину или невиновность, обман или честность, сам факт того, что после проделанной работы он все еще держится, был потрясающим. Он мысленно возблагодарил Теззерета за немногочисленные уроки, давшие ему такую выносливость.
И все же Джейс уже готов был попросить Палдора продолжить следствие завтра, но тут он заглянул в разум тощего, чем-то встревоженного счетовода, чьего имени так и не удосужился запомнить, и внезапно нашел то, что искал.
Джейс вздохнул. Он понимал, что это было неизбежно. Откуда еще Хессет могла узнать, что Консорциум собирается прийти за ней, не говоря уже о том, когда именно это случится? Но он все равно на что-то надеялся.
В качестве заранее условленного сигнала Джейс прекратил писать, отложил перо и захлопнул книгу.
Палдор кивнул и шевельнул двумя толстыми пальцами. Только когда двое стражников грубо, до хруста в костях, схватили его за руки, архивариус понял, что попался, и осознал, какую участь уготовил ему Консорциум. Бедняга вопил, визжал, молил о пощаде и рыдал в голос, пока его голос не затих в дальних коридорах.
Все это время, даже когда он размышлял о многих часах, которые ему предстоит провести наедине с предателем в так называемой «дисциплинарной комнате» комплекса, радостное выражение не покидало лица Палдора.
– Запиши все полезное, что тебе удалось добыть из его разума, – приказал он Джейсу, поднимая из-за стола свою увесистую тушу. – А потом иди выпей. Видно, что тебе это не помешает.
Джейс, который сомневался, что еще хоть когда-нибудь сможет заставить себя проглотить еду или напиток, лишь тупо кивнул и снова взялся за перо.
Но проглотить напиток оказалось гораздо легче, чем он предполагал. Когда зал таверны уже начал двоиться у него перед глазами, он понял, что куда сложнее ему будет остановиться.
Он мог бы покинуть Консорциум, но тогда он потеряет самый невероятный шанс из всех, что когда-либо ему выпадали. И даже если он попросит об отставке, его не отпустят. Только что он обрек человека на пытки и, вероятно, на смерть за его предательство, и наверняка будет вынужден сделать это еще не раз. Джейс понимал, что и ему не видать пощады, если он попытается сбежать.
Мысли свернулись в кольцо, словно змея, заглатывающая собственный хвост. Но какое бы сознательное решение Джейс не принял, в глубине души он понимал, что никуда не уйдет, поскольку слишком боится того, что с ним произойдет или не произойдет в этом случае.
И он продолжил топить в спиртном чувство вины, раз уж не получалось утопить страх.
Джейс не сразу понял, что рядом с ним кто-то сидит. Это было странно даже в его состоянии, учитывая, сколько пространства занимал этот «кто-то».
– Когда я говорил «иди выпей», – наставительно произнес Палдор, и стул жалобно заскрипел под его весом, – я имел в виду наш обеденный зал. У нас есть очень неплохой винный погреб, ты же знаешь.
Джейс неловко пожал плечами.
– Нд было, это, выражацца яснее. Я вам хто, телепат?
Палдор усмехнулся.
– Вроде того, – ответил тучный бандит. – Ладно, мне и самому время от времени надо выбираться в город. Чтобы напомнить себе, как я это ненавижу.
Хрюкнув, он вытащил откуда-то из складок тела небольшой мешочек и швырнул его на стол.
– Эт-та што? – пьяно удивился Джейс.
– Это, Белерен, хорошая новость. Премия от Теззерета, за то, что ты вычислил крысу. Мы с Теззеретом не любим крыс.
Палдор пристально посмотрел в глаза Джейсу, и маг почувствовал, что ему стало не по себе, несмотря на опьянение.
– А теперь – плохая новость. Ты меня не впечатлил. Предполагалось, что ты великий и могучий повелитель разума, и я даже готов поверить, что это правда. Но ты слабак. Ты чистоплюй и слюнтяй. Консорциум нанимает только лучших из лучших, и я, честно говоря, не уверен, что ты хотя бы условно подходишь под это определение. Не будь твои способности так чертовски редки, я бы уже давно искал замену твоей жалкой заднице. Пока что можешь отдохнуть немного, расслабиться. Я жду тебя в своем кабинете в начале следующей недели, и мы попробуем подобрать тебе какую-нибудь непыльную работенку до той поры, пока ты не наберешься храбрости. Но учти, Белерен – если ты не возьмешь себя в руки, мы от тебя избавимся, будь ты хоть трижды телепат. И имей в виду, когда я говорю «избавимся», это вовсе не значит «выставим за дверь»!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Джейс не заметил ухода Палдора, поскольку был слишком занят тем, что с отвращением глядел на мешочек, словно это было ядовитое насекомое. Он не желал брать оттуда ни единой монеты. При одной мысли об этом его начинало мутить, и он рисковал утратить существенную долю опьянения, над которым так усердно работал. Черт подери, да он даже не представлял себе, что делать с этими деньгами! Он жил в апартаментах Консорциума, ел за его счет, и даже начал откладывать свое месячное жалование. В его голове опять мелькнула шальная мысль прихватить деньги и сбежать, но он прекрасно понимал, насколько это глупо; на следующей неделе он, как и было приказано, явится в кабинет Палдора. Может быть, к тому времени этот случай и вовсе перестанет его беспокоить.
Но будет странно, если он совсем ничего не сделает с этими деньгами…
Эммара Тандрис вернулась домой после одного из своих редких выходов в свет, держа в охапке сумку, набитую эльфийскими приключенческими романами на языке оригинала. На пороге дома ее ждала большая посылка. Заинтересовавшись, Эммара опустила мешок на землю и присела рядом с коробкой.
Уловив знакомый аромат, эльфийка не сдержала улыбки. Ей не нужно было открывать коробку: уже по запаху она догадалась, что внутри находятся экзотические фрукты. Эммара протянула руку и достала записку, вложенную между деревянными рейками ящика.
«Ничего не могу с собой поделать, все вспоминаю наш последний разговор.
Надеюсь, это скрасит тебе ожидание нового урожая.
А с тебя – десерт. Как минимум огромный.
– Беррим.»
Выходит, он все же вступил в Консорциум. Другой возможности позволить себе это у него не было. Эммара была благодарна за столь роскошный подарок, но ей не давала покоя мысль о том, чем же он смог заслужить такое богатство.
Улыбка пропала с ее лица. Она пожелала, чтобы с ее другом все было в порядке.
***
Джейс поймал деревянный меч, даже не поморщившись, когда тот больно шлепнул его по руке. Древесина была гладкой от частого использования, и насквозь пропиталась застарелым потом. Он взглянул на Каллиста и принял неуклюжее подобие его боевой стойки. Одновременно Джейс пытался заставить себя не обращать внимания на десяток других мужчин и женщин из Консорциума, которые отошли к стенам зала, охотно прервав собственные тренировки ради того, чтобы посмотреть, как будут разделывать под орех этого новичка.
– Засим начнем первый урок! – торжественно возвестил Каллист, но в глазах его мелькнул озорной огонек. – Готов?
– Более чем, – процедил Джейс сквозь зубы. – Ты падешь, Каллист!
– Разве что от смеха, Джейс.
– В этом и заключается мой план.
На самом деле, Джейс не впервые держал меч в руках, а в детстве ему приходилось защищаться и палкой, и ножом, так что полнейшим неумехой он не был. Ему даже удалось отразить две атаки Каллиста, гулко стукнув деревом о дерево, пока его левый бок не пронзила боль, и там не начал наливаться поистине впечатляющий синяк.
Кое-кто из зрителей сочувственно поморщился, когда деревянный меч поразил свою цель.
Каллист подошел и протянул руку, помогая Джейсу подняться на ноги.
– Гляди, – начал он, демонстрируя хват, и сразу же бросился поправлять Джейса, пытавшегося повторить его движение, – вот почему ты пропустил этот удар…
Затем последовало несколько минут обсуждения и демонстрации (во время которых аудитория откровенно скучала и нетерпеливо переминалась с ноги на ногу), а потом – еще один быстрый обмен ударами и еще один внушительный синяк у Джейса. Это повторилось снова, и снова, и снова.
