Финлей ждал. Наконец Дженн взглянула на их сплетенные руки, потом подняла глаза на Финлея.
Когда она заговорила вновь, голос ее звучал тверже, а на лицо вернулись краски.
— Есть еще одна вещь, которую я только что вспомнила. Финлей, не думаю, что это был просто сон.
— Почему?
— Под конец, когда меня выносили из комнаты, я услышала голос, но этот голос не принадлежал той, привидевшейся мне реальности. Больше было похоже на то, что это говорил кто-то за дверью.
— И что же этот голос сказал?
Таково было наше начало. Мы показали тебе свое рождение. Скоро ты покажешь нам нашу смерть.
Дженн смотрела на Финлея широко раскрытыми глазами, и впервые с тех пор, как они повстречались, девушка показалась ему совершенно беззащитной.
— Финлей, это ко мне обратился Ключ.
Веселое потрескивание огня, танец теней на стене разогнали призраков, рожденных рассказом Дженн, но все же Финлея, казалось, преследовало нечто, чему он не мог найти имени. К ним с Дженн присоединились Патрик и Арли; они все еще задавали девушке вопросы. Фиона тоже должна была бы прийти, но после сцены в библиотеке Финлею не хватило мужества обратиться к ней снова. Через некоторое время Патрик и Арли, оставив в покое Дженн, оглянулись на Финлея, ожидая от него ответа на свой безмолвный вопрос.
Его отклик был однозначным:
— Похоже на то, что между тобой, Дженн, и Ключом уже существует связь. Могу только порадоваться, что Роберта здесь нет.
— Ох, Финлей, — застонал Арли, — должен же ты понимать, как важно то, что случилось? Дженн никогда не вставала в Круг, и все же Ключ навевает ей сны, как если бы она была джабиром. Более того: мы впервые услышали рассказ очевидца о том, как был создан Ключ. До сих пор существовали лишь легенды, передаваемые из поколения в поколение, да и то неполные. Например, я никогда не слышал, будто во время процедуры кто-то умер, а из того, что говорит Дженн, следует, что Ключ несет ответственность за эту смерть.
— Ну, следует отметить, что рассказ Дженн дает ответы на некоторые важные вопросы, — сказал Патрик. — Например, каким образом Ключ оказался связан с Каликсом. Можете назвать меня глупцом, но держу пари: человек, которого Ключ убил, сообщил ему, где спрятан Калике.
— Но почему он должен был умереть? — пробормотала Дженн.
— Чтобы секрет никто не мог выдать. Подумайте хорошенько. Из слов Дженн следует, что Ключ был создан совместными усилиями тех людей, что они вложили в него все свои мысли и воспоминания. Этот процесс должен был не только наделить Ключ огромной силой, но и предоставить в его распоряжение множество деталей, которые до того никогда не собирались воедино. Так Ключ получил знание о местонахождении Каликса. Что я хотел бы знать это что еще было тогда сообщено Ключу.
— Ты имеешь в виду пророчество? — прошептал Арли.
— Именно. Из той части пророчества, которая нам известна, следует, что Роберта и Дженн связывают Узы, — но там ничего не говорится о том, что это значит. Благодаря пророчеству открылось, что они могут мысленно разговаривать друг с другом факт, который они от нас скрывали. — Патрик виновато взглянул на Дженн, прежде чем продолжил: — Пророчество назвало Дженн Союзницей, Роберта Врагом, а кого-то еще Ангелом Тьмы. Каждому из них, похоже, отведена роль в том предначертании, осуществления которого, по словам Ключа, Роберт всю жизнь старается не допустить. После сна, который видела Дженн, я склонен думать, что пророчество Ключу сообщили его создатели.
— Но было ли оно передано Ключу по частям или как единое целое? — спросил Арли. — Тут есть большая разница. За столетия мы слышали множество разных пророчеств, но никогда ничего похожего на это. Я был в пещере, когда Ключ заговорил. Его слова не показались мне похожими на пророчество. К тому же ни в одной книге его нет, может быть, дело в этом…
Дженн потянулась к Арли и коснулась его руки.
— Ты хочешь сказать, что Ключ самостоятельно выдумал это пророчество?
Арли пожал плечами:
— Не знаю. Такова просто одна из возможностей.
— А другая возможность, — тихо сказал Финлей, — что Ключу сообщил целиком пророчество тот человек, которого он убил. Может быть, пророчество хранилось в тайне из-за того… из-за того…
— Из-за чего же? — сухо спросил Патрик.
— Проклятие, откуда мне знать? Существует ведь множество пророчеств и почти во всех говорится о каком-то порождении зла.
Дженн кивнула:
— Помните пророчество, которое разнеслось год назад? Которое сделал отшельник из Шан-Мосса? Он предрек, что явится Ангел Тьмы и разорвет церковь надвое.
Финлей пристально взглянул на девушку. Она, казалось, совершенно не понимала значения того, что только что произнесла. Дженн спокойно повернулась к огню и принялась греть руки.
— Ангел Тьмы и в самом деле явился в Люсару и разорвал церковь надвое.
— Ох, кто же это?
— Мой брат. — Дженн замерла, потом медленно повернулась к Финлею. Он продолжал, зная, что теперь уже все смотрят на него: — Все совпадает. Мы знаем, что Ключ сообщил Роберту что-то очень опасное. Что, если он сказал ему: он и есть Ангел Тьмы? В конце концов, как только Селар услышал о возвращении Роберта, он бросил МакКоули в темницу и тем вызвал раскол церкви. А если задуматься… может быть, здесь кроется истинная причина того, что Роберт никогда не соглашался встать в Круг. Если Ключ и в самом деле сказал ему что-то подобное, Роберт никогда не стал бы претендовать на положение, дающее ему так много власти. Это даже могло бы объяснить и его отказ выступить против Селара.
— Ты забываешь только об одном, — сказала Дженн. — Ключ назвал трех человек: Ангела Тьмы, меня Союзницу и Роберта Врага. Теперь я готова признать, что Роберт и в самом деле может оказаться врагом Анклава, но гарантии этого мы не имеем. В любом случае Роберт не может быть и Врагом, и Ангелом Тьмы одновременно, по крайней мере, на основании одного и того же пророчества.
Финлей попробовал спорить, но Патрик вскочил на ноги и встал между ним и Дженн.
— Нет, это не Роберт. Ангел Тьмы кто-то другой, и он и в самом деле существует.
— Что ты имеешь в виду?
— Ангел Тьмы… Разве ты не видишь? Если Союзница и Враг люди, живущие сейчас, то и Ангел Тьмы должен существовать здесь и сейчас. Мне кажется… думаю, это тот, чье присутствие Дженн почувствовала, когда была при дворе. Помнишь, ты говорила, что ощутила абсолютное зло?
Дженн с ужасом втянула в себя воздух:
— А Айн отправилась туда, чтобы его найти!
На этот раз сумерки еще только начали сгущаться, но это не имело никакого значения. Рядом с постелью Финлея сидела, держа его за руку, Дженн: она заботилась о том, чтобы транс не стал для него опасен. Остальные держались поодаль, наблюдая и выжидая. Финлей почти физически ощущал их страх. Он не мог бы сказать, чего они боялись больше его успеха или его неудачи. Он вышел за все обычные границы, удерживающие искателя, когда обнаружил приближающуюся к Анклаву Дженн, но никак нельзя было гарантировать, что он узнает что-то полезное, попытавшись дотянуться до Марсэя. Если бы ему удалось хотя бы заметить ауру Айн…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
