глубокой, словно цветы этой ночи раскрыли в сердце нечто особенное. Был рад помочь ей испытать этот момент полного восторга и прекрасной гармонии. Пока она спала, сорвал букет цветов для нее. Только вот еще не знал. Что эти цветы не завянут, а станут еще красивее.
А когда мы покидали поле ночных цветов, оглянулся к ним в последний раз. Капли росы сияли в лунном свете, словно ожившие бриллианты, и над ними плыли тени ночи, придавая этому месту загадочность и магию. Пообещал себе, что вернусь сюда вместе с Ладой в следующую ночь, чтобы вновь насладиться этой невероятной красотой и миром.
С тяжелым сердцем покинул святилище. Мистический свет тускнел за моей спиной, а ангельская энергия понемногу исчезала. Вернувшись в свои покои. Мысль о нашей встрече сохранится в моей душе на века.
ГЛАВА 15
КАСДЕЙ.
С самого утра мой день был полон трудностей и испытаний. Только-только проснулся, как, к моему удивлению, мой преданный старый друг заглянул ко мне. Он спас меня, беззаветно вернув из того мира, где готов был навсегда исчезнуть. Если бы не он, моя судьба обрела бы вечное пребывание без новых переживаний и беззаботных дней.
Геката выдоила мою душу, оставив лишь ничтожный остаток, но именно он дал мне силы, чтобы собственноручно покончил со своей любовью на вершине горы. Аосот постучался в мою дверь и с моего позволения вошел в спальню.
— Давно не виделись с тобой, друг мой, — сказал я.
— Касдей. Ты бы хоть рубашку надел. Ей-богу, я не девица, чтобы на тебя любоваться. Тебя, конечно, шрамы украшают, но демонстрируй это перед нашими дамами, — съязвил он.
С выпученными глазами и искривленной улыбкой. Ответил:
— Аосот, мой друг, ты всегда так излишне скромен. Шрамы-то — это всего лишь мои маленькие подарки от битвы. Проще говоря, я прекрасен в своей демонической красоте.
Аосот презрительно фыркнул и сел на край моей кровати.
— Никогда не понимал, почему ты так озабочен своим внешним видом, Касдей. Ведь у тебя есть гораздо более важные качества, чем просто привлекательность для наших дам. Впрочем, я не идентифицируюсь с этими смертными эмоциями вроде любви и восхищения.
Приблизился к зеркалу, которое висело над умывальником, и набрал в ладони прохладной воды. Пока лицо умывал, продолжил нашу беседу.
— Аосот, тебе просто не дано понять. Возможно, ты прав, и мои страсти уходят далеко за пределы внешнего мира. Но быть демоном — это искусство, мой друг. Это игра теней и огня, где каждый из нас стремится произвести впечатление. И я превосходно в этом справляюсь, — усмехнулся, покачав головой.
Аосот с недовольством шевельнулся.
— Я все же надеюсь, что у тебя есть какие-то глубинные мысли. Что-то большее, чем просто забота о своей внешности. Ведь мы демоны. Наша сущность намного более могущественная и потрясающая, чем просто внешность.
С усмешкой смотрел на своего друга. И произнес:
— Да, Аосот. Не стоит переоценивать значимость внешности, но и не следует недооценивать ее роль. Возможно, мои шрамы и сияющие глаза — всего лишь обертка, но они создают великолепный образ, который вызывает уважение и побуждает к подчинению. В конечном итоге это помогает мне в достижении своих целей.
Аосот вздохнул и встал со своего места. Подойдя ко мне ближе.
— Касдей. Возможно, ты прав. Мне просто не приходится завидовать твоей внешности, поэтому я не понимаю эту фиксацию. Так или иначе, я рад, что ты мой друг, даже если твое настороженное присутствие иногда вызывает у меня дискомфорт.
Поднял бровь, пораженный его редким признанием. Накинув на себя шелковую черную безрукавку. Она легла на мои плечи свободно, словно отрезок ночного мрака, окутывающий мое тело. Черный шелк поглощал свет, позволяя мне сливаться с тенями и оставаться незаметным.
Меня окружала аура загадочности и мощи, которая отпугивала слабых и привлекала сильных. В этой безрукавке я чувствовал, как моя сущность сливалась с тьмой и безграничной силой, которая заключена внутри меня.
— Честно говоря, Аосот, и ты тоже имеешь свои особенности, которые я не переношу. Но именно эти различия делают нас такими занимательными друг для друга.
С открытой улыбкой. Аосот кивнул и прошептал:
— Действительно, интересную парочку мы составляем, не правда ли?
Мы оба загремели зловещим смехом, зная, что наша необычная дружба — это непрерывная битва и в то же время источник взаимного восхищения и уважения.
— Ты по делу пришел? Или посмеяться? — перешел на серьезный тон я.
— Да вот слышал я тут, что мой друг. За смертной приударил. А старому другу не приходит, душу наизнанку не выворачивает. Вот и пришел сам к тебе, — глумясь, заявил Аосот.
— Что Айнет пожаловалась? — возмутился я.
— Айнет. Мне ничего не говорила. Даже у меня есть свои уши в твоем кругу, — поведал Аосот.
— Не ври, я же ложь. Хорошо, узнаю.
— Не вру. Так расскажешь мне об этой незнакомке?
— А что рассказывать, друг. Девушка как девушка. Только вот сердце мое рядом с ней бьется так сильно, что готово из груди вырваться.
— Это чувство называется любовь. Единственное, что меня радует. Так это то, что она человек.
— Это уж точно. Только сможет ли она жить со мной.
— У тебя, как и у нее, есть два варианта: жить тут, либо уйти в ее мир.
— Думаешь, меня отпустят.
— А ты думаешь, что демоны не могут любить и жить с человеком на земле. Вспомни, одно время демоны уходили ради любви в мир людей. И они оттуда так и не вернулись. Живут себе там спокойно, — напомнил он мне.
— Ладно. Посмотрим, что будет дальше. Но сегодня нужно дела делать. Подсчитать, сколько душ осталось и не появились ли новые. А то наша Тунда, милая чего-то молчит.
— Тогда не будем терять времени. Пойдем. Я тебе помогу.
Нетерпеливо двинулись вперед из моей комнаты. Направляясь по темным и холодным коридорам в темницу. Мы ощущали свою силу и величие. Различные гримасы играли на наших лицах, придавая нам выразительность и загадочность. В этой мрачной обители находились люди, души которых были в нашей власти.
По приказу нашего Верховного Совета загробный мир был нашим притоном, где мы накапливали сокровища в виде душ. Дойдя до темницы, мы увидели Мелхома, нашего главного казначея. Он был спокойным и могущественным, с изящной осанкой и холодными глазами. За его плечами лежали десятки и сотни душ, принадлежащих им. Старые и новые. Все они были ценными и неотъемлемыми частями нашей коллекции.
Темница окутывала нас холодом и мраком, а величественные пещеры, наполненные пленниками, служили напоминанием о
