без тебя, я попробовал, но я тебя не забыл и не разлюбил, – ответил Мартин.
– Я не хочу тебя слушать! Я же попросила – отвези меня в отель. Обещаю, что никуда до утра из номера не денусь. Что и кто мне там сделает? А ты снимай напряжение со своими Анжелами, Жаннами и Джульеттами… Я не знаю всех твоих отдушин-развлечений. Ах, да! Есть еще Василиса! Вы потеряли ребенка, но она же молодая женщина, у вас еще все может получиться!
– Перестань молоть чепуху. Между нами ничего нет.
– Как хочется этому верить! – вздохнула Цветкова. – Но ничего, на ее место придут новые, свежие кадры!
– Янка! Я не намерен всё это терпеть! Тебя послушать, так я просто какой-то сексуальный маньяк!
– А что, проблемы?
– Ты можешь говорить, что угодно. Но всё уже решено. Я должен быть рядом двадцать четыре часа, только такое условие. И потом, государству больше важна не твоя жизнь, а камни. И я также должен проследить, чтобы ни один из них больше не пропал.
Яна вспомнила, как она ловко, на свой страх и риск отдала один камешек Валере, и замолчала. Словно почувствовав, о чем Яна подумала, Мартин тут же сказал:
– У Валеры никто камень не отнимет, но это была разовая акция. И, кстати, медики сказали, что его здоровью ничего не угрожает, он поправится.
– Это приятная новость.
– А сейчас мы поедем ко мне домой, и я с тебя глаз не спущу.
– К тебе домой? Ты считаешь, что там будет безопаснее, чем в отеле, где люди, где позовут на помощь полицию?
– В твоем отеле, где стреляли в Виталия? – уточнил Мартин. – Хорошая охрана у твоего князя в его центре, нечего сказать! А за мой дом не беспокойся. У меня, если что, и оружие в доме имеется. Да и чтобы завалить такого телохранителя, как я, надо еще постараться. Это не просто сделать, поверь мне.
– Мне уже несколько раз в жизни говорили, что самое безопасное место – это рядом с тобой, – была вынуждена признать Цветкова.
– Вот я и выбираю свою территорию. Поехали!
Яна сложила руки за спиной и прошла вперед, спиной и затылком чувствуя, что Мартин улыбается.
Глава 7
– Слава святым угодникам, что вы дома, и живы-здоровы, – обрадовалась Стефания Сергеевна, открыв дверь Мартину и Яне. – Проходите скорее, а то у меня сердце было не на месте, так я волновалась.
Мартин развернул кипучую деятельность и выполнил всё, что обещал. Теплую ванну, горячий чай, уютную постель. Когда его русалка уже лежала в постели, Мартин зашел к ней с подносом, на котором стояли два бокала толстого стекла с ручками.
– Я решил заменить коньяк глинтвейном. Выпей, расслабься.
– Мне и без этого уже хорошо, – подтянула одеяло на себя Яна.
– Я настаиваю. По чуть-чуть. – Он протянул кружку Яне, скользя по ней взглядом бархатно-притягательных глаз.
Выглядел он великолепно. Мартин был одет в темные домашние брюки на завязках и мягкую трикотажную футболку с увеличенным вырезом, открывающим его шею и чуть-чуть волосатую грудь.
– Хорошо, только совсем немного, – заметно занервничала Цветкова.
Мартин лукаво смотрел на нее.
– Выпей. Мама постаралась. Она положила в глинтвейн кучу пряностей: здесь имбирь, корица, изюм, яблочко, лимончик, черный перец, кардамон и лавровый лист, представляешь? Может быть, я даже не всё перечислил. Вино тоже отличное, красное, французское.
Яна взяла тяжелый бокал за ручку и пригубила напиток.
– Божественно. Твоей маме большое спасибо.
– Помнишь у Андерсена? Принцесса на горошине не могла спать, почувствовав одну горошинку под горой матрасов. А как спать на бриллиантах? Они не впиваются в голову?
– Это я тебе завтра скажу. А пока хочется поспать, и надеюсь, что ты этому не помешаешь, – ответила Яна.
– Ты думаешь, что я стану тебя грязно домогаться? Я пообещал, что не буду. Сейчас считай, что я твой телохранитель. Хочешь, я сделаю тебе расслабляющий массаж? Ты выглядишь очень напряженной.
У Яны снова округлились глаза.
– Вот это да! Я еще замуж за тебя хотела выйти! Не знала, что работа телохранителем включает в себя расслабляющий массаж и доставку в кровать охраняемой алкогольных напитков! А если ты охраняешь мужчину? Ты так же обхаживаешь его? Или ты охраняешь только женщин? – усмехнулась она.
– Я давно не работаю телохранителем. Мне было всё равно, кого охранять – мужчин или женщин. А такие эксклюзивные предложения – это только для особых клиентов.
– Для друзей? – помогла ему Яна. – Ты же дружишь со всеми женщинами, с которыми когда-то был в близких отношениях?
– Ты для меня не совсем подруга, – опустил глаза Мартин.
– Что значит «не совсем»? Я даже на это рассчитывать не могу? – удивилась Яна.
– Нет! Пытаюсь забыть, а вот как вижу тебя, так сразу же понимаю, какая тут к черту дружба? – Он наклонился к Яне и, заключив в очень крепкие объятия, страстно ее поцеловал.
Яна пришлось приложить все свои силы, чтобы оттолкнуть его. Хотя, конечно, усилия ее худых кулачков, упертых в его сильные плечи, больше напоминали потуги комара на огромном теле слона, пытающегося проткнуть толстенную кожу. Физически она ничего не смогла бы с ним сделать, но Мартин сам ее отпустил. Им не надо было ничего говорить друг другу, и так было понятно, что физически между ними ничего не изменилось. Мартин как хотел ее, так и хочет, она как безумно скучала по нему, так и скучает, но вот обиды, которые возвели между ними стену, не давали им возможности раствориться до конца в своем счастье, а счастье для них обоих заключалось в полном доверии друг к другу. Когда сердце, словно на крыльях, порхает в воздухе, и никакой камень недосказанности не тянет его вниз. А у Яны так болело сердце, что словно из него падал целый камнепад.
– Извини, я ухожу. Только закрою дверь, мне так будет спокойнее. Я буду рядом.
– Я что, пленница? Почему ты меня закрываешь? – не поняла Яна, чувствуя, как у нее горят губы после его поцелуя.
– Или я буду ночевать здесь. Лягу с края, – ответил Мартин.
– Хорошо, закрывай. Завтра это закончится.
Мартин встал с ее постели.
– Да, и вот еще… Держи, кинжал твоего Карла, с него сняли отпечатки, отмыли от крови и вернули через Петра. Вещь, действительно, очень дорогая. Свадебный подарок жениху? Не знаю. Дари, раз он передал. Хотя жених сейчас в реанимации, невеста уехала. Ни свадьбы пока, ни пары, да и кинжал уже успел побывать в горле бандита. Какой-то сомнительный подарок получается. Хотя об этом, может, и
