Тьмы или же это последствия физической закалки. Ведь дед не подавал признаков жизни с того момента, как я упал в обморок после комплекса.
Впрочем, с этим я решил разобраться после того, как доберусь до своих.
Ещё раз проверив список плетений, которые я скорей всего буду использовать, я приступил к самому главному — нужно было разбудить девочек так, чтобы они не закричали от страха.
На вылезшего из плавильной печи урода я больше не походил, но будь я на месте девчушек, то при виде голого мужика завизжал бы из принципа.
— Тсссс, — первой я решил разбудить старшую девчонку.
Уж не знаю почему, но она показалась мне более разумной, чем Лиса. Да и действовала она, признаться… достойно.
Не визжала, не впадала в ступор, даже солонку и ту принесла!
— Ой, — глаза девочки расширились было от страха, и она только набрала полную грудь воздуха, чтобы закричать, как я спросил.
— Есть хочешь?
Так и не завизжав, девочка задумчиво на меня посмотрела и, прислушавшись к своему желудку, кивнула.
— На, — я протянул ей плитку сухпайка, сделанного и орехов, сухофруктов и каких-то зерен.
Такие брикеты производились друидам из Леса и очень ценились в армиях Цитадели, Крепости и Бастиона.
— Сестру разбудишь?
Девчушка покосилась на сопящую Лису и неуверенно кивнула.
— Нам кричать сейчас нельзя, — я приложил палец к губам. — Под нами песьеголовые.
— Нас убьют?
— Мы сами кого хочешь убьем, — усмехнулся я. — Если сделаете все так, как я скажу, мы окажемся у наших раньше, чем они очухаются.
— Тогда Лису пока лучше не будить, — немного подумав, ответила девочка. — Она немножечко… вредная.
— Ну тогда ешь, — я кивнул на сухпай, — и можешь заодно рассказать, куда делась ваша мама.
— Я не знаю, — девочка пожала плечами. — Наверное, пошла к матушке.
— Может к бабушке? — переспросил я, наблюдая за тем, как девчушка аккуратно и не спеша ест плитку сухпайка.
— К матушке, — повторила девочка.
— Ну как скажешь, — вникать в особенности местных отношений у меня не было ни сил, ни времени. — Побежим быстро, тебе нужно будет крепко за меня держаться. Сможешь?
Я показал ей кусок ткани, которую, скрутив так, чтобы не порвалась, перекинул через плечо и грудь — чтобы девчонкам было за что держаться.
Мелкая кивнула, и я с облегчением выдохнул.
Мне кровь из носу нужна свободная рука. Да, посох я потерял, но у меня ещё есть наполненный энергией кинжал фон Лютика. Ну и Браслет Некроса, конечно…
Артефакт перестал жечь руку, но до сих пор излучал тепло. А еще, кажется, на нем проявились новые символы…
— Я готова, — девочка доела и вопросительно на меня посмотрела. — У тебя есть сладости?
— Только сухпаёк, — я развел руками, но заметив, как помрачнела девчушка, добавил. — Могу зелье маны дать, оно приятное на вкус.
— Давай, — кивнула она и протянула руку.
Я стараясь удерживать на лице маску невозмутимости, протянул ей бутылёк и принялся ждать, что она будет делать дальше.
— Это не для меня, — вздохнула девочка и аккуратно потеребила за плечо свою младшую сестру. — Ли-са… Лиса… Лиса, вставай!
Мелкая сладко зевнула, открыла глаза и, увидев меня тут же набрала воздуху в грудь, чтобы завизжать.
— Пей! — к счастью, стоило её старшей сестре показать ей бутылёк, как Лиса тут же потеряла ко мне интерес.
— Ловко, — признал я, смотря, как мелкая споро расправляется с сухпайком и запивает его зельем маны.
— Лиса немного… капризная, — негромко сообщила мне девочка, чье имя я так до сих пор и не удосужился узнать.
Впрочем, я специально его не узнавал — не хотелось привязываться, что ли?
— Ещё сладоси! — мелкая требовательно протянула руку. — Ты обесял!
— Будут, — заверил её я. — Когда доберёмся до кондитерской.
При слове «кондитерская» глаза Лисы вспыхнули интересом, а её старшая сестра незаметно усмехнулась.
Я же врал напропалую. Моя цель — вытащить девчонок из зоны боевых действий, а развлекает их пусть кто-нибудь другой. Мама или матушка — без разницы.
— Мы очень быстро побежим, и нужно будет за меня держаться.
— А де твоя одеда? — нахмурилась Лиса.
— Сгорела, — я напоказ вздохнул. — Уже весь замёрз.
— Ну тода ладно, — я удостоился снисходительного кивка. — Подём
— Не подём, — я поднялся на ноги, переставая удерживать скрытие Биения жизни, — а побежим. Главное, держитесь крепче!
Лису я подхватил левой рукой, а её сестру правой. Девочка тут же вцепилась в импровизированную веревку, и я, более не медля, шагнул на дозорное гнездо.
Привычное головокружение, и новый чердак. Короткая пробежка до противоположной стены, запрыгнуть на дозорное гнездо. Следующая комната, повторить.
Лису приходилось придерживать, но в общем и целом, девочки вели себя стойко.
Лишь едва слышно вскрикивали при очередной мини-телепортации.
Я тем временем отслеживал Биение жизни, растянув зону охвата максимально далеко. И пока что, к счастью, никто и не думал бить тревогу.
Короткая перебежка, портальное гнездо, перебежка, гнездо…
Добравшись до домов пятой полосы, я не стал добегать до самой крайней комнаты — остановился на предпоследней. Там и псов было меньше и оставался шанс, что легионеры не поймут, что произошло.
Сложнее всего было спуститься по узкой и крутой винтовой лестнице с двумя девочками так, чтобы никого не разбудить, но я справился. Закрыл привычным уже взмахом руки люк и рванул к двери.
В крайних комнатах, чьи окна выходили на сквер, находились наблюдатели песьеголовых, и так спокойно спуститься с чердака мне бы никто не дал.
А здесь мало того, что никто не поднял тревогу, так ещё и никто не проснулся!
Спускаться на первый этаж я не рискнул — слишком долго и шумно.
Подлетел к нужной двери, и, раскрыв ее пинком, бросил массовое плетение сна. И повторно, но теперь уже по максимальной площади, стараясь зацепить весь дом.
Сбоку обмяк встрепенувшийся было легионер, но я, не обращая на него внимания, уже летел к открытом окну.
Прыжок веры, истошный визг девчонок, толчок земли прямо в пятки и… вперёд!
Я ещё никогда не бегал так быстро, как сейчас.
Сердце колотилось, как бешенное, казалось, что в спину летят сотни пилумов и за мной мчатся псы с клинками наперевес. Про камни и
