Горела библиотека. Удалось увидеть огонь, пока балансировал на подоконнике в попытках вдохнуть свежего воздуха при обильной рвоте. Были слышны крики людей. Они должны сейчас всеми силами тушить пожар. И я не могу оставаться в стороне, они могут сколько угодно бояться или презирать меня. Но это наш общий дом, так что и с проблемами нужно разбираться вместе.
С ростом уровня моя одежда менялась и усиливалась. Давно уже она не выглядит как костюм восемнадцатого века в готическом стиле. Капюшон на мантии успел превратиться в полушлем с маской. Но сейчас фильтры в маске не могли справиться с дымом. Хоть и в меньшем объеме, но легкие наполнялись угарным газом. Глаза ужасно слезились, плохая видимость из-за дыма так мешала. С трудом получилось дойти до лестницы на первый этаж. Картинка водила хороводы, устраивая серьезные испытания вестибулярному аппарату.
На первом этаже стало немного легче из-за меньшего количества дыма. Пройдя пару коридоров, зашел в большую игровую комнату. Хаос. Столы перевернуты, везде разбросаны игрушки и листы бумаги. Пара окон выбиты стульчиками. В груди все сильнее начинало давить. Тревога и переживание, непонимание происходящего. От простого пожара такого не должно происходить. Трудно сказать, сколько бы еще мой мозг пытался угадать причину. Хруст ломающейся кости под ногой прозвучал слишком громко. Так сильно, что тело непроизвольно вздрогнуло. "Не нужно смотреть вниз, прошу тебя". Но как бы я сам себя не уговаривал, голова опустилась.
Так и не запомнил имени хоть кого-то из детей. И хоть имён не помнил, но подсознание сразу напомнило — эти двое были родней. Старший братик девяти лет. И его сестренка, которой было пять. Он был не по годам серьезным, видно, что понимал больше, чем положено в таком возрасте. Она, маленькое смешное солнышко, всегда улыбается и никогда не грустит. Но сейчас мне довелось увидеть другую картину. Она лежала на спине, глаза полны ужаса, рот открыт в безмолвном крике. Он лежит сверху, лицом к ней, в неудачной попытке защитить собственным телом. С меня плохой эксперт абсолютно во всем. Вот только здесь было и так все понятно. Кто-то напал на них, и парень встал между малышкой и противником. Скорее всего, это все, что он успевал сделать. Попытка закрыть дорогого человека от опасности. Смерть была быстрой, били четко в сердце. В его сердце. Оружие пробило тело насквозь и добралось до шеи девчонки. Вряд ли ее это убило сразу.
Осмотревшись, увидел еще одно маленькое тельце в углу помещения. Подходить не хотелось, слишком большая лужа крови на полу там была. Живых здесь точно не было, нужно было двигаться дальше. В голове стояла тишина, слишком тяжело было поверить в происходящее.
"Почему это происходит? Это просто злая шутка! Да, шутка!"
Следующий коридор, следующий труп. Это был Денис. Голова превратилась в разбитое нечто. Что-то сильное его убило. Человек даже в нынешних реалиях не способен с такой силой ударить человека головой об стену. Веер трещин и крови. Ощутимая вмятина. Перед смертью он даже успел сделать несколько выстрелов из пистолета. Несколько гильз лежали у ног парня. Пальцы намертво держат рукоятку оружия.
С каждой следующей минутой происходящее становилось все больше неправдоподобным. Хотелось верить, что это лишь очередной кошмар. Просто в этот раз более детальный. Сознание не находило других ответов. Не мог я так крепко спать, чтобы выстрелов не услышать. В этот вариант так хотелось верить. Но не получилось. Порез на ладони от собственного кинжала болел.
Библиотека горела уже вся. Тушить не было никакого смысла. Так что я просто направился в сторону выхода. По дороге заходил во все помещения, но находил лишь пустоту либо очередные мертвые тела. Сил почти не осталось. Дышать практически невозможно, сильное головокружение. Каждый шаг становится испытанием. Вырвало прямо в маску, фильтры залило. Пришлось снять.
Открыть тяжелую дверь получилось лишь с третьей попытки. Получилось сделать еще пару шагов, холодный ветер ударил в лицо. Приступ сильного кашля, остатки сил ушли на него. Ноги подкосились, упал на бетон крыльца. Перед глазами поплыли черные круги. Силы ушли в ноль, сознание постепенно угасало. Последнее, что получилось схватить — обрывки чьих-то криков и стрельбы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
*****
— Ну, здравствуй, мой маленький жнец.
Этот голос невозможно было забыть. Вот только в этот раз он был холодным, хитрым.
— Не думал, что наша следующая встреча произойдет так быстро.
— В этом нет ничего удивительного. В этом мире у тебя не было ни единого шанса добиться успеха. Уж прости. Но ты всего лишь эксперимент, который подходит к концу. Впереди остался последний тест, после которого ты не будешь представлять для меня интереса. Ты всего лишь игрушка, и, должна тебе сказать, довольно сломанная.
— Всего лишь игрушка. Хороший спектакль ты устроила в прошлый раз. Я ведь искренне поверил в те слова. Винить тебя в собственной глупости и доверчивости смысла нет. Но, для чего все это?
— Тебя это не касается. Мои объяснения ты все равно не способен понять. Да и какой смысл мне сейчас тратить время на покойника и что-то ему объяснять? Попусту потраченное время.
— Тогда зачем я здесь?
— Если по правде, мне просто захотелось. Считай это признанием твоих заслуг. И наградой за помощь. У меня тоже есть принципы, и я посчитала, что так будет честно. Женский каприз.
— Как же здесь красиво. Моей самой большой фантазией… Всегда было путешествовать между звездами. Небольшой звездолет, новые миры и приключения. И, хоть космос холодный и пустой, но даже в нем есть прекрасные картины. Эти туманности — яркое доказательство.
— К чему это ты? Какое мне дело до твоих надежд и мечтаний?
— Никакого. Захотелось, чтобы хоть кто-то это знал. За свою жизнь я слишком много совершил ошибок. И сказать, что я не жалею о них, это значит обмануть самого себя. И я был хорош во лжи. Особенно к самому себе.
— Мне это абсолютно не интересно. Твоя жизнь для меня ничего не значит. Ты меня вообще слушаешь?
— Конечно, слушаю. Вот только мне это тоже не интересно. Какая разница, жив я или мертв? Или в каком мире я живу? Пока я верю в реальность мира, имеет ли значение, что он — всего лишь моя фантазия?
— Ох. Парень, да ты головой тронулся. Ты уже совсем начал терять связь, даже в собственных словах.
— Да? Это хорошо. Мне надоела модель поведения, выбранная мной так давно. Пытаясь казаться нормальным и обычным человеком, я со стороны выглядел так глупо. Истерики, нытье и психи. Знаешь, мне надоело. Больше не буду притвориться, пытаться выдать себя за другого. Я еще не умер, ведь так?
— Нет. Но дальше будет хуже. Я знаю, о чем говорю. Наше время вышло, тебе пора обратно. Прощай. Мы больше никогда не увидимся.
— Жаль. Какой бы стервой ты не пыталась себя выставить, мне было интересно.
*****
Глаза открывать не хотелось. Я точно знал, что ничего хорошего не увижу. Но лежать на снегу вечно тоже не хотелось. Рано или поздно придется встретиться с тем ужасом, что меня ждет. Наконец, пришло понимание, что именно произошло, и кто на нас напал. Та тварь с дороги. Просто пошла за мной следом. Так глупо и обидно.
Вечно изображать из себя шланг мне не хватило терпения. Мое тело лежало на спине, прямо на земле, в метрах десяти от выхода со здания. Внутри еще что-то горело, но уже слабо. На снежном ковре было видно, что меня кто-то оттащил. Много следов, стреляные гильзы, пятна крови. Поднявшись на ноги, увидел и тех, кто оставил этот беспорядок.
Вон лежит тяжело узнаваемое тело одной из девушек. Тварь хорошо поработала над её внешностью когтями. Вон и она сама лежит с вырванным горлом. Много дыр от пуль, даже ножевые ранения есть. Кто-то от безысходности пошел с ней в ближний бой. Наверное, вон тот парень с оторванной рукой. Или тот, разорванный на две части. И имеет ли это значения? После этой схватки кто-то смог выжить. За угол дома тянулась цепочка шагов, местами покрытая кровью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
