Холгер. Какую цену вы возьмете за то, чтобы выпустить нас отсюда? Имейте в виду, вы можете запросить немало! Требуйте любой гарантии. Деньги будут выплачены вам, где вы захотите. Отсюда вы отправитесь тайно от всех на специальном пароходе сегодня же вечером. Отвечайте!
Слуга (отходит от него и занимает председательское место). Теперь командовать буду я! Путешествие будет происходить под моим руководством! Держитесь покрепче! Будет качка!
(Все в ужасе, тревожно перешептываются.)
Кетил. Разрешите мне задать один вопрос?
Слуга (смотрит на свои часы). Только поскорее.
Кетил. Какой будет... какой будет от этого прок?
Слуга. От воздушного путешествия?
Кетил. Ну да... Для чего это нужно?
Слуга. Для предостережения.
(Многие голоса повторяют шепотом: «Предостережения?»)
Кетил. Я позволю себе заметить, что это предостережение обойдется вам дороже, чем нам.
Слуга. О, за этим предостережением последуют многие! Это возьмут на себя массы. Но сами вы станете предостережением, сверкнув на всю округу, как солнце. Подумайте, какая незаслуженная честь — умереть, уподобившись солнцу.
Холгер. Это произойдет сейчас?
Слуга. Да! Все это произойдет сейчас. Высокочтимые спутники солнца! Внимание!
(Хочет сойти вниз.)
Холгер. Нет! Подать сигнал тебе не удастся!
(Раздается четыре револьверных выстрела, один за другим. После первого выстрела слуга хватается за грудь, потом за живот. Поднимает обе руки над головой и кричит.)
Слуга. А! Это хорошо!
(Падает.)
(Холгер подходит ближе, так что слуга оказывается у его ног. Все бросаются посмотреть на упавшего. Некоторые поднимаются на трибуну, некоторые становятся на стулья, чтобы смотреть через головы впереди стоящих. Около упавшего появляется вдруг Человек в коричневом (из первого явления первого действия).)
Человек в коричневом. Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
(Опускается на корточки; подпрыгивая, ударяет себя по коленкам, потом стремительно бросается прочь, вправо.)
(Холгер два раза стреляет ему вслед.)
My (в крайнем ужасе). Значит, их тут много?
Многие голоса. Их здесь много! Их здесь много! Что теперь будет?!
(Ужасное смятение.)
Му (невольно взобравшийся выше других, прислушивается). Тише! Тише!
Некоторые голоса. Что такое?
Му. Тише! Тише! Мне показалось, что я слышал как кто-то звал нас снаружи?
(Бросается к одному из настежь открытых окон и смотрит куда-то, высунувшись из окна.)
Многие голоса (радостно). Там кто-то есть? Нам помогут?
(Многие стараются протиснуться к окну.)
Му. Тише, я вам говорю! Женщина! По другую сторону рва стоит женщина! Слушайте! Смотрите!
Один голос. Она машет нам!
Му. Да тише вы там!
(Пауза.)
(Издали доносится тревожный женский голос: «Скорее прочь отсюда! Под замок подведены мины!»)
Слуга. Ракел!
Холгер (стоявший над ним, говорит тихо). Еще жив?
Многие голоса (кричат). Мы не можем выбраться отсюда!
My. Говорите по очереди!
(Кричит.)
Мы не можем выйти отсюда! Пошлите кого-нибудь открыть двери.
Многие голоса. Пошлите кого-нибудь открыть двери!
(Некоторые снова бросаются к окнам.)
Му. Тихо! Тихо!
(Становится тихо.)
Голос женщины. Никто не может войти: мост поднят.
Слуга. Ракел.
Холгер (стоящий неподвижно, говорит тихо). Неужели это ее брат?
Все (бросаются прочь от окон, взволнованно восклицая, перебивая друг друга). Мост поднят! Заперты и отрезаны! Что нам делать? Нет ли где-нибудь веревки, по которой можно бы спуститься? Ведь есть же где-нибудь тут пожарные лестницы?
Один голос (перекрикивая других). Нет ли тут веревки, чтобы кто-нибудь спустился и добыл пожарную лестницу?
Холгер. Боюсь, что веревок здесь нет. Все здесь заново отделано,
Му. На кой черт вы нас сюда привели?
Один голос. Это же какой-то притон убийц!
Многие голоса. Вы не должны были приводить нас сюда! Это ваша вина!
Многие голоса. Если мы погибнем — это ваша вина!
My. Виной всему ваше колоссальное легкомыслие и упорство!
Почти все. Это ужасно!! Вы должны что-то придумать, чтобы спасти нас! Вы знали заранее, что здесь опасно! Мы доверились вам! Вы должны сделать все, что можете! Это ваша обязанность!
Холгер (спокойно). Господа! Постарайтесь принять все происходящее несколько спокойнее! Больше выдержки, господа! Помните, что взрыв мины не сможет повредить все здание! Помните, что тот, кто должен был дать сигнал к взрыву, лежит здесь.
(Слуга при этих словах делает усилие подняться.)
Один голос (кричит). Так он еще жив?
Многие голоса. Он еще жив?
(Все бросаются к слуге.)
Первый. Он хочет что-то сказать! Подождите! Тише!
Слуга. Я... Я не один!
(Снова бессильно опускается на пол.)
Один из присутствующих (шепотом). А где же остальные?
Многие голоса (тихо). Где же остальные? Где подложены мины, чудовище?
Некоторые голоса. Может быть, они здесь?
Другие голоса. Да, да, здесь! Конечно, они здесь!
My (внезапно разражается громким хохотом). Как это мне раньше не пришло в голову! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
(Бросается к одному из окон и, прежде чем кто-либо успевает удержать его, выпрыгивает вниз.)
Многие (бегут к окну и, отшатнувшись, бросаются назад). Разбился о камни! Разбился! Разбился!
(Эти крики раздаются вперемежку; те, кто ничего не видел, кричат: «Ужасно!» «Что теперь с нами будет?» Один из присутствующих бросается к окну и тоже пытается выпрыгнуть. У окна завязывается борьба.)
Холгер (властно). Остерегайтесь! Отчаяние заразительно!
(В разных концах раздаются голоса: «Да, да! Заразительно! Остерегайтесь!»)
Постарайтесь встретить неизбежное с достоинством. Все мы должны когда-нибудь умереть, а такая смерть больше послужит на пользу порядка в нашей стране, чем кто-либо из нас мог послужить самой длинной жизнью. Народу, который способен решиться на такое дело власть никогда не достанется! Помните это! Поэтому мы можем умереть счастливыми. Смерть наша вызовет в наших согражданах ту горечь и ту стойкость духа, которая одна может сейчас спасти общество! Да здравствует общество!
(Все присутствующие кричат: «Да здравствует общество!» Как только крики стихают, справа слышен злой и страшный смех.)
Один из присутствующих (мгновенно). Это он! Бесспорно он!
(Бросается туда, откуда слышен смех.)
Несколько человек. Это он! Это он!
(Бросаются туда, откуда слышен смех.)
Многие. Это он! Скорее за ним!
(Бросаются туда откуда слышен был смех.)
Все. Это он! Поймайте его! Убейте его!
(Все бросаются вправо в диком неистовстве. Блум идет медленно вслед за ними.)
ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ
Холгер, Анкер, Кетил.
Кетил (обращаясь к Холгеру). Они уже сами не знают, что делают.
Холгер (смотря вслед убежавшим). Да! Они стремятся избежать смерти! Это естественно!
Анкер (кротко). Теперь, друзья мои, теперь нам ничего не остается, как положиться на милосердие
Кетил. Ну и сделайте это, папаша. Я старый моряк и уже не раз встречал смерть лицом к лицу!
(Анкер опускается на колени и начинает молиться.)
Холгер (ходит взад и вперед по комнате. Мимоходом взглядывает на слугу). Он умер... этот.
(Все с минуту молчат.)
Кетил. Так… Значит, выбраться отсюда нет никакой возможности?
Холгер (рассеянно, продолжая ходить взад и вперед). Никакой возможности...
Кетил. Нет... Я тоже так думаю. Что ж? Когда эти глыбы начнут качаться... Тогда я сяду куда-нибудь в уголочек и не двинусь с места, и пусть будет, что будет.
Анкер (оборачивается к нему). Не будь заносчив в последние минуты, милый друг мой! Лучше подойди сюда и помолись о душе своей!
Кетил. Не очень-то я верю, что это поможет. Душа-то ведь от этого не изменится. Не так-то легко ее спасти. Даже если кто-нибудь этим и займется, то едва ли его можно будет одурачить несколькими словами, сказанными в последнюю минуту.
(Резкий смех раздается над ними. Затем шум и крики испуганных людей.)
Холгер (внимательно прислушивается. Затем медленно подходит к Кетилу). И из-за этой трусливой сволочи...
