– Рад, что обогнал тебя. У меня для тебя хорошие новости.
– Если о том, что Карауэя видели в Сент-Луисе, то можешь забыть об этом.
– Речь идет не о том, что видели. Он за решеткой, Барт. Сегодня ночью копы арестовали его в Чикаго. Все кончено.
– Только не в Ориндж-Бич. Только что на жизнь Миган было совершено новое покушение.
– Это не Джошуа Карауэй. Я это гарантирую.
– Стало быть, он нанял кого-то прикончить Миган или попросил сделать это по дружбе.
– Если Джошуа Карауэй хотел, чтобы кто-то за него выполнил грязную работу, зачем ему было дожидаться, когда он сбежит из тюрьмы? Связей в преступном мире у него больше, чем у меня седых волос.
– Не знаю, зачем он нанял кого-то, но факт остается фактом.
– Интересная теория, но у нас нет команды проверить ее.
– Только что я столкнулся с киллером в Ориндж-Бич. Он пытался застрелить Миган Ланкастер.
– Не знаю, что там у вас происходит, черт возьми, но факты свидетельствуют о том, что к делу Джошуа Карауэя это не имеет отношения. Это не он напал на нее сегодня, и у нас нет данных, что он приложил руку к взрыву, от которого погибли Брюстеры.
– Это не может быть совпадением.
– Не спорю, но с Джошуа Карауэем это не связано. Приходится предположить, что дело касается Миган Ланкастер и Джеки Брюстер. Может, они во что-то вмазались. Миган ездит по всему миру по роду своей работы, у нее наследство бабушки, которое она могла вложить во что-нибудь законным или незаконным образом, чтобы иметь свою выгоду. Сам знаешь, такое случается на каждом шагу.
– Насколько мне известно, в данный момент никакой контрабандой или темными делишками она не занимается. Она со дня на день должна родить ребенка, и шансы укрыться от киллера тают на глазах.
– Мне неприятно говорить тебе это, Кромвель, но с арестом Джошуа Карауэя наши полномочия кончаются и мы больше не интересуемся Миган Ланкастер и положением дел в Ориндж-Бич. Мы действовали, пока подозревали, что Карауэй убрал свидетеля и приговорил Миган Ланкастер к смерти. Теперь он пойман.
– Не хочешь ли ты сказать, чтобы я ушел с работы?
– Я хочу сказать, что в ближайшее время ты должен закрыть эту операцию. У нас нет реальных оснований, чтобы продолжать ее.
– Но я не могу оставить Миган без защиты.
– Можешь пойти с ней в полицию, рассказать им все, что знаешь, и передать Миган под их охрану.
– Ты же знаешь, я не брошу это дело на полпути.
– Мы не супергерои, Кромвель. Мы не можем влезать в любое преступление, связанное с хорошенькой беременной женщиной, только на том основании, что мы защитим ее лучше, чем местные власти.
– А если они попросят нашей помощи?
– Если попросят, мы рассмотрим их просьбу.
– А тем временем Миган и ее еще не родившийся ребенок погибнут, – горячо проговорил он. – Вот что я скажу тебе, раз уж все идет к тому, что Бюро прекращает операцию, считайте меня в отпуске, пока я не найду человека, охотящегося на нее.
– Не знаю, что там у вас с этой женщиной, и знать не хочу. Я постараюсь пока не закрывать операцию. А потом делай как знаешь, но, учти, тебе придется оговаривать все с ней. Ты не сможешь действовать как агент ФБР.
– Понятно.
– Не давай этой женщине манипулировать тобой. Не все беременные святые.
– Это официальный совет?
– Нет, это мое частное мнение. Как официальное лицо я советую передать дело местной полиции и возвращаться.
– Я подумаю.
– Хорошо, не забудь известить меня.
– Обязательно. А сейчас мне надо бежать. Свяжусь с тобой утром.
Барт положил трубку. Будь у него хоть капля здравого смысла, он поступил бы так, как говорил его начальник, тем более что Миган больше не хочет оставаться здесь под его охраной. Однако, хочет она того или нет, он не бросит ее, пока не убедится, что она в полной безопасности.
Миган сидела на кровати, глядя в ночную тьму и обдумывая информацию, которую сообщил ей Барт. Это какой-то непрекращающийся кошмар. Она повернулась к нему.
– Если Джошуа Карауэй в тюрьме, что изменится, если я остановлюсь с ребенком в мотеле.
– Мое дело охранять тебя.
– Так тебе же лучше. На этом твоя работа заканчивается. – Для него это, может, просто работа, а она больше не хочет испытывать страх, который пережила сегодня. Слышать пистолетные выстрелы и не знать, жив он или валяется в луже крови, медленно умирая, и терзаться ужасной мыслью о том, что следующая очередь ее и ребенка.
– Кому-то нужна твоя смерть, Миган. Раз не Джошуа Карауэю, то, значит, кому-то еще. Если ты переедешь в мотель в Мобиле, это его не остановит.
– Все это выше моих сил, Барт. Я совсем разваливаюсь. Я ничего не хочу, только свернуться калачиком под простыней и спать.
– Вот и отлично. Утро вечера мудренее.
– Мы можем говорить до посинения, но толку не будет. Мы никогда не доберемся до какого-то фантастического заговора, приговорившего меня и Джеки к смерти. Кроме человека, сейчас сидящего за решеткой, ни у кого нет ни малейших причин убивать меня.
– У меня есть кое-какие соображения, план, который я хочу осуществить немедленно.
Она покачала головой.
– Утром, Барт. Если будет утро. А сейчас я хочу умыться, почистить зубы и завалиться спать. А если зазвонит телефон до десяти утра, я вырву провод с мясом.
Он взял ее за руку и приподнял. Ему не верилось, что еще сегодня вечером они танцевали на террасе Пенни. Что он целовал ее под сенью ветки омелы и все его тело трепетало.
Она посмотрела на него.
– Если мне еще раз доведется получить бумажку с предсказанием, что я встречу высокого, темноволосого красавца, я спущу это пророчество в туалет.
– Красавца? Ха-ха.
Она вымученно улыбнулась.
– Таков приговор дам на вечеринке.
– Посмотри на это с другой точки зрения. Сколько бы радостей ты потеряла, если бы мы не встретились.
– Радостей? Радости это когда находишь на распродаже потрясающее платье, в два раза дешевле первоначальной цены, или лихо скатываешься на лыжах с крутого склона. А когда за тобой гоняется безумец, чему же тут радоваться? Нет, я закрываю лавочку. И спускаю воду.
– Я согласен. Если мне гадалка предскажет встречу с милой, интеллигентной, красивой да еще и беременной женщиной, которая перенесет меня в фантастический дом в раю, я брошу бумажку под ноги и растопчу.
– Красивой? Ха-ха.
– Красавицей. – Он провел пальцем по ее щеке. – Если ночью я понадоблюсь, позови. Я сплю чутко.
Барометр страха опять подскочил.
– А ты не думаешь, что киллер вернется ночью?
– Едва ли. Думаю, что он за письменным столом, обдумывает новые планы. Но в любом случае двери и окна закрыты, а в доме слышен любой шорох. Можешь отдохнуть. Положись на меня. Я действительно чутко сплю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
