— Именно так. А теперь, почему бы тебе вкратце не рассказать мне, какова ситуация? — Даур дал Гаунту планшет с основным отчетом. — Я отправил всех Призраков, которые принимали участие в боевых действиях ночью, на отдых и пополнение припасов. Маршал Биаги хотел несколько человек, чтобы усилить патрули периметра, но Лорд Генерал Люго, кажется, думает, что нам сейчас нечего опасаться, так что он отверг это. Все в пунктах размещения, либо отдыхают, либо готовятся к приказам. Кроме тех, кто в госпитале.
— Сколько?
— Тридцать девять. Особенно много тяжелораненых из Одиннадцатого, включая Маккхефа, Сэйпса и Беула. И Маквеннер.
— Только не опять, не после Айэкса.
— На самом деле, нет. Он все еще не восстановился после ранений на Айэксе. Сорик случайно встретил его в битве ночью, и увидел, что ему очень плохо, поэтому он отправил его в полевой госпиталь. Дорден считает, что Вен слишком сильно напрягался, и у него открылось внутреннее кровотечение из нескольких старых ран. Несомненно, он в плохом состоянии.
— Насколько?
Даур пожал плечами. — Я не старший медик.
— Вен собирается умереть что ли?
— Возможно.
— Фес,— Гаунт снял фуражку и положил на стол рядом с ним. — Я пойду, проведаю его.
— Поторопитесь. Лорд Генерал вызывает весь старший офицерский состав на банкет ночью.
— Я думал, что на банкет обычно приглашают офицеров, а не вызывают.
— Я не верю, что есть варианты, сэр.
Гаунт помотал головой. Он не слишком дружил с офицерскими кадрами Люго. Он посмотрел на Даура. — Теперь я должен узнать остальные плохие новости. Сколько погибших?
— Тридцать два,— сказал Даур. Он передал другой планшет Гаунту. — Конечно, это не все еще.
У нас все еще двадцать ненайденных.
Погибшие Танитцы были записаны повзводно. Первые шесть были из взвода Гаунта, первого. Каждое имя, которое он читал, вызывало у него приступ боли, но он почувствовал облегчение. Ожесточенная схватка в здании была такой ужасной и жестокой, что он ожидал увидеть куда больше имен здесь. Он знал, что Белтайн, Ванетт и Старк выжили, потому что ушли с ним. И это означало, что Каобер, Версун, Мыска, Дерин, Нейт, Лайс, Бул, Маккан и еще восемь человек тоже выжили.
— Макколл сказал, что Каобер, Дерин и Лайс вывели всех в безопасность. Настоящее отступление с боем, хорошо организованное, несмотря на жестокую рукопашную схватку. Они ушли достаточно далеко, чтобы взвод Макколла прикрыл их. Он рекомендует всех троих представить к награде. Я лично говорил с Дерином. Звучит так, как будто там был настоящий ад.
— Везде был ад, не так ли?
Даур вздохнул. — Думаю так. Но у меня такое чувство, что ваше сражение в здании было самой худшей схваткой на близком расстоянии.
— Этого не должно было произойти. Если бы у нас были огнеметы, они никогда бы не подошли к нам вплотную.
— Вы знаете местные правила, сэр.
— Знаю их, ненавижу их, собираются биться, чтобы изменить их. Я не хочу, чтобы нас снова так застали. Когда будет следующая волна, мы должны быть готовы, и это значит, что огнеметы будут на передовой. Даур взял свой кофеин и отпил, гримасничая, когда понял, что он холодный. — Следующая волна? Вы на самом деле думаете, что будет еще?
— У меня нет сомнений, Бан,— сказал Гаунт вставая. — У нас было несколько трудных часов, и я не хочу снова пережить их, но мы были бы дураками, если бы думали, что это и было внезапное мощное наступление. Основные силы приближаются. И они будут загружены под завязку.
— Ну, в этом всем может быть и положительная сторона, Гаунт.
Они подняли взгляд, когда Виктор Харк вошел в пристройку. Он остановился, чтобы подписать несколько списков, которые приготовил для него писец Муниторума, обменявшись несколькими словами с закутанным в робу, аугметированным чиновником, и затем быстро прошел внутрь.
— Вы отдохнули, сэр? — спросил Харк, отряхивая свой мундир и садясь напротив них.
— Вполне, спасибо, Виктор. Повоевал?
— В заключительной стадии. Достаточно, чтобы испачкать руки. Но не достаточно, чтобы заслужить награды. Хотя многие заслужили; у меня список.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— С нетерпением жду, чтобы прочитать его.
— У Лорда Генерала он тоже есть,— сказал Харк. — И ты в нем.
— Я? — сказал Гаунт.
— Вы оба. Калденбаху и Биаги достались все почести за то, что они выиграли битву, но Люго хочет упомянуть в списках отличившихся тебя и всех остальных старших офицеров – как Танитцев, так и Цивитасцев – которые вступили в бой с самого начала. Из-за твоих действий, говорит Лорд Генерал, уже не осталось никаких битв, чтобы в них победить. Он собирает банкет, чтобы раздать награды. Гаунт собирался выдать резкий ответ, но увидел, каким взволнованным и обрадованным выглядел Даур, и вместо этого промолчал. У него не было желания, чтобы такие, как Люго награждали его, но люди, как Даур, Роун или Корбек заслуживали признания. Самое фесово время.
— Что ты имел ввиду, когда сказал, что в этом может быть и положительная сторона? спросил он.
— Астропатические сигналы от флотилии с подкреплением, только что получены. Я взял на себя привилегию подписать их и передать Люго. Наше пополнение должно быть тут завтра на рассвете, если позволит варп. Девять доверху нагруженных оружием и медицинскими припасами кораблей Муниторума, три полка Тяжелой Пехоты Хана, и Арделианская танковая рота из Сан Велабо. Еще сказали, что недалеко корабль Флота Механикус, везущий плазменные реакторы средней мощности, чтобы запитать городской щит. Плюс еще пять боевых кораблей и авианосец из флота Сегментума. Через два дня Херодор станет гораздо более крепким орешком.
— В самом деле, положительная сторона. Что о перемещениях врага?
Харк пожал плечами. — Ничего. Прошлой ночью зонд улетел к Хану VI, согласно сообщениям.
Их станции дальнего обнаружения решили, что засекли боевую флотилию, движущуюся в нашу сторону. Оказывается, что это флотилия кораблей пилигримов из системы Хагии. Гаунт взял фуражку и одел. — Думаю, что я более счастлив, чем пять минут назад. Я буду в лазарете, если кому-нибудь понадоблюсь.
— Торжественный прием начнется в 20.00, сэр,— напомнил ему Харк.
— Я не опоздаю.
Гаунт оставил Даура и Харка разговаривающими друг с другом, и захромал через тихий командный центр. У двери он встретил Сержанта Мерина, который заходил внутрь. Мерин резко отдал честь.
— Вообще-то, я искал Комиссара Харка, сэр.
— А я не смогу тебе помочь?
— Я бы не хотел беспокоить вас, сэр,— сказал Мерин.
Главный пункт размещения Танитцев был в схоламе на тринадцатом уровне третьей башни улья. Общежития с двухъярусными кроватями были очищены для размещения солдат-иномирцев. Жалюзи были опущены, люминесцентные лампы выключены, и дым от сигарет с лхо наполнял тусклое пространство.
Сорик захромал по проходу между кроватей в общежитии номер пять, обмениваясь тихими приветствиями с теми, кто не спал. Многие были просто в отключке, свернувшись на своих койках, все еще в одежде, и грязи, и высохшей крови, оставшихся с предыдущей ночи.
Сорик и сам очень устал, но он, так же, был обеспокоен и не мог уснуть. Его отсутствующий глаз отдавался болью, как ублюдок.
— С вами все в порядке, шеф? — окликнул его Корбек. Сорик остановился и затопал к койке Корбека.
— Нормально, Колм. Все отлично. Ты меня знаешь.
— В самом деле,— сказал Корбек. Он лежал, вытянувшись в нижнем белье на своей койке, но сейчас он сел и вытащил флягу.
Он предложил ее Сорику, тот взял ее и сел на край койки.
— Отличная штука,— сказал он, облизывая губы и возвращая фляжку. — Хотя почти уверен, что это не сакра? — Это было то, что Призраки начали называть: сакра. Несколько человек, и множество маркитантов и торговцев, сопровождающих полк, стали очень хорошо делать любимый Танитский ликер. Но никто из них не умел делать так же, как оплакиваемый Брагг. Его пойло было всегда самым лучшим.
Ходили слухи, что пойла Брагга осталось несколько фляжек. И эта штука, как какой-то мифический реликт, называлась сакрой.
