Читаем без скачивания На два мира 2 (СИ) - "Snejik"

— Нет, — ошарашенно посмотрел на Ив Стив.

— Тогда ты никому ничего не должен, кроме себя. Стив, — она порывисто повернулась к нему, от чего все ее кружева качнулись на ветру, и заглянула ему в глаза, — позволь себе быть собой, а не тем, кем тебя заставили быть.

— Но я сам хотел этого, — попытался возразить Стив. — Я мечтал пойти на фронт, чтобы воевать на благо отечества…

— Баки рассказывал, как ты спас его, — перебила его Ив. Они все еще стояли на холодном весеннем соленом ветру. — Ты нарушил все приказы, перестал быть чьей-то куклой ради него. Но не ради себя, — Ив заглянула ему в глаза, почти запрокинув голову. — Ты сделал ради друга все, что было в твоих силах. Теперь пора помочь самому себе.

— Помочь самому себе? — переспросил Стив. — Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, нарисовать этот чертов вид, который тебя так манит. Просто посидеть здесь, почувствовать бриз, который бьет не только в лицо, но и в легкие. Забыть о войне. Война убивает, — Ив посмотрела ему в глаза своими странными, почти черными, но не от возбуждения или страха, глазами. — Война убивает все лучшее, что есть в людях, она способна убить все: честь, верность, благородство, добродетель, желание, сострадание. Все, останется только война, которая состоит только из крови и грязи, больше не из чего. Только кровь и грязь, Стив. А еще предательство и подковерные игры. Война не для тебя.

Ив вытянула свои руки так, чтобы коснуться прохладными ладонями щек Стива и потянула его на себя, так, чтобы он склонился к ней.

— Ты не для войны, — выдохнула она ему в губы и чуть-чуть, едва заметно коснулась их, только обозначая поцелуй, отходя на шаг. — Ты для любви.

И Стив не выдержал, прижал ее к себе страстно, забыв о том, что женщина может быть хрупкой и сломаться в его объятиях, впился в губы болезненным, жадным поцелуем, и ему ответили. Так, как не отвечали никогда: жарко, полностью отдаваясь его власти, но при этом направляя, зная, как будет лучше и правильнее, приятнее. От чего страсть разольется по жилам огненным потоком, сметая все на своем пути.

Ив выгнулась в его руках, тихо застонав ему в губы, в этот дикий поцелуй. Потянулась к нему, прижимаясь, словно укутываясь в его объятиях, пытаясь провалиться в него самого.

— Ив… Ив… — Стив шептал, не разбирая, куда целует ее: в губы, в шею, вылизывает мочки ушей, обводит кончиком языка раковину и снова припадает к розовым губам. Он пил поцелуи, словно воду, и не мог напиться, как путник в пустыне, нашедший оазис.

— Чшшшш… Тихо, — Ив обняла его за шею, притягивая к себе, прижимая к груди голову, от чего Стиву пришлось нагнуться, почти сложившись пополам. — Ты не хочешь делать этого здесь.

— Не хочу, — качнул головой Стив, прижимая ее к себе, вдыхая цветочный запах, и внезапно предложил: — Пойдем ко мне? Я никогда….

— Шшшшш, — Ив приложила палец к его губам, призывая молчать, и взяла за руку. — Я все тебе расскажу.

Они ввалились в квартиру Стива в Бруклине, недалеко от жилища Баки и Брока, яростно целуясь, почти сдергивая с себя одежду, и Стив отметил, что Ив отличалась завидной силой, потому что она хорошо припечатала его к стене, когда стекла вниз, заглатывая его член, сразу беря до горла. Умело, грамотно и до одури приятно. Она умудрялась ласкать языком головку и уздечку, а потом резко насаживаться до горла, и когда Стив застонал, позволила ему кончить себе глубоко в горло.

Он потянул ее вверх для поцелуя, и она легко поднялась, щедро делясь с ним его вкусом.

— Кровать? — спросил Стив, подхватывая Ив на руки, от чего она заболтала ногами и засмеялась, соглашаясь.

Он уложил ее на чистые белые простыни простой кровати и лег, накрывая собой. Его член снова стоял, до боли, до черных пятен перед глазами, но он все равно не смел взять это столь щедро предложенное, идеальное тело.

— Давай, — попросила Ив, чуть подавая бедрами, — ну же…

И Стив не выдержал. Даже у суперсолдата был предел прочности. Он честно пытался быть нежным, но желание захлестнуло его, и он вбивался в Ив, казалось, даже делая ей больно, но она только стонала от удовольствия, цепляясь руками за его широкую сильную спину, пока он брал ее, доводя их обоих до исступления, до полной потери связной мысли и ощущения реальности.

Он повалился на Ив с громким стоном, уже кончив, продолжая вбиваться в нее. Его трясло от наслаждения, от того, что он вкусил впервые с женщиной, которую, считай и не знал вовсе, и это казалось ему еще более сладким, потому что было вбито матерью, как запретный плод.

— Ив… — прошептал он ей на ухо, не собираясь выпускать из объятий или откатываться в сторону, чтобы дать вздохнуть. — Теперь я должен на тебе жениться.

— Дурак, — улыбнулась ему в губы Ив, легко выдерживая его вес. — Теперь ты должен нарисовать мой портрет на фоне тех домов, которые ты мне показывал.

— Обязательно нарисую, — пообещал Стив. — Теперь — обязательно.

Они лежали на смятых белых простынях, и Ив выводила пальчиком узоры на его широкой груди. Она была теплой и податливой, как воск, но что-то в ней было странное, словно этот воск окутывал собой вольфрамовый стержень, который способна расплавить не каждая печь.

— Кто ты на самом деле? — спросил Стив, целуя Ив в макушку, ее голова приятно лежала у него на плече, а светлые волосы щекотали лицо.

— Я? — она приподняла голову, вглядываясь ему в глаза. — Ты не хочешь этого знать, Стив. Не порти себе ночь.

И он не стал портить, больше не задав ни единого вопроса, кроме того, как она хочет. И Ив говорила не стесняясь, направляла его, учила, как будет приятно обоим. Она казалась такой маленькой и хрупкой, но была сильна и вынослива. Она перехватывала инициативу легко, когда он терялся, и тут же отдавала, как только Стив понимал, чего от него хотят. Это было невероятно, крышесносно и просто невозможно. Стив не мог поверить, что разделил постель с женщиной, на которой не надо было жениться, которая показала ему, что значит наслаждение, и которая от него ничего не хотела, кроме него самого.

Утро подкралось на мягких лапах слишком близко и слишком рано. Он не ожидал, что ночь, обычно длящаяся бесконечно, когда он лежал без сна, глядя в белый потолок, может пролететь так быстро, стремительно, оставив столько ярких воспоминаний.

— Мне пора, — грустно улыбнулась Ив, подбирая свою одежду, нещадно раскиданную по всей квартире. — Мы встретимся завтра вечером, если захочешь, у Баки. И ты обещал нарисовать меня.

Стив, чувствуя себя до идиотизма неловко, провожая даму в неглиже, но Ив настояла, что ее не нужно провожать, она сама доберется до отеля, в котором жила.

Когда она ушла, за окнами серой дымкой забрезжил рассвет, и Стив впервые в жизни был рад бессонной ночи, проведенной, как бы он решил раньше, впустую. Но не сейчас.

Он перебирал в памяти их с Ив страстные стоны, когда она легко отдавалась ему, невероятно выгибаясь и сжимая в себе, словно в тисках, но так приятно, что голова шла кругом. Как она легко перевернула его, уложив на спину, и оседлала, кладя одну его руку себе на грудь, а другую на ягодицу, предлагая задавать свой темп. И он задал. Бешеный, невероятный, он сам от себя такого не ожидал, но Ив только вскрикивала на каждом толчке и прогибалась, сжимая его руку на своей груди.

Стив подумал, что теперь понимает Баки, который нашел не только идеального партнера, но и идеальную партнершу, которую не хотел отпускать. Стив бы тоже не хотел отпускать от себя Ив, но понимал, что они друг другу ничего не обещали, да и в ее мире ее ждут те, кого она любит и к кому стремится. Эта мысль кольнула сердце болью, и он отогнал ее, стараясь вообще ни о чем не думать, лежа на сбитых, пахнущих Ив простынях.

“Кажется, я понял вас с Броком.” получил утром смс Баки.

========== Глава 10 ==========

Днем позвонил Стив и сказал, что Фьюри согласен на встречу на их условиях, а местом выбрал базу ЩИТа в Нью-Йорке. Не то, чтобы Злата не ожидала такого решения, но ее бы больше устроила встреча в тихом ресторане, чем в сером безликом кабинете, напичканном жучками всех мастей под самый потолок. Но они сами предложили ему выбирать место, и было бы странно, если бы Фьюри захотел встретиться где-то еще, а не в родных стенах. Баки настаивал, что они пойдут вместе, что должны присутствовать, на что Злата заметила, что они, вообще-то, на этого мужика работают, и выглядеть это будет ну очень странно. Словно их действительно околдовали.