Читаем без скачивания Золото Бургундии - Алексей Алёшко

— Маррия, я тебя льюблю, — произнёс Шарль и выразительно посмотрел на Марию.

— Грех смеятся над бедной сиротой, — сказала Маша.

— Я не шуччу, Mon ami, — возмутился Де Понтарлье.

— Ладно, потом дораскажешь свои чувства, уже поздно и пора спать…

В эту ночь он пришёл к ней…и она приняла его. Француз давно будоражил её, заставляя учащённо биться сердце, от одного его вида. Чёрные, как вороново крыло, волосы, кудрями ниспадающие на плечи, тонкий прямой нос, серые с голубизной глаза, чувственый рот, тонкие черты лица, говорившие о происхождении, бледноватая аристократическая кожа, словно бархат.

Они занимались страстью вплоть до рассвета, переплетаясь в единый комок чувств, взрываясь всплесками энергии, неистово любя друг друга. Потом они долго лежали, усталые, разомлевшие от страсти, которая полностью их поглотила. Шарль, попытался что-то сказать, но Мария накрыла его рот ладошкой. Это была её первая ночь с мужчиной, превратившая её в женщину, познавшую таинство страсти.

— Не надо ничего говорить, — попросила она Шарля, заметив, что он, приподнявшись на локте и рассматривая её, хочет что-то сказать — я все понимаю.

Утром в имение приехал барин — Павел Владимирович Трегубов с женой, детьми и челядью. Войну он переждал в Санкт-Петербурге, в своём особняке на Мойке, отправив сына воевать с французами. Для войны он уже был слишком стар, в свои пятьдесят восемь лет, но честно служил царю и отечеству, занимаясь вопросами ополчения. Его приезд наделал много шума среди жителей деревни, все готовились встречать барина.

Подъехав к крыльцу своего дома, он с женой вышли из коляски, встречаемые приветственными возгласами дворни, и приняв хлеб-соль, поднялся на крыльцо.

— Мы победили, — провозгласил он, — отстояли нашу матушку — Русь. Ура!

Крестьяне радостно кричали «Ура!» и подбрасывали в воздух свои шапки. Лишь один человек, стоящий перед барским домом, не разделял всеобщей радости. Это был капитан французкой армии граф Шарль де Понтарлье, лицо которого хранило каменное выражение.

Трегубов заметил француза и спросил у стоящего рядом старосты — кто это такой?

— Это, Ваша милость, пленный француз, был ранен вот и прижился до выздоровления.

— Проси его ко мне через часок, — дал распоряжение барин, проходя внутрь здания. Имение уже было приведено в порядок к приезду хозяев. Были вставлены новые двери и стекла, все внутренние покои были вычищены, остатки мебели — расставлены. При французах здесь находился штаб пехотной дивизии, и они использовали часть мебели и книг для растопки каминов.

Через час француз предстал перед Трегубовым. Он был в своей форме с наградами. Молодой французский офицер выглядел в форме весьма импозантно.

— Здравствуйте, сударь, — приветствовал Шарль Павла Владимировича.

— Добрый день, — ответствовал Трегубов, — с кем имею честь.

Их разговор происходил на французском языке, привычном им обоим.

— Капитан граф Шарль де Понтарлье.

— Трегубов Павел Владимирович. Прошу садиться, — жестом указал на софу Трегубов. Не желаете ли кофею.

— Буду весьма признателен.

— Мария, — позвал барин. При упоминании имени Мария, француз вздрогнул и устремил взор на открывающуюся дверь залы.

Мария зашла павою, поклонилась Трегубову и спросила.

— Звали меня, Павел Владимирович.

— Да, Машенька, распорядись, чтобы нам кофею подали и… Водочки с закусочкой.

Когда Брусникина вышла, они продолжили беседу.

— Сейчас всех пленных отправляют на родину, во Францию. Уездные начальники проводят перепись и отправляют команды.

— Да, сообщите обо мне, пожайлуста, воинскому начальнику.

— Не примину этого сделать, — подтвердил Трегубов, — как Вам здесь, граф, жилось, позвольте полюбопытствовать. Не в претензиях ли?

— Нет, сударь, какие могут быть претензии. Меня ваши крестьяне спасли от верной смерти, когда я раненный замерзал на дороге. Искренне был тронут их добротой и заботой.

— Да, сударь, таков он наш народ…

Вошла Мария, принеся хрустальный графин с водкой и поднос с закусками.

— Кофей будет скоро готов, позднее поднесу.

— Спасибо, Маша. Ступай.

Перед тем как выйти, Маша мельком взглянула на Шарля и уловив на себе его взгляд, зарделась и поспешила выйти из комнаты.

— Прошу, сударь, отведать, — сказал Трегубов, разливая водку в хрустальные рюмки. Вот и закусочка: маринованные грибочки, солёные огурчики и помидоры. Лучше закуски и не сышешь. А водочкой у нас не баловались? — поинтересовался Павел Владимирович.

Шарль не стал отпираться, сообщив, что водку пробовал, но столько сколько русские выпить не может. Во Франции предпочтение отдаётся вину, коньяку.

— Знаем, сударь мой, знаем. Сам шампанское иногда не против выпить, но с русской водкой ничто в сравнение не идёт. Перед обедом рюмочку — другую для аппетита — сам бог велел.

Чокнувшись и выпив по рюмке они закусили незамысловатой закуской.

— А позвольте полюбопытствовать, сколько Вам лет, — спросил Шарля Трегубов.

— Минуло двадцать четыре, — ответил француз. Я служил в кавалерии маршала Мюрата, командовал эскадроном, был представлен к повышению за Бородино. Ах, простите.

— Нет ничего, мы с Вами сейчас общаемся как знакомые, отнюдь не враги. Война уже в прошлом. Мирно беседуя, они не знали, да что там не знали, даже не подозревали, что скоро они опять будут по разные стороны поля битвы, опять будет литься русская и французская кровь на полях сражений, во исполнение замыслов великого честолюбца — Наполеона.

Трегубов познакомил де Понтарлье со своей супругой — полноватой барыней Дарьей Петровной. Та пришла в восторг, узнав что пленник не простой солдафон, а офицер, знатного графского рода и засыпала его вопросами о нравах Парижской жизни, о моде. Шарль рассказал о Наполеоне и Жозефине, о вельможах, которых он видел каждый день, являясь гвардейским офицером дворцовой охраны. Старый барин только посмеивался в густые усы и старался по-чаще разливать водку в рюмки, благо Дарья Петровна была увлечена светской беседой и не препятствовала ему.

Поздно вечером, разомлевшие от выпитой водки и сытного обеда, они разошлись, пожелав друг другу доброй ночи.

Шарль попытался найти Марию, но не смог и отправился почевать в отведеннуюему комнату.Хлебосольный Трегубов предоставил свой дом в распоряжение капитана,попросив его обходиться без стеснений.

На следующий день в имение прибыл воинский начальник, занимающийся сбором и отправкой пленных во Францию. Шарль был ему представлен. Пожилой полковник, выслушав капитана, сообщив ему, что в с самом скором времени он будет отправлен вместе с другими пленными, собранными по губернии, на родину. А сейчас он вынужден препроводить его на сборный пункт, в губернский город.

— Прошу Вас, господин полковник, разрешить мне попрощаться с приютившей меня хозяйкой дома.

— Я не возражаю, извольте.

Шарль де Понтарлье попросил позвать Марию Брусникину.

В залу вошла Мария. Полковник пристально посмотрел на девушку, затем на француза и очевидно, что-то поняв, усмехнулся в усы. Брусникина подошла к Шарлю и остановилась в несколькиг шагах от него.

— Прошу Вас, переведите, то что я буду говорить Марии, — попросил Шарль.

Шарль пытался ей обяснить в чем дело, но его познаний в русском языке явно не хватало. Тогда он обратился за помощью к Павлу Владимировичу.

— Прошу Вас, переведите, то, что я буду говорить Марии, — попросил Шарль, — это очень важно, а я знаю всего несколько слов по-русски.

— Не беспокойтесь, мой друг, я переведу все, что вы скажете в точности.

Шарль начал говорить.Мария стояла напротив него и внимательно смотрела ему в глаза.

— Я должен уехать, Мария, пойми. Но я скоро вернусь, улажу свои дела во Франции и вернусь. Верь мне. Я люблю тебя, и хочу чтобы ты стала моей женой. Мы будем счастливы. Возьми эту пластину — это семейная реликвия. На этом вот листке, я написал тебе кое-что на французском. Храни. Я всегда возил эту пластину собой, и как и все мои предки, не расставался с ней. С ней связана очень важная тайна, которая передавалась в нашем роду из поколения в поколения. Я вернусь и заберу тебя с собой. Верь мне.

— Да…, я вижу ты не терял времени дружок, — протянул старый барин. Мария, что ты скажешь?

— Я люблю его, — сказала Мария и заплакала. Люблю.

— Мсье, прошу Вас, заклинаю всеми святыми, побеспокойтесь о Марии до моего приезда.

Раздались всхлипывания: это плакала Дарья Петровна, вытирая платочком слезы.

— Езжай, Шарль,и не волнуйся, — растроганно произнёс Трегубов. Мы с женой любим Машу и присмотрим за ней.

Маша подошла к Шарлю, обняла его и страстно поцеловала в губы, затем отвернувшись от него и плача, быстро побежала в дом…

22. Алексей и Ирина.

Каждый вечер, начиная с того памятного концерта Маликова, Алексей провожал Ирину домой. Когда во время прогулок по городу или в кафе он замечал взгляды мужчин, бросаемые на его спутницу, ему становилось с одной стороны и приятно, что мужчины заглядываются на красивую молодую девушку, которая отдала ему предпочтение, а с другой стороны, ему хотелось просто их разорвать, чтобы они на неё не заглядывались. Все было правильно, в нем проснулся инстинкт собственника, заложенный в мужчинах матерью природой вместе с чувством ревности.