Я бросился к Эвре показать свой новый наряд. Он согласился, что наряд замечательный, но поклялся, что никогда не просил Труску помочь мне. Сказал, что либо Труске смертельно надоел мой старый костюм, либо мистер Джутинг попросил ее переодеть меня, либо она сделала это потому, что я ей понравился.
— Ничего я ей не понравился! — закричал я.
— Труска влюбилась в Даррена! — стал дразнить меня Эвра. — Труска влюбилась в Даррена!
— Замолчи, жалкая ползучая рептилия! — завопил я.
Он засмеялся — видимо, я его не обидел.
— Даррен с Труской сидят на дереве, — запел он, — це-лу-ют-ся. Сначала любовь, потом колечко с сапфиром, а потом коляска с маленьким вампиром!
Я зарычал, прыгнул на него, прижал к земле и не отпускал, пока Эвра не запросил пощады.
Потом Эвра снова занялся змеей, а я вышел из палатки и приступил к нашим обязанностям. Мне пришлось, как следует попотеть, ведь я работал за двоих — за себя и за Эвру. Из-за этого, а также из-за того, что у меня появился новый наряд, я совсем забыл о Р. В. и о том, что хотел рассказать мистеру Длинноуту об угрозах этого защитника природы и его стремлении расследовать случаи пропажи животных с ферм.
Если бы я не был таким забывчивым, может быть, все вышло бы совсем по-другому и тогда, наверное, не было бы крови и слез.
ГЛАВА 24
К вечеру я уже с трудом держался на ногах. Работа в конец меня измотала. Эвра предупредил, чтобы я не спал сегодня ночью с ним в палатке: из-за болезни змея была в дурном расположении духа и могла укусить. Поэтому я отправился в фургон к мистеру Джутингу и постелил себе на полу возле клетки с мадам Октой.
Заснул почти мгновенно.
Через некоторое время что-то попало мне в горло, я закашлялся и проснулся.
Кто-то наклонился надо мной с маленькой бутылочкой в руках и пытался влить мне в рот какую-то жидкость. Я в ужасе решил, что это мистер Карлиус!
Я отгрыз горлышко у бутылки, порезав при этом губы и расплескав почти все содержимое. Незнакомец выругался, схватил меня за подбородок, силой открыл мне рот и попытался влить в него оставшуюся жидкость, но я выплюнул ее.
Незнакомец снова выругался, потом отпустил меня и отшатнулся назад. Постепенно я пришел в себя и увидел, что это вовсе не мистер Карлиус.
Это был мистер Джутинг.
— Черт! Что вы хотели со мной сделать? — закричал я.
Я был так зол, что даже не ощущал боли от порезов на губах.
Он показал мне то, что осталось от бутылочки… одной из тех бутылочек, в которых он хранил человеческую кровь.
— Вы хотели напоить меня кровью! — ужаснулся я.
— Тебе это необходимо, — рассудительно сказал мистер Джутинг. — Ты слабеешь на глазах, Даррен. Если ты и впредь будешь отказываться, то умрешь не позже чем через неделю. Раз уж ты сам боишься пить человеческую кровь, придется напоить тебя насильно.
Я злобно посмотрел на него. Кажется, ему стало неловко, и он отвел взгляд.
— Я пытался помочь тебе, — сказал он.
— Если вы еще хоть раз попытаетесь это сделать, я вас убью, — медленно произнес я. — Подожду, когда вы ляжете спать, а потом подкрадусь и отрублю вам голову.
Он понял, что я говорю серьезно, и мрачно кивнул.
— Больше не буду этого делать, — пообещал вампир. — Я знал, что, скорее всего, ничего не выйдет, но надо было хотя бы попытаться. Если бы ты проглотил хоть каплю, это поддержало бы тебя, к тому же, может быть, раз попробовав, ты перестал бы так бояться человеческой крови.
— Я никогда ее не попробую! — завопил я. — Я не стану пить человеческую кровь. Скорее умру, чем сделаю это. Не стану пить.
— Что ж, ладно, — вздохнул мистер Джутинг. — Я сделал все, что мог. Если ты продолжаешь упорствовать в своей глупости, будь по-твоему.
— Это не глупость… Я просто хочу быть человеком, — сказал я.
— Но ты не человек, — тихо отозвался он.
— Знаю. — Но я хочу им быть. Хочу быть как Сэм. Хочу, чтобы у меня была семья и друзья. Хочу взрослеть, как все нормальные люди. Я не хочу всю свою жизнь пить человеческую кровь и чувствовать себя чудовищем, бояться солнечного света и охотников за вампирами.
— Сожалею, — сказал мистер Джутинг, — но тебе придется жить именно так.
— Ненавижу вас! — прорычал я.
— Сожалею, — снова сказал он, — но тебе придется часто общаться со мной. Впрочем, если это тебя утешит, — добавил он, — то я тоже от тебя не в восторге. Я совершил самую страшную ошибку в своей жизни, превратив тебя в полувампира.
— Так почему бы в таком случае не отпустить меня? — простонал я.
— Не могу. Я бы давно это сделал, если бы это было в моих силах. Конечно, ты всегда можешь сам уйти.
Я с подозрением покосился на него.
— Правда?
— Правда, — заверил вампир. — Я не против. Честно говоря, я бы очень хотел, чтобы ты ушел. Тогда мне не нужно будет отвечать за тебя. И я не увижу, как ты умрешь.
Я медленно покачал головой:
— Я вас не понимаю.
Он улыбнулся почти что по-доброму:
— А я — тебя.
Мы засмеялись, и все встало на свои места. Мне не понравилось, что мистер Джутинг пытался влить в меня кровь, но я понял, почему он хотел это сделать. Невозможно всерьез ненавидеть того, кто на самом деле хочет тебе помочь.
Я рассказал ему, чем занимался весь день, о том, как мы с Сэмом ходили на заброшенную железнодорожную станцию и как он спас мне жизнь. А еще о том, как мы с Сэмом чуть было не стали кровными братьями.
— Хорошо, что ты вовремя остановился, — сказал мистер Джутинг.
— А что бы случилось, если бы я не остановился? — спросил я.
— Твоя кровь растворилась бы в его крови. Ему бы стало нравиться сырое мясо. Он стал бы отираться возле мясных лавок, засматриваться на витрины. Он бы взрослел чуть медленнее, чем остальные. Не то чтобы он сильно изменился, но этих перемен хватило бы.
— Хватило бы для чего?
— Для того чтобы Сэм сошел с ума, — ответил мистер Джутинг. — Он был бы не в состоянии понять, что с ним происходит. И решил бы, что он — порождение зла. Ему было бы невдомек, почему его жизнь вдруг так изменилась. А лет через десять он превратился бы в настоящего сумасшедшего.
Я содрогнулся, представив, что чуть было не испортил жизнь Сэму. Именно поэтому мне лучше остаться с мистером Джутингом — по крайней мере, до тех пор, пока я не научусь быть настоящим полувампиром.
— Вам нравится Сэм? — спросил я.
— Я его почти не видел, — ответил вампир. — Он ведь приходит днем. Но, судя по всему, он славный парень. И очень способный.
— Он помогает нам с Эврой в нашей работе, — сказал я.
— Я знаю.
— Он умеет работать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
