(Портос в романе А. Дюма недоумевал, зачем его посылают убивать французов-гугенотов, единственной виной которых является только то, что они поют по-французски те же псалмы, которые французы-католики поют по-латыни).
Христианизация славян
Любой прилежный ученик средней школы знает историю возникновения славянской письменности и крещения Руси. Два брата-славянина, монахи Кирилл и Мефодий, приглашенные из Греции в Моравию, заслужили себе славу созданием славянской азбуки — кириллицы. Они перевели на славянский язык богослужебные книги и Священное писание, подготовив принятие славянскими народами христианства.
Из этого традиционного описания можно понять, что проповедовали они в духе восточной церкви и были ее представителями.
Но это не так. Факты говорят о другом.
Братья действительно были славянами, родились они в македонском городе Солуни (ныне Салоники). Но из этого вовсе не следует, что они были адептами патриаршества.
Начав славянскую проповедь в Моравии, они были вынуждены бросить дела и по требованию римского понтификса Николая ехать… в Рим. Поитификса возмутило, что они в своей миссионерской деятельности пользуются не латынью, а славянским языком. Если бы братья принадлежали юрисдикции царьградского патриарха, с чего бы им отправляться в дальний путь оправдываться перед чужим начальником? Но они не только поехали, а для смягчения гнева владыки Ватикана повезли с собой открытые ими в Херсонесе мощи святого Климента. Причем не спросив на то разрешения у византийского патриарха — случай вообще неслыханный.
Кстати говоря, византийские богослужения велись на греческом или библейском языках. Славянский тоже был под запретом, но патриарх за это братьев не ругал, потому что они ему не подчинялись.
В Рим братья прибыли в 869 году. За время их пути Николай преставился, а новый понтифике, Адриан II, обрадовавшись мощам, не только принял братьев ласково, но и почел их деятельность как славянских миссионеров полезной. Мефодий был рукоположен им и стал архиепископом Моравским, а Кирилл (Константин) — епископом.
На этом деятельность Кирилла закончилась, поскольку он заболел и вскоре умер (14 февраля 869 года). Он похоронен в Риме, рядом с привезенными им мощами св. Климента.
Рим, чтобы уменьшить влияние Византии в примыкающих к ней землях и «оттянуть» их к себе, разрешил богослужение в этих землях на местных языках, для того и создавали Кирилл и Мефодий славянскую азбуку. В тех же целях новообращенным христианам разрешено было сохранять свои языческие имена.
В германских (романских) землях службы проходили все же только на латыни и древнееврейском языке, и германцы, надо сказать, чинили Мефодию изрядные препятствия.
Обо всем этом можно прочитать в учебнике И. Беллярминова (издан в начале XIX века, переиздан в 1993 году). Удивляет утверждение ученого о том, что Священное писание было переведено для Руси с греческого языка. Наличие в нашем Священном писании Третьей Книги Ездры, которая присутствует в Вульгате (Библии на латыни), но которой нет в греческом и еврейском ее варианте, говорит о том, что наше Священное писание переводилось изначально с латинского, а не с греческого образца. Канонической считается Первая Книга Ездры, Вторая существует только на греческом языке, Третья — только на латыни. С нее и сделан перевод первого варианта Библии на старославянский язык.
Так Россия приобщилась к христианству с Запада, от Рима, и превратилась со временем в униатское государство, вынужденное платить Ватикану дань (подробнее об этом в главе «Басурманы красной звезды»).
Календарь, основа богослужения, был у нас латинский, а не греческий. Уж не говоря о названиях месяцев (в Византии они были другие), начало года было у нас как на западе — в марте, а не в сентябре, как у греков.
Из-за этого есть определенная трудность с хронологией России. Нужно постоянно выяснять, по какому стилю идет датировка — мартовскому, сентябрьскому или супермартовскому. При «плавающем» начале года не ясно, когда начинать свой год. Например, у византийцев идет 5600 год по сентябрю, значит, в августе это еще 5599 год. Если хронист связан с византийскими документами, он новый, 5600 год начнет со следующего марта, а на самом деле, по нормальному мартовскому стилю, август 5599-го есть уже 5600 год.
Моравское княжество 830–906 годов. Объединяло славянские племена, жившие в том числе и на землях, ныне принадлежащих Германии, Австрии и Венгрии. Здесь князем Ростиславом создавалась самостоятельная церковная организация для славян, в рамках которой действовали папские легаты Кирилл и Мефодий
Еще одно подтверждение римской основы нашей веры заключается в том, что имена первосвятителей Ольги и Владимира остались языческими. Это могло быть только при принятии крещения по западным правилам (более поздняя традиция называет и их греческие имена). Если посмотреть на нашу историю, сразу бросается в глаза — то имена князей сплошь языческие: Владимиры, Ярославы, Святославы… А то исключительно византийские: Василии, Иоанны, Михаилы.
Нестойкость веры легко объяснима, ведь христианской была только верхушка, но не народ. Еще в XVI веке церковь боролась с остатками язычества, пронизывавшими большинство российского населения. Правящая же верхушка страны (причем страны, достаточно тогда слабой) примыкала то к Восточной, то к Западной империи и в зависимости от этого придерживалась того или иного обряда.
В русской церковной службе, несмотря на наличие греческих слов, принятых русским языком после окончательного введения на Руси православия в XV веке, сохранилось немало слов латинских со времен более ранних.
Слово «пост» немецкого происхождения.
Процесс христианизации стран Европы произошел почти синхронно за двести лет и практически везде по западному образцу. Середина IX века — Дания и Богемия, конец того же века — Швеция; X век — Польша, Россия, Норвегия, Венгрия; а на севере Германии еще и в XI веке христианство не победило.
Ложны, на наш взгляд, утверждения о христианизации Исландии и Гренландии за четыреста лет до усовершенствования компаса Флавием Джойя (начало XIV века), без которого регулярных плаваний для миссионерской деятельности быть не могло. Вообще, встречая сообщения о христианизации «норманнов», нужно быть очень осторожным. «Норманн» по-немецки значит «северный человек», тогда и француз по отношению к итальянцу — норманн.
Мало кто знает, что во многие европейские страны христианская вера приходила (и менялась) вместе с христианками — женами правителей. Так, немецкий летописец епископ мерсебургский Титмар сообщает о польских событиях. В 965 году князь Мешко II женился на Домбровии, дочери богемского князя Болеслава I Жестокого (Грозного), которая была христианкой, причем принадлежала к греческому обряду. На втором году совместной жизни она уговорила мужа тоже принять христианство. Перейдя в новую веру, князь стал добиваться того же от своих подданных, причем настолько варварскими методами, что заслужил похвалу летописца. А четвертая жена этого князя, Ода, дочь одного из германских маркизов, стала склонять его в пользу христианства по латинскому образцу — князь и на это согласился.
В Венгрии в 972 году князь Гейза взял себе в жены христианку Сарольту и под ее влиянием принял христианство. Правда, христианином он оказался никудышным, так как продолжал приносить и языческие жертвы. Когда епископ Бруно попенял ему за это, Гейза ответил, что он достаточно богат, чтобы приносить жертвы и тем, и другим.
(Заметим в скобках, что эта история — кстати, не единственная — разрушает легенды о сжигании ранних христиан язычниками. Язычник, многобожец, всегда с удовольствием добавит к своему пантеону нового бога; и зачем язычнику сердиться, если у Бога-Отца родился сын Иисус и какие-то люди славят этого сына? Зачем их сжигать? В обычаях всех людей — поздравлять с рождением ребенка, а не устраивать по этому поводу кровавые разборки).
Женщины более восприимчивы к христианству, чем мужчины. Возможно, это связано с присутствием в Евангелиях сюжета материнства. Жена одного из богемских князей за свою деятельность была канонизирована под именем святой Людмилы (имя, обратите внимание, славянское). Известно, что киевская княгиня Ольга крестилась, но не смогла заставить сделать это своего сына Святослава. Ему в общем-то было все равно, на могли возникнуть трения с дружиной.
Установление православия среди правящего класса России, в конце XV века (после ига), было связано с именем Софьи Палеолог, племянницы византийского императора и жены Ивана III (1440–1505), великого князя московского.
