Читаем без скачивания Оборотни - Эдди Шах

Ладно бы ужин, можно извинить, в конце концов, приезжего человека за отказ от домашнего стола. Но уж вовсе не простительно использовать ее дом как гостиницу.

Не будь порученное ему дело столь важным, она бы просто собрала его вещички и выставила перед входной дверью.

Отодвинув руку Гейри, она выскользнула из постели и завернулась в халат.

Эдем собирался войти в свою комнату, когда она вышла в коридор.

— Вернулись? — вопросительно сказала она, невольно чувствуя себя в роли воспитательницы, ищущей подход к непослушному ребенку.

— Вернулся, — ответил он. — Прекрасное место. Прекрасные развлечения… Особенно в „Сингинг кэнери“. — Так назывался ночной клуб на задворках Ла-Джоллы.

В руке он держал букет желтых и красных роз.

— Как красиво! — сказала она, смягчаясь при мысли, что это принесено ей в подарок.

— Вам нравится? Никогда еще девицы не преподносили мне розы. Очень дружелюбные люди у вас в Калифорнии. Очень славные. Спокойной ночи.

Прежде чем она смогла как-то отреагировать, дверь его комнаты закрылась. Она оказалась в дурацком положении. Ну в самом деле, какого черта этот грубиян станет приносить ей розы?

Миримарская дорога начинается в центральной части города Ла-Джолла. Его не следует путать с одноименной деревней, которая выходит на пляж к западу от города, касается его торговой части и достигает на востоке Миримарской военно-воздушной базы. Вдоль дороги на протяжении четырех миль тянутся блоки различных учреждений, банков, одноэтажных магазинов, выставочных залов и закусочных. Типичная коммерческая инфраструктура Соединенных Штатов, смесь городской неуклюжести, архитектурной неразберихи, современных стекляшек для торговли и тысяч рекламных щитов и вывесок, в которых отражается многоликость „американской мечты“.

Они отправились в отделение компании „Хертц рент-э-кар“ в торговой части города, чтобы взять в аренду менее приметную машину, чем „ренегейд“. Эдем, имея массу свободного времени, прошел по Миримарской дороге мимо лавок с „порше“ и „ягуарами“ к торговцам „корнесами“ и огромными „роллс-ройсами“. Страстный интерес к машинам привел его наконец к „феррари“, которые заполняли витринные стекла одного магазина, и скоро он втянулся в разговор с внимательно слушающим его торговцем.

Спустя двадцать минут коллеги обнаружили его за рулем красной „тестароссы“, припаркованной в переднем дворике магазина. Рядом с ним сидел торговец, и они с энтузиазмом обсуждали преимущества и недостатки различных моделей автомашин, как старых, так и новых.

Такер, который арендовал коричневую „гранаду“, поставил ее за „тестароссой“ и стал сигналить. Эдем распрощался с торговцем, положил в багажник сумку, которую носил постоянно, и устроился на заднем сиденье „гранады“.

— Куда теперь? — спросил он.

— Заедем за Триммлером, — ответил Такер, — и отвезем его на свадьбу.

— Звучит хорошо. Может, есть новости?

— Никаких. — Такер принял решение не рассказывать Эдему ничего лишнего. В конце концов, он находится здесь для защиты Триммлера. И только. Все остальное его не касается.

В молчании они проехали к Миримарской военно-воздушной базе. Поездка заняла немногим более пяти минут. Такер подкатил к КПП и предъявил свои документы. Его ожидали, и дежурный охранник, подняв стальной шлагбаум, объяснил, как проехать к офицерским казармам.

Эдем припомнил, что там проживают лучшие в Америке пилоты реактивных истребителей, искуснейшие асы. И он пожалел, что не вступил в Королевские военно-воздушные силы вместо армии. По крайней мере, он не возился бы сейчас с этими дилетантами.

Триммлер ожидал их у входа в один из самых больших домов базы. Он был одет в серый утренний костюм, в левой руке держал шляпу. На лице его отчетливо читалась взволнованность. Сбежав с лестницы дома, он распахнул дверцу Такера еще до полной остановки автомобиля.

— Вы запаздываете, — бросил он.

— Извините, сэр, — сказал Такер, поднимаясь с места, — нам была нужна новая машина. Ваша жена едет?

— Кто эти люди? — спросил Триммлер, не обращая внимания на вопрос Такера и указывая на Билли и Эдема.

— Это ваше сопровождение.

— Что вы! Это же глупо! Три человека?

— Я действую по инструкции.

— И вы думаете, что я поеду с вами — одетыми, как гангстеры?

— Ничего не поделаешь, сэр.

— Вы хотите, чтобы мы приехали такой бандой? Вы думаете, что я Эл Капоне или что-то в этом роде? Нет! Я с вами не поеду.

— У меня есть приказ, чтобы…

— Мне нет дела до ваших приказов. Достаньте мне другую машину. Если они хотят ехать, пусть следуют за мной.

— Мы можем опоздать на свадьбу.

— Глупо. Какая-то ерунда. Нам нужно оставить их здесь.

— Не могу этого сделать, сэр.

Триммлер в негодовании захлопнул дверцу, чуть не прищемив при этом палец Такеру. Они смотрели друг на друга, испытывая взаимную неприязнь.

— Хорошо, — закричал Триммлер, — я буду сидеть спереди! Женщина — сзади… — распорядился он.

— Билли, пожалуйста! — сказал Такер.

Билли покинула пассажирское место и пересела назад. Триммлер, устроившись впереди, резко захлопнул дверцу. Такер, развернув машину, поехал к выезду.

Поездка в раздраженном состоянии и в полном молчании заняла у них примерно тридцать минут… Лишь однажды Триммлер открыл рот, потребовав отключить кондиционер. Такер наклонился и подправил его ручку.

— Теперь лучше? — спросил он через несколько минут.

Триммлер кивнул, шляпа его теперь покоилась на коленях.

На заднем сиденье Эдем и Билли тщательно избегали друг друга, стараясь не только не касаться телами, но и не встречаться взглядами. Всю дорогу Билли старательно задирала подбородок.

„Торрей пайнз Шератон“ является одной из тех низкопробных неуклюжих гостиниц, на строительстве которых продолжает настаивать Калифорния, чтобы минимально нарушать целостность окружающей среды. Она выходит на муниципальный стадион „Торрей пайнз гольф корс“, который сооружен по мировым стандартам и где проходили многие знаменитые игры в гольф. Контуры гостиницы имеют форму широкой буквы W с тремя крыльями, выступающими к стадиону. Между внешними крыльями и центральным крылом располагаются две террасы, которые используются для свадеб и других торжеств. Хотя строительство гостиницы было закончено только в 1988 году, она уже не считалась самым модным местом для семейных праздников в районе Ла-Джоллы.

Триммлер был приглашен на свадьбу одного из своих молодых коллег, еврея, работавшего в его лаборатории.

Такер остановился, не доехав немного до навеса над входом. Триммлер поспешно выскочил из машины и направился в гостиницу. Служитель парковки приветствовал Такера через открытое окно автомобиля и предложил свои услуги. Такер поблагодарил, но отказался от помощи.

Он развернул машину на центральной площадке и подогнал ее к одному из пустовавших мест поближе к гостинице. Стоянка была запружена „бентли“, „роллс-ройсами“, „мерседесами“ и другими дорогими, преимущественно европейскими машинами. Эдем понял, что они оказались на свадьбе высшего общества. Следить за Триммлером в таком многолюдном собрании будет нелегко.

— Что мне делать? — спросил Эдем.

— Держаться в стороне, но не спускать с него глаз, — ответил сотрудник ЦРУ.

— Мне нужно заглянуть в башмак.

— Не понял.

— Ему нужен багажник, — пояснила Билли.

— Он открыт.

Эдем прошел к задней части машины и нажал на кнопку замка. Такер и Билли последовали за ним.

Из своей объемистой коричневой сумки он вынул ручной пулемет „Хеклер энд Кох МП5К“ и обычный девятимиллиметровый полуавтоматический „браунинг“.

— Вы собираетесь взять это с собой? — спросил изумленный Такер.

— Разумеется, если наша задача — защищать этого деятеля.

— Но зачем же… ручной пулемет?..

— Не будьте идиотом, — резко ответил Эдем.

Он стянул куртку и огляделся, убеждаясь, что за ними не следят. Удостоверившись, что все спокойно, он вынул подплечную кобуру и надел ее. Проверив, что она держится достаточно крепко под его левым плечом и достаточно свободно, чтобы не мешать движению руки, он взял девятимиллиметровый „браунинг“ и вставил его в кобуру. Затем закрыл крышку багажника и снова надел куртку.

— Теперь порядок. Только проверьте включение сигнала тревоги. Лучше, чтобы эта вещица пролежала сегодня без дела, согласны? — Он показал на ручной пулемет.

Когда Такер повернулся, чтобы включить сигнал тревоги, Эдем покинул их и прошел в гостиницу. Билли и человек ЦРУ последовали за ним, соблюдая дистанцию.

У входа, на доске объявлений, бросалась в глаза крупная надпись: „ЛОПИАН-РОБИНС: СВАДЬБА НА ТЕРРАСЕ С ВИДОМ НА ГОЛЬФ“. Ниже красными печатными буквами на белом фоне значилось: „ТОРРЕЙ ПАЙНЗ ШЕРАТОН“ ПРИГЛАШАЕТ ВСЕХ ГОСТЕЙ СВАДЬБЫ ФИЛА И ДЖЕЙН».