И в том числе Квейда О'Тула, с раздражением подумал Кайрен. Черт возьми, почему мятежники с таким упорством стремятся вызволить его из тюрьмы? Или таково желание Мэв?
– Они добились своего?
– Нет, милорд. Главная башня очень надежна, хотя нападавшим удалось скрыться.
Стиснув зубы, Кайрен отпустил гонца и отправился на поиски Флинна. Сначала он зашел в комнату ирландца, где никого не обнаружил, пощупал одеяла и простыни. Холодные, нет даже намека на тепло, которое бы свидетельствовало, что Флинн провел здесь ночь. Кайрен выругался. Он был слишком поглощен своей армией и Мэв, поэтому не заметил его исчезновения. После милой беседы с женой, закончившейся ее поцелуем, он вообще не мог думать ни о чем другом.
Преодолев в несколько шагов узкий коридор, он распахнул дверь комнаты, где жили Мэв и Фиона.
На постели свернулась клубочком спящая девушка, рядом с ней сидела Мэв. Она была в одной рубашке, и хотя он явился сюда для неотложного разговора, Кайрен не смог отвести взгляд от ее сливочной кожи в вырезе рубашки, от толстой рыжей косы, соблазнительно ниспадающей до ягодиц.
При его появлении Мэв удивленно подняла глаза.
– Почему вы здесь? – тихо спросила она. – Фиона только что уснула.
Кайрен посмотрел на спящую. Истерзанная душа Фионы наконец обрела покой, и ему не хотелось тревожить девочку.
– Идем в мою комнату. Мэв нахмурилась.
– Как пожелаете, – вздохнула она. – Разрешите мне одеться.
– Немедленно, – приказал он и, подойдя к ней, взял за руку.
Ее лицо выражало яростный протест, но граф был уверен, что она не станет будить шумом сестру, как не станет задерживаться в коридоре, поскольку на ней одна рубашка и кто-нибудь может ее увидеть.
Итак, его жена вошла в его комнату скорее раздетая, чем одетая, а ему, вместо того чтобы соблазнять ее, придется задавать ей вопросы.
Какая несправедливость!
Когда он приступил к делу, в его голосе прозвучало разочарование.
– Где твой брат? – спросил Кайрен.
Мэв уставилась на мужа с ошарашенным видом.
– Вы подняли меня с постели и тащили сюда, полураздетую, чтобы спросить об этом? Мне действительно нечего сказать. – Мэв направилась к двери.
Черт бы побрал эту строптивую женщину! Неужели она не может стать более уступчивой или послушной?
Кайрен опять схватил ее за руку и круто развернул лицом к себе. Они стояли так близко, что он чувствовал ее легкий цветочный запах, видел под тонкой рубашкой округлости грудей с точками сосков. В голове у него мелькнули воспоминания о прошлой ночи. Мэв говорила о своей семье, спрашивала о его жизни, его друзьях, казалась такой... открытой. Потом во время их поцелуя обняла его за шею, требовала целовать еще.
Кайрен приподнял ей подбородок, чтобы лучше видеть ее лицо.
– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю.
В золотистых глазах Мэв сверкнул гнев, рот упрямо сжался. Но он продолжал сверлить жену грозным взглядом, будто хотел проникнуть в ее тайные мысли.
– Спрашиваю еще раз: где твой брат?
– Я не знаю.
– Он отправился в Дублин?
– Я не знаю.
– Он с мятежниками?
– Я не знаю, – после некоторого колебания ответила Мэв. – Я ничего не знаю!
– Почему твой брат не сказал тебе о своем плане освободить из заключения твоего бывшего любовника?
– Потому что он не говорит со мной о своих планах.
Кайрен не сомневался, что девушка лжет. Даже если Мэв не знает точно, где находится ее брат, ей наверняка было известно о его намерениях. И она ничего ему не сказала.
Проклятие! Мэв домогалась его, не говоря ни слова правды. Да, она пришла к нему в комнату, поблагодарила за помощь, не возражала, когда он стал ее целовать, хотя торопилась к Джейн, которая все еще не родила. Мэв даже не отпускала его, требуя продолжения и заставив его думать только о ней.
Возможно, это и было ее целью.
Граф перебирал в уме различные варианты. Да, прошлой ночью Мэв явилась к нему и отвлекла внимание, чтобы он не спрашивал про Флинна и не заметил его отсутствия. Неужели только ради этого? Даже растворяясь в поцелуе, Мэв содействовала мятежникам?
Увы, похоже на то. Достаточно вспомнить его первую встречу с этой чертовкой, ее возмущение приездом нового графа, хотя он еще и не успел войти в Лэнгмор. Только глупец мог поверить, что ей вдруг понравилось его общество.
Прищурившись, Кайрен продолжал молча смотреть на Мэв. Почему он чувствует себя обманутым невестой, которую никогда не хотел иметь?
Сейчас он не находил ответа. Для этого нужна ясность мыслей, а он слишком разгневан.
– Представляю, как тебе не терпится узнать, что произошло с твоим любовником. Я угадал?
Видимо, чувствуя его раздражение, Мэв опустила глаза. Или она сожалеет, что делила постель с другим мужчиной? Кайрен хотел бы верить в это, но он знал, что ошибается. И пришел в еще большую ярость.
– Квейд – мой друг, – пробормотала Мэв. – Я знала его всю жизнь, милорд.
– Кайрен! Сколько раз я должен тебе повторять, чтобы ты называла меня по имени, женщина?
– Сейчас это не важно.
– Да! – рявкнул он. – Сейчас мы должны обсудить нечто другое. Вчера ты пришла в мою комнату и не только благосклонно отнеслась ко мне, но даже, казалось, получила удовольствие от моего поцелуя. А почему? Я думал, возможно, ты пришла по собственному желанию, возможно, ты захотела меня. Но нет, ты сделала это, чтобы обмануть меня, ввести в заблуждение. Своим пылом ты лишь отвлекала мое внимание от Флинна, который улизнул из замка. Все это было только уловкой, разве не так?
– В... вы думаете... – задохнулась Мэв, – что я... я позволила целовать себя, чтобы отвлечь вас?
– Да, черт побери, именно так я и думаю! Ты была подослана мятежниками. И ты замечательно справилась со своей задачей. Но знай, моя прелестная Мэв, – прошипел он, ткнув в нее пальцем, – это больше не повторится. Я понимаю, сейчас ты...
– Ничего вы не понимаете и ничего не знаете обо мне. Кайрен до боли сжал ее руку.
– Можешь лгать сколько тебе угодно, но я вижу, что ты готова на все, чтобы помочь мятежникам. Я стоял, наблюдая, как ты потчуешь меня добрыми словами, потом соблазняешь ртом. На что еще ты могла бы пойти, если бы меня не удовлетворили поцелуи?
– Вы действительно свинья! Вчера я гадала, кто вы на самом деле: задира, который ради удовольствия избил моего брата, или храбрый, отзывчивый человек, который помог моим сестрам. Теперь я вижу, что больше задира, чем храбрец! И если бы я стремилась помочь мятежникам, убрав вас с их пути, то мне проще было отравить вас, чем целовать. Вы глупец!
Глава 8
После двух ненастных дней опять выглянуло солнце, и во дворе замка продолжились тренировки. Килдэр проводил долгое занятие с солдатами прежнего графа и новоприбывшими из Дублина, но Фредди и его дружок почему-то отсутствовали.
