Надо разбираться. Но потом.
— Вы чего никак не поладите? — спрашиваю, мотая зверушек из стороны в сторону.
— Квэ-э-э!!! — раскрывает пасть жаба, и белка, упав на пол, даёт дёру.
Принцесса округляет глаза, возмущённо загребает лапками в воздухе. Мол, что ж ты, хозяин, хитростью и коварным обманом лишил справедливой добычи.
— Ну извините! — Я возвращаю Принцессу на пол, и она прыгает за белкой.
Вряд ли у жабы получится повторно её поймать. По словам Кости, Принцесса подложила кусок хлеба и целый день сидела в засаде. Но берлинг умнее обычной белки, второй раз на это не поведётся.
—Кхм. — Торн с трудом садится. — То есть... она просто вас отпустила?
Развожу руками, шиплю от боли, одновременно отвечая:
— Да-а-а...
Лия так мастерски наложила шину, что периодически я даже забываю, что рука сломана и болит, если её тревожить.
Торн смотрит на Норану, морщится:
— Девочка, ты кто такая? Зачем ты нужна убийцам?
— Я не знаю, — буднично отвечает она. — Меня просто держали. Мне тут нравится...
У Нораны есть странная манера: она постоянно уходит от темы. Мы можем вести с ней диалог о камне, а она ни с того ни с сего начинает рассуждать о цвете глаз протухшей селёдки. Оттого с ней очень тяжело общаться. А уж тем более — что-то вызнать. По сути, её мать притащила дочку в бордель за долги. Это всё, что Норана знает.
Спрашиваю:
— Костя, ты чего такой тихий? Непохоже на тебя.
— О, мастер, спасибо, что заметили. Я знал, что без моих шуток вам всем скучно.
Иона в углу фыркает:
— Я надеялась, ты сдох...
— Девка, как думаешь, сколько народу до тебя на это надеялось?
— Много?
— У тебя, кстати, соски проступают. Замёрзла? Или...
— Закрой рот!
Торн пытается поднять свой меч, но у него не получается.
— Всё это очень странно, Римус. Вы уверены, что они не поняли про анклав?
— Римус? — косится на меня Норана. — А я думала, Армз. О, белочка...
Она тянет руку в берлингу, но тот шипит, убегает к Лии, ловко прячется под её одеждой. Эта тварюшка никого, кроме неё, не подпускает к себе.
Киваю Торну:
— Думаю, не поняли. Считают его пространственным артефактом, как и Дурак. Мол, переносит на определённое расстояние, а не в какое-то проклятое убежище.
— Их незнание нас и спасло, Римус. Им нужна девочка, а они не понимают, где она. Хорошо, что вы согласились сотрудничать. Иначе они взялись бы за нас по-другому. Но вот то, что они просто... ушли, это странно.
— Может, следят? — неуверенно подаёт голос Лия.
Думаю. Может, и следят. Мы с Лией забрались в один из заброшенных домов, оттуда в провонявший подвал, прождали пару часов. Никто за нами не пришёл. Оттуда и перенеслись в анклав. А, по словам Кости, после этого в дом никто заходил. То есть вроде бы никто за нами не следил. Оттого и странно. Либо у убийц свои хитрости, либо они очень в себе уверены и понимают, что в любой момент могут меня найти, а город я не покину без их ведома. Честно говоря, это раздражает.
Перевожу взгляд на девочку с глазами-блюдцами. В ближайшее время её из анклава не выпустить. Она — залог нашей безопасности. Пока убийцы не получили Норану, нас они не тронут. Ну, до какого-то времени, пока не поймут, что я затягиваю с её выдачей. Наверное, день-два у меня есть.
— Я не понимаю! — неожиданно вспыхивает Иона. — Зачем она здесь, Римус? — тычет пальцем на Норану, катающую Костю по полу. — Ты себе гарем решил завести? Из маленьких девочек?
— Хорошая мысль! — восклицает Костя. — Любви возраст не помеха!
— Вообще-то ещё как помеха, — вздыхаю я. — Иона, вспомни себя в её возрасте. У тебя ведь тоже были проблемы с бандитами, а? Разве не хотелось тебе, чтобы явился какой-нибудь...
— ...герой, — договаривает Норана и смотрит на меня огромными глазами. — Извините, если я вам мешаю. Но... пожалуйста, не выгоняйте! Мне тут очень нравится.
Тишина. Вздыхают все. Даже Костя.
— Тебе нравится?.. — осматривает тёмную пещеру Лия.
— Да. Мало людей, тихо, темно...
Ясно. Малолетней социофобки мне только не хватает. Хотя это и к лучшему. Не нужно объяснять, почему ей пока придётся посидеть в анклаве. Эх, что-то народу тут уже расплодилось... Трое работяг только жизней жрут немерено, учитывая, что я часто ускорял время, чтобы работа пошла быстрее. Но после сделки с Костей о новых функциях черепа я перестал этим баловаться. Запаса жизненной силы у меня осталось всего на сто двадцать один год. Считай, всё, что я получил с эльфа, ушло на катализатор.
— Старшой! — кричит Кислый. — Пробили!!! Воняет!!!
Опять воняет?!
Мы с Ионой мгновенно оказываемся рядом с трудягами. О, исхудали-то как! Бедняжки. Ничё-ничё, пока костей просвечивающих не увижу — всё хорошо.
Оружие наготове. Ну, гоблины, вперёд! Я и одной рукой сверну вас в козий рог.
На этот раз никто из проделанной дыры не ломится и не пытается нас убить. Принюхиваюсь. И правда воняет, вот только...
Тухлые яйца?..
Беру факел с одной из стоек. Уже экспериментировал с ним. Факел не сломать даже Торну, а вот если затушить огонь, то через какое-то время он загорается сам. Жаль, его нельзя вытащить из анклава. Вечный неразрушимый факел... Сколько бы за такой отвалили?
— Так, господа, надеюсь, мы все выживем. — Я кидаю факел в отверстие, отхожу в сторонку и ожидающе вздёргиваю бровь.
Оборачиваюсь, на меня смотрят с непониманием и ужасом. Кому как больше нравится.
— Я пошутил, — слегка улыбаюсь. — Ладно, всё вроде хорошо. Так, долбите стену. Ну!
Бандиты слушаются, и через десять минут в дыру можно уже пролезть. Вот только факел там потух. А это значит...
Что ж... Первым, что это значит, проверит лохматый трудяга.
Выжидаем минуту. Вторую...
— Эй?! — кричу я в дыру. — Ты отравился или задохнулся?
— Да не, старшой! Темно — хер сломаешь! И воняет всратыми тухлыми яйцами. Ого! Какая водичка! Горячая! Наконец-то!!!
Судя по плюху, Лохматый, не особо думая о последствиях, нырнул в термальный источник. Вот только... я хоть в этом несилён, но по школьным учебникам что-то помню. Аммиак, серная кислота, запах тухлых яиц и... то, что не все термальные источники полезны для
