К цесаревичу уже был отправлен человек, чтобы договориться, обсудить не перемирие, а надежный мир. Сами Шуваловы не хотели светить своими персонами при посещении наследника, это могло быть несколько подозрительным и для государыни. Поэтому поехал общаться с Петром Федоровичем опытный человек, приближенный к семейству. Но… его очень дипломатично послали. Цесаревич отрицал сам факт некоего своего недовольства, но намекнул, что от денег не откажется. Уже собирался большой поезд с серебром для откупа от гнева цесаревича, когда начались волнения в Петербурге.
Во всем происходящем сейчас на улицах столицы была главная проблема: некому было этих пьяных недоумков привести в чувства. Гарнизон города уменьшился более чем наполовину, войска отправлены куда-то на юг от столицы. Отправлены не им, а Апраксиным. Дескать, какая-то толпа движется в сторону города Петра Великого. Если там толпа, то достаточно было бы сотни две отправить, чтобы рассеять и посечь этих татей. И вообще, что за глупость… Нет две глупости. Одна — это бессмысленный бунт, который будет подавлен в любом случае. Вторая — посылать против неких татей, пусть их там и тысяча, столько войск и оголять столицу.
Заговор? Апраксин, а значит, и Бестужев решились действовать? Но на кого ставка? Ну не на Екатерину же, которая уже должна быть на пути в Покровский монастырь. Канцлер пошел на соглашение с Петром Федоровичем? Тоже вряд ли. Наследник показывает себя импульсивным, с обостренным чувством собственного достоинства, помноженного на свое понимание справедливости. Он не простит канцлеру связи с Екатериной. Или наследник не знает, кто именно подложил в постель к его жене Анджея Замойского?
Александр Иванович ехал в Петропавловскую крепость вместе со своими двумя заместителями. Именно эту локацию глава Тайной канцелярии выбрал для координации действий своей службы. Нужно срочно расширять штат, просто некому работать в подобных ситуациях.
— Ту-дух, ту-дух, — загромыхали выстрелы и карету сильно дернуло. Все трое мужчин свалились с седельных подушек.
— Что происходит? — спросил глава Тайной канцелярии и открыл кофр с двумя пистолетами, начав их судорожно заряжать.
За оконцем кареты уже шла рубка. Четверо сопровождающих Александра Ивановича оказывали упорное сопротивление. Шувалов не видел, как двое из нападавших получили смертельные колотые раны — были в Тайной канцелярии мастера шпаги. Вот только именно были, ибо наиболее резвых защитников просто застрелили из пистолей с расстояния.
— Как это возможно? — паниковал Василий Михайлович Саватеев, хороший аналитик с ярким и светлым умом, но явно не оперативник, его задача думать, да факты сопоставлять, а не вот так, под пулями.
— Успокоиться всем! — рявкнул Шувалов и нацелил пистоли на двери.
Все ждали, что дверцы кареты вот-вот откроются, но шло время, а ничего не происходило. Уже ища оправдания тишине, надеясь, что нападавшие ушли, или были перебиты, Александр Иванович прикоснулся к дверной ручке, чтобы выглянуть наружу. Но тут прозвучал слитный залп не менее чем шести пистолей и пули без видимого труда пробили обшивку недешёвой кареты, поражая сидящих внутри.
Александра Ивановича только чудом не задело, чего не скажешь о его сотрудниках. Нужно было пробовать выбираться из западни, постараться скрыться или дать бой с мизерными шансами на успех, но все-таки с шансами. Однако Александр Иванович Шувалов медлил, убеждая себя, что такое нападение практически в центре столицы просто невозможно, что сейчас подоспеет патруль, или кто-нибудь из горожан спугнет нападающих. Вот только что он утверждал, что в Петербурге осталось крайне мало верных короне вооруженных людей, а теперь в страхе открыть карету он надеется на то, чего его спасут.
Новый слитный залп ранил в плечо главу Тайной канцелярии, но он сдержался, не закричал. Злость накатила на Александра Ивановича, отнюдь не самого последнего труса империи. Открылась карета, показалась голова в чудной маске, что надевают на маскарадах. Шувалов разрядил сразу оба пистоля с двух рук, и череп незнакомца практически разлетелся, окатывая карету и самого Александра содержимым. Через секунду удар шпаги в грудь закончил жизненный путь Александра Ивановича Шувалова — старшего брата из всесильного клана Шуваловых.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— О теж, как же так, Андрон? Куды ж ты полез? — сокрушался казак по прозвищу Косой. — Хлопцы забираем своих, оставляем тела татей и айда отсель, быстро!
Место атаки на Александра Ивановича Шувалова было выбрано на скорую руку, в спешке. Не так хотели его прикончить, не так приказывал есаул. В нужнике утопить нужно было. Напасть на Тайную канцелярию и утопить в нужнике. Но объект быстро собрался и отправился в Петропавловскую крепость. По крайней мере, именно по дороге к ней и была атакована карета старшего Шувалова. Если бы Косой не просчитал действия главы Тайной канцелярии, то ничего и не вышло бы. Так что Савостею Емельяновичу можно было бы гордиться собой, если бы не шесть убитых человек и еще трое подраненных. Вот за это не быть ему более командиром. А может, и быть, но там, куда его отправляют и казаков еще нет, некем командовать. Теперь — в Ревель, с раненными в дороге придется туго, но станичники справятся. Душу грело то, что вся его семья теперь, почитай, одна из самых богатых в станице.
Казаки ушли, а на пустынной мостовой остались лежать загодя умерщвлённые десять московских татей, чтобы все узнали, кто именно напал на грозного Шувалова. Конечно же разбойники!
*………*………*
Петергоф
11 июня 1751 года. 20.15
Я ехал в Петергоф. Нервничал, переживал, пусть и не показывал своего волнения. Не железный я человек, чтобы вот так, когда сложнейшая операция еще в стадии реализации, мчаться, если не в логово врага, то точно в змеиное кубло, где нету приятелей и все жалят всех. Можно еще одно сравнение привести: банка с пауками.
С час назад пришло сообщение о том, что три основных объекта ликвидированы. Не все прошло гладко, с Александром Ивановичем Шуваловым так точно, но сработали. Будь следствие на уровне покинутого мной времени, вряд ли удалось бы замести следы. Отпечатки пальцев, анализ ДНК крови, возможности быстро проверить тех или иных людей, даже кадры со спутников — много чего указывало бы на истинных исполнителей, а через них и на меня, заказчика, организатора и главного выгодополучателя.
Заминки могут быть с последним, недаром оба Шуваловых мертвы в один день, а может, и час. Да, были организованы нападения и на мою собственность, к примеру обозный поезд у Торжка, что разграбили бунтовщики-каторжане. Но данный пример так себе, ибо при всех иных обстоятельствах становилось ясно, что я подставил татям обозы с едой и даже небольшим количеством оружия. А вот то, что разграблен и подожжён один из моих уже достроившихся доходных домов в Петербурге — вот действительная утрата и пример нападения. И мне искренне жаль здание, которое необходимо будет восстанавливать и тратить еще под сотню тысяч рублей.
Но главный фактор… А кто все это будет расследовать? Может Шуваловы? Так нет их больше. Алексей Данилович Татищев? Этот обер-полицмейстер может. И нужно быстро занимать нишу тайной спецслужбы, внедрять в нее Шешковского, который «честно и скоро» расследует все злочинства, за что получит немалую награду. Она и станет легитимацией иной благодарности, за операцию.
Очень сильно волновал вопрос о том, что сейчас с Елизаветой. Врачи просто кричали, что волноваться государыне нельзя, что она очень близко к сердцу принимает уже любые новости, даже нейтральные. А тут просто извержение этих новостей и одна другой краше. Интересно, а дошли уже новости про убиенного мальчика Иоанна Антоновича? Вот кого и жалела, и боялась императрица, так и не решившись покончить с этой проблемой. Тут была права моя женушка в той, иной, реальности, когда подставила поручика Мировича и был заколот юноша, так и не ставший коронованным императором [одна из версий, что бунт Мировича был спровоцирован Екатериной Алексеевной, а главным организатором был тот же Шешковский].
